На коленях у капитана лежал потемневший от сырости плащ, а поверх плаща зонт. Большой чёрный зонт с выгнутой ручкой. Мальчик смотрел на зонт и не мог решиться сказать капитану. А что сказать, он знал. Он не мог и не хотел больше один владеть своей удивительной выдумкой. Одному ему она не нужна. Всякое открытие, даже самое крошечное, должно радовать других это мальчик чувствовал. Но он боялся. что не сможет рассказать, как надо.
Товарищ капитан сказал мальчик. Разрешите обратиться, товарищ капитан.
Капитан поднял глаза. Если он и удивился, то мальчик этого не заметил. Лицо у капитана было невозмутимым. Наверно, так полагалось.
Валяй, разрешил он. Обращайся.
Хотите, я нарисую на вашем зонте звёзды? спросил мальчик и коротко вздохнул.
Что за звёзды?
Как на небе, сказал мальчик. Это чтобы определять
У капитана шевельнулась левая бровь.
Ты подожди. Непонятно. Ты докладывай по порядку. На каком небе, с какой целью?
Хорошо, согласился мальчик. Я объясню. Вот в чём дело. Если открыть зонт и нарисовать на нём изнутри звёзды, точно как на карте неба, то получится маленький планетарий. Это я сам придумал, не удержался он.
Зачем? спросил капитан.
Ну я не знаю Это само придумалось. Мальчик неловко улыбнулся и шевельнул плечами.
Я не о том, пояснил капитан. Какая задача у твоего планетария? У каждой вещи должна быть задача. Он говорил негромко, и каждое слово было похоже на сдержанный зевок. И выбритый подбородок почти не шевелился.
Ну какая задача. Вот какая. Можно определять днём, где какие звёзды. Или ночью, если тучи, тоже можно. Надо только правильно держать зонт над собой Направить на Полярную звезду, а потом
Хорошо. А зачем?
Зачем на Полярную? Потому что она в небе всегда на одном месте. Она будто ось. Ведь с Земли кажется, что все звёзды вращаются вокруг неё.
Неужели капитан не знал про это?
Не в том дело, чуть поморщился капитан. Зачем знать, где какие звёзды? Для ориентировки? Это же несерьёзно зонт. Есть более точные методы. Или для другого? Для чего?
Действительно, для чего? Какая польза? Мальчик не знал. Он был рад своему открытию и совсем не думал, какая от него польза. И вообще, что такое польза?.. Знакомые звёзды, которым можно подмигнуть как друзьям, это польза? Или это просто так?
А знать, в какой стороне Персей, Возничий, Лев, Андромеда, знать это, если даже в небе нет ни одной звезды, это нужно кому-нибудь?
Или это никому не нужно?..
Не знаю сказал мальчик и перестал смотреть на капитана. Я думал если запустят, например, корабль на Луну или на Марс и будут передавать: сегодня он в таком созвездии, а завтра в другом а в небе тучи, ничего не видать, тогда зонт открыл, направил как надо, и сразу видно, где какие созвездия, и можно знать, где летит ракета
Лишь бы долетела, сказал капитан. А проследят локаторы.
Сонный дядька у окна зашевелился и сдвинул вверх козырёк.
Чего, опять ракету али спутник запустили? М-м?
Сиди уж! сонно прикрикнула кондукторша. Да остановку не проспи.
Трамвай затормозил, и капитан легко поднялся. Высокий, прямой. Набросил на плечи зелёный плащ.
Не положено разрисовывать зонты, сказал он и шагнул к выходу. А зонт спрятал под плащом. Наверно, капитанам не положено ходить с зонтами и он взял его не для себя, а вёз кому-то другому.
Не положено, с усмешкой проговорил мальчик.
Неудача его не испугала. Радость открытия, приглушённая раньше обидой, снова пробивалась в нём, как тёплый ключик. Мальчик ждал: вдруг встретится человек, которому нужны будут звёзды.
Двое поднялись в вагон и остались на задней площадке, хотя почти все скамейки были пустыми.
Один был молодой и высокий, в коротком светлом плаще. Лицо его словно состояло из больших очков с толстыми стёклами и крутого лба, над которыми копной курчавились тёмные волосы, пересыпанные дождевыми брызгами. Второй выглядел гораздо старше и обыкновеннее: лицо пожилого и уставшего за день человека, чёрная сатиновая спецовка, серая кепка. И зонт, который он сунул под мышку.
Если мальчик не знал чьих-нибудь нестоящих имён, он придумывал свои. Придумывал сразу. Это получалось само собой.
«Шахматист», подумал мальчик про первого. А второму так показалось мальчику очень подходило имя «Мастер».