Наконец, в шестнадцать часов тридцать семь минут в конце проезда появился мужчина в синем рабочем костюме. На голове у него была темная фуражка, похожая на те, что носят моряки. Да и походка у него была матросская: он шел, раскачиваясь и переваливаясь с боку на бок. Одно плечо у него было явно выше другого из-за того, что еще во время учебы он постоянно таскал в сумке на правом плече тяжелый монтажный инструмент, а также вещи мастера и подмастерьев.
В шестнадцать часов тридцать восемь минут послышалось кукование. Это значило, что приближался Отто Шубак. Сорокасемилетний электромонтер быстро подходил к калитке. Хеди заволновалась: остался только метр. Но тут вступил в дело Лутц.
- Извините, пожалуйста, не скажете, который час?
В кустах боярышника щелкнул затвор фотоаппарата, затем еще и еще раз. У Шубака прекрасная поза для съемки.
- К сожалению, сказать не могу, часов у меня нет. Но подожди-ка… - Мужчина вытянул шею и посмотрел на небо.
Еще щелчок - отличный снимок. У Хеди радостно забилось сердце.
- Да, судя по солнцу, должно быть около пяти часов, - сказал Шубак.
- Спасибо, большое спасибо!
- Не стоит благодарности. До свидания.
И Шубак исчез в своем саду.
Дело сделано. Хеди вылезла из колючего укрытия.
- Ну-ка, помоги мне выбраться, - сказала она Лутцу. - Если порвутся мои брюки, то тебе придется купить мне новые.
Госпожа Зивальд, мать Хеди, пришла с работы позже обычного. На затянувшемся заседании городского совета, где она представляла отдел культуры, как обычно, много говорили, а еще больше курили, и у нее от этого разболелась голова.
Ей хотелось принять душ и освежиться. Но ванная комната была заперта.
- Не входи, - закричала Хеди. - Я как раз проявляю пленку. Пожалуйста, не мешай, мамочка.
На следующее утро Хеди принесла в школу готовые снимки. Четыре фотографии, все очень четкие, размером с почтовую открытку.
Лутц восхитился.
- Класс, просто класс!
Хеди сделала вид, что не слышала его похвалу.
- Какой из снимков годится для розыска? - спросила она.
Да, какой? Лутц затруднялся в выборе.
- Глядя на твои снимки, Шубак еще возомнит о себе что-нибудь этакое, - наконец, ответил он. - Этот парень выглядит прилично на всех. Совсем не скажешь, что он отравитель собак.
Но в конце концов Лутц решился. Он выбрал фотографию, на которой Хеди ухитрилась запечатлеть Шубака, вытягивающего шею, чтобы определить время дня по положению солнца.
- Знаешь, почему я остановился именно на этом снимке? - спросил Лутц. - Потому что здесь Шубака немного слепит солнце, и он щурит правый глаз. Думаю, на этой фотографии он больше походит на уголовника. И люди скорее поверят, что такой тип совершил подлый поступок.
В городе три аптеки и семь магазинов, в которых продаются аптекарские товары. А это значит, что юным сыщикам, показывая фотографию, десять раз придется задать один и тот же вопрос:
- Извините, пожалуйста, вы не знаете этого господина? Не покупал ли он недавно у вас крысиный яд?
Но ничего не поделаешь. И Лутц с Хеди храбро начали сыскную операцию.
- Нет, не припоминаю, - заверила их одетая в белый халат барышня в аптекарском магазине на площади.
Через два дома, в аптеке, на фотографию вообще не обратили никакого внимания.
- Сожалею, но не могу ничего сказать, так как нам запрещено разглашать чужие секреты, - решительно отклонил их просьбу фармацевт.
- Ха, строит из себя важную птицу, - проворчал Лутц, выходя на улицу.
Хеди Зивальд придерживалась того же мнения. Она тоже участвовала в розыске. И не только потому, что жаждала узнать, как люди посмотрят на сделанную ею фотографию. Нет, вся эта история целиком захватила Хеди. "Это чудовищно - отравить собаку только потому, что тебя раздражает ее лай. Это подло". Хеди любила животных. Она не смогла бы обидеть даже муху.
Сыщики-любители пошли дальше. В следующей аптеке оказалось полно покупателе. Поэтому им пришлось набраться терпения и подождать. Но вот очередь дошла и до них.
- Вы вместе, ребятки? Что вам нужно?
- Спасибо, ничего. Мы только хотели спросить, не знаете ли вы этого мужчину? Лутц положил снимок на прилавок.
Продавщица позвала своих коллег.
- Нас интересует, не покупал ли у вас этот господин крысиный яд, - объяснила Хеди.
- А для чего вам это нужно знать?
- Да потому что… потому что… - Лутц хватал ртом воздух, как выброшенный на берег карп.
Но Хеди не растерялась.
- Видите ли, речь идет об игре, которая проводится в нашей школе. Это своего рода викторина, - смело начала она. - А мужчина на фотографии - преподаватель гимнастики. Нам нужно выяснить, в каких магазинах города его считают своим постоянным покупателем.
- Скажите, вот ведь что! - Три продавщицы изумленно покачали головами. - Забавная игра. К сожалению, ребята, мы вам ничем не можем помочь. Вашего учителя мы не видели.
- Большое спасибо! До свидания!
Лутц и Хеди юркнули за дверь и устремились к следующей аптеке. Затем к другой, третьей… И так до вечера.
От длительной ходьбы носки Лутца протерлись на пятках: "Черт побери, должен же был Шубак где-то купить крысиный яд, из воздуха такие вещи не получишь".
Аптекарский магазин на площади Акаций - мрачная лавочка, битком набитая товаром. Там пахло жидким мылом, сосновым экстрактом и нитрокраской. Перед прилавком стоял большой мешок, заполненный до краев собачьими галетами. Хеди осторожно присела на этот мешок. Новые ботинки жали. Лутц показал заведующему фотографию.
- Знаком ли вам этот человек, не покупал ли он у вас крысиный яд?
Заведующий сдвинул очки на лоб и поднес фото близко к глазам.
- Хм… Этот человек кажется мне знакомым. Правда, заходил он к нам давно.
Хеди забыла о ботинках, которые нестерпимо жали ей за минуту до этого. Она встала и с любопытством прислушалась к разговору. Лутц подумал: "Ура! Дело сделано, доказательство найдено: именно здесь Шубак покупал яд".
Заведующий вернул очки на кончик носа.
- Правильно, теперь я вспомнил. Этот мужчина - электромонтер. Он приходил к нам по поручению городского энерготреста три недели назад. Надо было заменить испортившийся электросчетчик. Точно, на нем и тогда были этот рабочий костюм и фуражка. Ошибка исключена: это как раз тот человек.
Лутц оторопел, на Хеди еще не потеряла надежду.
- Вспомните, пожалуйста. Может быть, этот мужчина купил у вас немного крысиного яда после окончания ремонта?
- Нет, нет. Крысиный яд у нас спрашивают довольно редко, я бы обязательно обратил на это внимание.
Из складского помещения, которое находилось сразу же за торговым залом, вышла продавщица, работающая тут временно. Это была довольно полная женщина с высоко зачесанными, крашеными волосами. Разговор, который она услышала через тонкую перегородку, заинтересовал ее.
- Могу ли я тоже взглянуть на фотографию? - попросила она.
- Да, пожалуйста, - ответил заведующий.
- Конечно, конечно, - присоединились Хеди с Лутцем.
Женщина взяла фотографию, взглянула на нее… и лицо ее побледнело. Снимок выскользнул из ее рук и упал на прилавок.
- Что такое, коллега Шубак, вы себя плохо чувствуете? - спросил заведующий.
- Нет, все в порядке. Но это - мой муж Отто. Как он попал на фотографию? Что от него хотят? Что все это значит?
Сломя голову Лутц и Хеди вылетели на улицу. Что им оставалось, кроме бегства? А где же фотоснимок? В спешке он остался на прилавке.
Лутц решительно повернул обратно и вбежал в лавку. Заведующий и продавщица все еще не пришли в себя - они просто лишились дара речи.
- Извините, - прохрипел доморощенный сыщик, схватил, не теряя ни секунды, фотографию и тут же выскочил на улицу.
Пробежав два квартала, Лутц и Хеди достигли сквера, нашли свободную скамейку у клумбы с цветами и плюхнулись на нее. После такой передряги им нужно было перевести дух.
- Ух, как колотится сердце, - выдавила Хеди, обмахиваясь собственной ладонью вместо веера. - Я думала, меня хватит кондрашка, когда жена Шубака вдруг опознала своего мужа. Черт побери, как же я испугалась!
Лутц был взволнован не меньше, но попытался осмыслить случившееся.
- Нам надо было сразу учесть, что его супруга работает в одном из аптекарских магазинов. Теперь ясно, через кого он получил яд.
Хеди согласилась с такой версией. Молодец Лутц!
- Да, ты прав, - сказала она. - Но доказательств у тебя пока нет. Лишь предположения.
- К тому же этот прокол. Что же делать?
- Кончать работу, мой дорогой. Эта аптекарская лавчонка была последней из десяти, имеющихся в городе.
Лутц недовольно разглядывал дырки на своих носках.
- Дело дрянь, - подытожил он. - Все не так, как надо. Вся наша работа коту под хвост.
- Не коту под хвост, а ради собак бабушки Редлих, - поправила его Хеди. Ее ноги перестали болеть, несмотря на тесные ботинки. - А знаешь что, я охотно посетила бы ее и поближе с ней познакомилась. Как ты думаешь, не пойти ли нам прямо сейчас в Березовый проезд? Я подарю ей букет цветов. Пошли, тут рядом живет мой дедушка в доме с садом и маленьким цветником. Он даст мне столько цветов, сколько нужно. А если его сейчас дома не окажется, мы перелезем через забор и нарвем сами. Я потом поцелую дедушку в щеку, и он не будет ругаться. Ну пошли, не бойся, мой предок тебя не съест.