Шикеданц? При этом имени Лутц вздрогнул, как от удара током.
- Скажи-ка, а твоя тетушка замужем?
- Батюшки мои, а ты, оказывается, любопытный!
- Мы знаем человека, фамилия которого тоже Шикеданц. Вот я и подумал… что это фамилия довольно редкая, не правда ли?
- Это точно, Шикеданцев не так уж и много, - подтвердила Бербель Хайденрайх. - Но моя тетка не замужем. Сейчас не замужем. Некоторое время назад они разошлись с дядей.
- Ага, понимаю, - произнес Лутц с видом опытного в таких делах человека. - Размолвка с разводом, так ведь?
- Точно. Они рассорились до такой степени, что моя тетя не хочет даже вешать у себя на окнах шторы, которые были у них в гостиной. Поэтому она использует эту ткань для изготовления кукол. Вот и моя книжная закладка как раз из этих штор. Ну да, моя тетя должна быть довольна, что избавилась от этого человека. Я терпеть не могла своего дядю. Это - настоящий мошенник, плут и вор, который одурачивает других, а затем проигрывает все деньги. Вы можете мне поверить.
- Господин Шикеданц, которого мы знаем, совершенно другой человек, - подчеркнул Лутц. - Он даже проявляет заботу об одинокой старой женщине. Он отправил ее, хотя и против ее воли, в больницу, поскольку желает ей только добра.
- На это мой дядя не способен. Он постоянно думает только о своей выгоде, - безжалостно рисовала портрет своего бывшего родственника Бербель. - И при этом у него такое прекрасное имя. Представьте себе, родители назвали его Энгельбертом. Как нарочно, Энгельбертом - этого дьявола!
Лутц задумался.
- Как зовут нашего господина Шикеданца, я сейчас не помню. А ты, Хеди? Ну, да это не так уж и важно. Но имя Энгельберт ему бы подошло.
"Горячо, тепло, холодно…" Кто не знает эту старую излюбленную детскую игру. В ходе ее разыскивается какой-либо спрятанный здесь же предмет, который один из играющих должен найти. Все остальные помогают ему. Если тот, кто разыскивает, находится далеко от спрятанной вещи, о ему кричат: "Холодно, холодно!" Когда он идет в правильном направлении, раздается: "Тепло, тепло!", а если он приближается к спрятанному, все начинают кричать "Горячо, горячо!" Правила этой игры известны Лутцу и Хеди.
"Холодно, холодно" и ничего, кроме "холодно", - думали они, подводя итоги визита к Бербель Хайденрайх. Они все еще идут на ощупь в темноте. Книжная закладка не приблизила их ни на миллиметр к отравителю собак. К черту все эти лоскутки в красно-зеленую клеточку! Им действительно место лишь в мусорном контейнере.
Лутц и Хеди повернули обратно. И по пути мальчика вдруг осенило. Он даже остановился как вкопанный: "А если дядя Бербель и этот самый лучший из людей, господин Шикеданц, - одно и то же лицо? Звучит невероятно, но хороший криминалист должен внимательно рассмотреть любую версию".
Лутц откашлялся.
- Послушай-ка, Хеди, если двое людей разводятся, то вполне может статься, что они режут пополам штору, и один получает правую, а другой - левую половинку? Знаешь ли, в таком случае тряпка, в которую была завернута отравленная приманка для собак, вполне может быть куском этой оконной шторы.
Хеди споткнулась: от неожиданности она не обратила внимания на бортик тротуара.
- Уж не думаешь ли ты, что дядя этой Бербель…
- Не-е, думать я еще пока не думаю, но разве это исключено?
- Ой, ты совсем сошел с ума!
- Ясное дело, и еще как! Я так свихнулся, что сейчас же направлюсь в больницу и спрошу бабушку Редлих, как зовут ее друга Шикеданца, и не был ли он ранее женат.
Хеди наморщила лоб.
- Смотри, парень, чтобы тебя не посадили в кутузку.
Но все же она решила сопровождать его до больницы.
По пути они раздобыли букетик цветов. На сей раз в цветочном магазине - за пятьдесят пфеннингов.
Больничный привратник, строгий человек с лицом надменного короля из старинной сказки, остановил подростков у больничных ворот.
- Сегодня неприемный день. И вообще детям вход воспрещен.
- Пожалуйста, нам очень нужно поговорить с госпожой Редлих. Это очень важно, - попросил его Лутц.
- Единственно важным здесь является порядок и больничный режим, чтобы пациенты быстрее выздоравливали, - отрезал привратник.
Хеди прищурила глаза. Она где-то читала, что подобная глазная гимнастика смягчает черствых мужчин.
- Уважаемый господин, - сказала она приторно сладким тоном, - не можете ли вы в порядке исключения…
- Нет, не могу. Давайте сюда цветы. Я передам их больной. Можете написать несколько приветственных слов. Вот и бумага. Больше я не могу ничего для вас сделать.
Хеди перестала щурить глаза. Лутц взял клочок бумаги. Карандашом, который дал им страж ворот больничного царства, они написали:
"Дорогая бабушка Редлих!
Желаем всего самого доброго! Ваши собаки в безопасности и также передают вам привет. Выздоравливайте поскорее. К сожалению, мы не можем навестить вас. Нас просто сюда не пускают. Но не беспокойтесь. Все - в порядке. С большим приветом.
Ваши верные друзья и помощники".
Больше им ничего не пришло в голову. Да и что писать? Свои вопросы и сомнения они могут доверить бабушке Редлих только с глазу на глаз. Да, хорошо бы иметь шапку-невидимку. Тогда можно было бы запросто проскочить мимо привратника в больницу. Вот это было бы здорово!
Таинственное объявление
Новое открытие. Но поможет ли оно?
В витрине табачного магазинчика "Сигареты от Хампе" на Колодезной улице висит объявление. Оно прикреплено к внутренней стороне оконного стекла четырьмя кусочками липкой ленты: "Продается прекрасный земельный участок для застройки. Подробности можно узнать в магазине".
Антье Гербер заметила отпечатанное на пишущей машинке объявление, когда покупала для отца пачку сигарет "Ювель". Она сначала безучастно скользнула взглядом по бумажке, но затем ей бросилась в глаза одна особенность: буква "е" в машинописной строке выпадала из ряда. Такая пляшущая литера была и в письме с угрозами, которое получила в свое время бабушка Редлих. Антье знала об этом. Не долго думая, она купила пачку "Ювель", отнесла сигареты отцу и побежала к Лутцу. Тот как раз выводил Зенту на прогулку. Карапуз Миха увязался с ним.
- Ну, моя хорошая, наложи, пожалуйста, свою кучку, - уговаривал он овчарку, пока Антье докладывала Лутцу о своем открытии.
- Большое спасибо, что пришла, - сказал Лутц. - Нам нужно немедленно прояснить это обстоятельство. Я сам поговорю с продавцом сигарет. Ты со мной?
Антье отказалась.
- Я не пойду, - ответила она. - Господин Хампе знает меня. Мой отец постоянно берет у него сигареты.
- Как хочешь. - Лутц не стал ее уговаривать. - Но пожелай мне хотя бы удачи. Может быть, это объявление в витрине поможет нам выйти на отравителя собак.
Антье скрестила большие пальцы рук, произнесла заклинание: "Той, той, той" - и трижды сплюнула.
Хампе-сигара был крупным мужчиной, с двойным подбородком и большим животом. Пожалуй, этот человек тянул килограммов на сто. Он не отказывал себе в самых лучших сигарах, которые получал для продажи.
Обычно поклонники такого изысканного курева - приветливые, добродушные люди. Но господин Хампе такими чертами характера не отличался. Впрочем, как и его двенадцатилетняя Фифи. Эта небольшая собачка терпеть не могла своих более крупных собратьев. Как только Лутц и Миха с Зентой вошли в тесный магазинчик, Фифи встретила их пронзительным, рвущим нервы лаем.
- Спокойно, спокойно! - приказал Хампе и попытался выдворить маленькую ехидну в соседнее помещение. Но Фифи оказалась проворнее своего хозяина. Она несколько раз сумела увернуться, прежде чем он пинком выгнал ее в кладовую. При этом войлочный шлепанец с правой ноги слетел у него прямо под прилавок. Пришлось нагнуться, чтобы достать его оттуда и предстать перед покупателями при полном параде. Наконец, Хампе с красным лицом, тяжело дыша, выпрямился и не очень-то любезно обратился к мальчикам:
- Что нужно, ребята?
Лутц вежливо наклонил голову.
- Извините за беспокойство, но мы хотели бы кое-что спросить вас об участке, который продается.
- Кто вас послал ко мне?
- Никто.
Хампе-сигара подумал, что его разыгрывают.
- Вы что, негодники, хотите, чтобы я вас вышвырнул отсюда? Держите меня за дурака? Не на того напали.
Но Лутц и глазом не моргнул:
- Извините, но нас интересует, кто написал объявление.
- Вон, сказано вам, вон - или пеняйте на себя!
И Хампе-сигара угрожающе двинулся на них из-за прилавка.
Зента почувствовала угрозу и поднялась навстречу мужчине. Лутц быстро дернул поводок, повернул собаку, а Миха распахнул дверь, и вся троица оказалась на улице. Спасайся, кто может!
- Вы, сорванцы, попробуйте еще раз появиться у меня! - заорал Хампе им вслед.
Они долго бежали, пока их ноги не стали двигаться помедленней.
- Что за глупая башка! - выругался Лутц.
- Когда вырасту и стану курить, ничего не буду покупать у этого грубияна, - поклялся Миха.
Ребята свернули на боковую улицу. Лутц поручил младшему брату присмотреть за собакой.
- Гляди в оба за Зентой, - сказал он. - И не мешай мне.
А сам задумался: "Как все-таки появилось объявление о продаже участка. "Подробности в магазине…" Да, если бы все было так просто…"