Всего за 109 руб. Купить полную версию
Управдом называл Валерика "фантазером", и это слово звучало в его устах осуждающе. А он и правда был фантазером. В пионерлагере по вечерам, когда, согласно распорядку, уже должен был наступить глубокий сон, он рассказывал нам страшные истории "с продолжением". Это были сюжеты фильмов и книг, которых мы с ребятами не видели и не читали. Валерик всегда обрывал на самом интересном месте, и мы на следующий день просто не могли дождаться вечернего лагерного отбоя. От страха я с головой зарывался под одеяло и слушал оттуда, сквозь узкую щелочку.
А потом как-то Валерик признался мне, что никаких таких фильмов он тоже не видел и книг не читал, а просто все придумывал сам, чтобы нам не было скучно.
Помню, "комиссия по работе" приобрела для ребят бильярд, который установили в красном уголке, а рядом на стене повесили объявление: "Сукно не рвать! Киями не драться! Металлическими шарами друг в друга не кидать!" Все стали сражаться за звание лучшего бильярдисга. И тогда однажды Валерик сказал:
– Знаете, как называют теннисиста-чемпиона? "Первой ракеткой"! А лучшего боксера? "Первой перчаткой". У нас во дворе теперь есть хоккей, футбол, бильярд и крокет… Давайте установим почетные звания: "Первая клюшка", "Первая бутса", "Первый кий", "Первый молоток"! И будем бороться за эти звания.
Мы стали бороться!
Я умел играть только в крокет. Так получилось, что на даче, где я несколько лет подряд жил летом, все очень увлекались крокетом. И я тоже, не разгибаясь по целым дням, гонял молотком большие деревянные шары. Ни у кого из моих соседей по дому не было такого богатого крокетного опыта, и я вскоре завоевал почетное звание "Первого молотка".
Но мне, конечно, очень хотелось стать одновременно "Первой клюшкой", "Первой бутсой" и "Первым кием"! Я пытался участвовать во всех матчах и состязаниях, но меня не принимали.
– Норовишь проскочить через все дужки сразу! Хватит с тебя одного крокета. Совершенствуйся! – говорил мне самый длинный парень во дворе – Жора, у которого было целых два почетных звания: "Первая клюшка" и "Жора, достань воробушка!".
Жоре, единственному среди нас, беспрепятственно продавали билеты на любую кинокартину и на любой сеанс, даже на самый поздний. За это его потом стали звать "Жора, достань билетик!".
Жора был лучшим спортсменом у нас во дворе: спорить с ним я не решался. Но в тот день и во дворе тоже произошло чудо!
Когда я появился со своими пакетами и жестяной коробкой, все ребята бросились мне навстречу так, будто только меня и ждали.
– Хотите? – протянул я им свои призы и подарок.
– Что ты, Петенька? Что ты? – в ужасе шарахнулись от меня ребята. – Все это должен съесть ты сам. Только ты! И больше никто! Вдруг тебе самому не хватит? Подумать страшно!
Чтобы мои друзья-приятели отказывались от пряников и конфет? Такого еще не бывало! И почему они называют меня Петенькой? Всю жизнь звали Петькой, а тут… Конечно, все они были крепко-накрепко, просто наповал, заколдованы Дедом-Морозом.
– Очень хорошо, что ты пришел, – ласково сказал Жора. В обычные дни он вообще не замечал, есть я во дворе или меня там нету. – Пойди в красный уголок и поскорей переоденься, – продолжал он. – Ты будешь у нас вратарем.
Я? Вратарем? Да меня раньше и болельщиком-то не признавали – Жора говорил, что у меня нет еще ярко выраженных симпатий: то я болел за первый корпус нашего дома, то за второй, а чаще всего за тех, кто выигрывал. И вдруг: вратарем! Я вопросительно взглянул на Валерика: уж он-то не станет меня разыгрывать. Бледное лицо Валерика на холоде побелело еще сильнее.
– Видишь, я совсем замерз, ожидая тебя…
Тут уж я не мог сомневаться!
"Ага! Узнали силу Деда-Мороза? – мысленно возликовал я. – Он вас еще и не то заставит сделать! Вы еще меня капитаном своим изберете, а может быть, и тренером!.."
Я сделал вид, что ничуть не удивился Жориному решению: приглашение в команду мастеров первого корпуса я принял как должное. И не спеша отправился в красный уголок. Там меня поджидали самодельные наколенники из старой стеганки, которые Валерик и Жора смастерили для того, чтобы вратарь не расшибал себе коленки. На скамейке лежали клюшка и свитер с цифрой "1" на груди – это значило, что я буду защищать хоккейную честь первого корпуса.
Потом профессиональной спортивной походочкой, которую я перенял у Жоры, я вышел во двор и встал у заветных ворот. Валерик, как самый справедливый во всех трех корпусах нашего дома, был судьей. Да, его все уважали… Жора мог "достать воробушка", а Валерик едва доставал Жоре до плеча, но, когда они разговаривали, Валерик не тянулся на цыпочках вверх, а, наоборот, длинный Жора всегда наклонялся, чтобы маленькому и худенькому Валерику было удобней его слушать.
Валерик дал свисток – и игра началась.
Я бы не сказал, что она, как пишут в спортивных обозрениях, "шла с переменным успехом. Нет, даже переменного успеха у нашей команды не было, потому что за два тайма я пропустил в ворота максимально возможное количество" шайб. И еще две шайбы загнал в свои ворота сам.
Но моя команда меня не ругала. Наоборот, все старались доказать, что я ровным счетом ни в чем не виноват.
И все меня успокаивали, словно я был каким-то нервнобольным.
– Не расстраивайся! – говорил Жора. – Первый блин комом, а первый матч голом!
Я представлял себе, что бы сказал мне Жора, если б за его спиной не маячила незримо борода моего покровителя Деда-Мороза.
– Даже про иного гроссмейстера, знаешь ли, пишут:
"Сыграл не лучшим образом!" – утешал меня Мишка Парфенов, который тоже жил в нашем доме. – Не огорчайся!
Ну, что для тебя сделать? Хочешь, я скажу тебе, сколько сейчас времени?..
Я подошел к Валерику и спросил:
– Ужасно, да? Ты меня презираешь, да?
– Почему же? – ответил Валерик. – Ты ведь давно хотел поиграть в хоккей. И не как-нибудь, а в сборной команде. Вот ребята и доставили тебе удовольствие. Как говорят, исполнение желаний!
Я видел, как прыгала от счастья команда второго корпуса.
"Ну ничего, недолго вам прыгать! – думал я, повторяя про себя номер "Стола заказов". – Вот сейчас приду домой, наберу две двойки – и ни одна шайба больше никогда не залетит ко мне в ворота!.."
Мишка Парфенов предложил мне:
– Хочешь сыграть на бильярде? Сейчас как раз моя очередь. Я тебе уступаю!
– Нет… я уже наигрался…
Дед-Мороз продолжал действовать: развлечения наступали на меня со всех сторон.
Даже Мишка Парфенов, довольно-таки жадный и завистливый паренек, который и на пять минут не давал никому поносить на руке свой знаменитый "будильник", – даже Мишка уступал мне сейчас очередь.
– Слушай, Мишка, а учительница заметила, что меня сегодня не было в школе? – спросил я тихо, предварительно оглядевшись по сторонам. – Или не заметила?
– Ну как же! Заметила!.. И знаешь, что нам сказала?
– Что я прогуливаю!
– Нет…
– А что же?
– Она сказала, что ты отсутствуешь по вполне уважительной причине!
– По уважительной?
– Ну да. Она сказала, что ты проходишь какой-то "курс лечения".
– Как? Как?!
– Курс лечения! Что-то она, наверно, перепутала.
Мишкино сообщение так поразило меня, что я сразу пошел в красный уголок переодеваться. "Почему курс лечения? – недоумевал я. – Какой же такой курс лечения? А может быть, Дед-Мороз внушил ей, что я тяжело болен?"
Я стянул с себя свитер с цифрой "1" на груди, накинул на плечи пальто и задумчиво поплелся домой.
Уже в парадном, на лестнице, меня догнал Мишка Парфенов:
– Ты забыл, Петя… там, в красном уголке…
И он вновь нагрузил меня тремя моими пакетами и жестяной коробкой.
– Хочешь шоколадку? – ласково спросил я у Мишки.
– Что ты, Петя! Тебе самому не хватит!
Дед-Мороз был на страже моих интересов! И я уверенно зашагал по лестнице, радостно размышляя: "Все ребята сейчас пойдут делать уроки, а я буду делать что захочу: мои каникулы продолжаются! Позвоню вот сейчас Снегурочке!.." И позвонил.
– "Стоя заказов"! – ответила мне Снегурочка.
– Я бы очень хотел стать лучшим вратарем у нас во дворе…
– Принимаем заказы только на развлечения. Игре в футбол не обучаем!
– А в хоккей?
– И в хоккей тоже.
– А справки вы даете?
– Какие?
– Я бы вот очень хотел узнать… Почему наша учительница сказала, что я прохожу курс лечения?
– Твоя бывшая учительница просто оговорилась…
"Бывшая? – удивился я. – Ах, да! Я же навек распрощался со школой!.."
– Она хотела сказать: курс развлечения, – продолжала Снегурочка, – а случайно сказала: курс лечения. Вот и все. Заявок на развлечения нету?
– Нету… – ответил я. И повесил трубку.
То, что я не хотел развлекаться, видимо, огорчило моего покровителя Деда-Мороза, и он решил доставить мне удовольствие сам, по собственной инициативе, чтобы я позабыл о своих хоккейных неприятностях.
Правда, преподнесен был подарок волшебника в несколько необычной форме, – папа торжественно усадил меня на диван и сказал:
– Слушай! Мама сообщит тебе от нашего общего имени нечто очень и очень важное.
– Безобразие! – начала мама. – Ты не съел еще всех пряников и конфет?! Чтобы навести порядок в этом деле, мы решили, что я не буду отныне готовить завтраки, обеды и ужины: нельзя отвлекать тебя от основной пищи! – Она указала на мои пакеты. – Нельзя портить тебе аппетит! Мы с папой будем питаться в столовой или в кафе, которое у нас на первом этаже. А для тебя мы разработали особое меню. Я отпечатала его у себя на работе на пишущей машинке…