Анника Тор - Пруд Белых Лилий стр 7.

Глава 8

В начале сентября Хедвиг Бьёрк повела девочек на экскурсию к озеру Дельшён. Их класс освободили от уроков, и они могли посвятить походу целый день.

Сначала они ехали на трамвае, затем довольно долго им пришлось идти до озера пешком с рюкзаками, тяжелыми от стеклянных банок и бутылок, - чтобы было где держать собранную водную живность и насекомых. Впереди широким шагом шла Хедвиг Бьёрк.

Штеффи одолжила у Карин пару резиновых бот. Они были немного великоваты и при ходьбе хлопали по ногам. Штеффи знала, что выглядит нелепо в больших ботах и юбке, из которой уже выросла и которую надела, чтобы не испачкать нарядную одежду. Ей очень хотелось иметь брюки. Или настоящий спортивный костюм с брюками и курткой из шерсти цвета красного вина, как у Алисы.

Девочки разбрелись вдоль берега со своими бутылками и банками. Все, что жило и двигалось, становилось их добычей: гусеницы и водяные паучки, жуки и пиявки.

Издалека в солнечном свете вода казалась голубой, но, если встать у самой кромки, она была коричневой и мутной, не такой прозрачной, как море вокруг острова. Пахло землей. Почва у озера была илистой и вязкой. Не стоило заходить слишком далеко: ноги проваливались, и в ботинки заливалась вода.

Хедвиг Бьёрк не боялась хлюпающих ботинок. Подвернув штанины широких брюк, она бодро шагала, забираясь глубоко в воду.

- Девочки! - крикнула она. - Посмотрите! Какой жук!

Живность в озере имела странные названия: ныряльщики и плавунцы, водомерки и штопальщики. Словно в воде существовал маленький мир с существами, каждое из которых имело свое предназначение.

На руку Штеффи опустилась переливающаяся всеми цветами радуги стрекоза. Она покрутила круглой головкой и покачала тонким туловищем. Прозрачные крылья были так красивы, что Штеффи очень захотелось, чтобы стрекоза улетела. Но ради Хедвиг Бьёрк она накрыла насекомое банкой, аккуратно перевернула ее, закрывая ладонью, и быстро закрутила крышку.

Через два часа, потные, грязные и промокшие, они принялись за свои съестные припасы на плоской скале у края берега. Алиса, как обычно, сидела в одиночестве. Штеффи отметила про себя, что у той на спортивном костюме нет ни единого пятнышка грязи.

- Алиса, - сказала Хедвиг Бьёрк, - ты ничего не ела?

Алиса покачала головой:

- Я не голодна.

- У тебя нет с собой бутербродов?

- Нет.

- Возьми один у меня, - предложила Хедвиг Бьёрк и протянула Алисе бутерброд с сыром.

- Нет, спасибо.

- Не спорь, - сказала Хедвиг Бьёрк. - Тебе нужно поесть, если ты собираешься пробыть целый день в лесу. Возьми же!

Алиса взяла бутерброд и долго ела, откусывая по маленькому кусочку.

После перерыва на завтрак Хедвиг Бьёрк проверила бутылки и банки. Стрекоза Штеффи ее удивила.

- Lestes sponsa. Кареглазая самка стрекозы. Необыкновенно красивый экземпляр.

Сначала Штеффи подумала, что она шутит, но стрекоза и в самом деле так называлась.

Остаток дня девочки собирали растения для гербария. Им разрешили пойти в одиночку или по двое в любую сторону, только недалеко, чтобы успеть вернуться по сигналу свистка, который Хедвиг Бьёрк взяла на время у учительницы физкультуры.

Май заболела, поэтому Штеффи была одна. Алиса ушла, не посмотрев на других. Штеффи отправилась в ту же сторону, держась от Алисы на некотором расстоянии.

Девочки собирали папоротники, мхи и лишайники. Весной придет очередь цветов.

- Голубые и белые подснежники, ландыши! Мы будем ходить в лес каждую неделю и увидим, все, что там происходит, - с воодушевлением говорила в классе Хедвиг Бьёрк.

Среди деревьев Штеффи увидела Алису, которая тут же исчезла. Не было слышно ни звука, кроме треска сучков под ее резиновыми ботами, птичьего чириканья и шелеста листьев на ветру.

Штеффи осторожно срывала растения и заворачивала их в серую бумагу. Затем их нужно будет положить между чистыми листами и придавить стопкой книг или настоящим прессом для сушки растений. Но на пресс стипендии не хватало. Потом растения следует вклеить в гербарий и подписать названия на шведском и латинском языках и место произрастания.

Глубоко в лесу мох был толстым и мягким, словно самый лучший ковер. Ели стояли темные и густые. Тут и там лежали большие камни, поросшие мхом и серым лишайником. Штеффи никогда раньше не видела такого леса. В лесах в окрестностях Вены ветер шумел в светлых кронах деревьев. На острове лесом назывались низкорослые потрепанные ветром сосны и колючие кусты можжевельника.

Внезапно Штеффи увидела что-то красное среди серого и зеленого. У кустарника, наклонившись вперед, стояла Алиса. Сначала Штеффи подумала, что она собирает растения, но, подойдя поближе, увидела, что Алису тошнило. На земле среди мха лежали остатки бутерброда с сыром.

- Алиса! - крикнула Штеффи. - Ты заболела?

Алиса подняла взгляд.

- Уходи, - сказала она.

- Хочешь что-нибудь попить? У меня осталось молоко.

- Исчезни! - закричала Алиса. - Ты не понимаешь, что я говорю?

- Не кричи на меня, - сказала Штеффи. - Я просто хотела помочь тебе.

- Мне не нужна ничья помощь, - сказала Алиса. - Особенно твоя. Убирайся и не вздумай рассказать кому-нибудь.

Алиса выпрямилась и откинула со лба волосы. Ее угольно-черные глаза блестели на бледной коже. "Она красивая, - подумала Штеффи. - Гордая, красивая и одинокая".

Внезапно Штеффи охватило сильное желание подружиться с Алисой. Во всяком случае, теперь у них была общая тайна.

- Я обещаю, - сказала она, но Алиса уже отвернулась и пошла прочь.

Глава 9

Теперь Свен всегда завтракал в кухне вместе со Штеффи. Эльна варила им овсянку и готовила Свену бутерброды. Штеффи намазывала себе сама. Доктор пил кофе в библиотеке, а потом отправлялся на прием. Фру Сёдерберг обычно еще спала, когда Свен и Штеффи уходили в школу. Но иногда в кухне, пока они сидели за столом, раздавался резкий звонок, и на доске у двери появлялась цифре пять. Тогда Эльна спешила поставить завтрак на поднос и отнести жене доктора.

Доска у двери служила для того, чтобы Эльна знала, из какой комнаты поступает сигнал. Каждая комната имела свою кнопку звонка со своим номером. Нажимаешь на кнопку - в кухне звенит и в окошке появляется номер. Кнопка в комнате Штеффи шла под номером "восемь", но, разумеется, ей нельзя было этим пользоваться. По словам Эльны, звонок существовал только для господ. Если Штеффи что-то хотела, она шла в кухню.

Штеффи нечасто видела жену доктора и еще реже самого доктора. Иногда после обеда фру Сёдерберг стучала в ее дверь и спрашивала, как дела и как успехи в школе.

Однако она никогда не заходила в комнату, а стояла в дверях, словно ей было некогда.

Примерно раз в неделю Штеффи приглашали ужинать в столовую. В остальные дни она ела с Эльной в кухне. Свен считал, что Штеффи должна сидеть с семьей вместе со всеми и ссорился из-за этого с матерью.

Штеффи не придавала этому никакого значения. В присутствии доктора и его жены она чувствовала себя неудобно и скованно. При родителях не поболтаешь со Свеном, как обычно. Гораздо приятнее сидеть с Эльной в кухне, по крайней мере в те дни, когда у нее хорошее настроение.

Однажды после обеда фру Сёдерберг постучала в комнату Штеффи. Та узнала ее стук, отрывистый и решительный: пам - пам - пам. Эльна стучала один раз и какое-то время ждала, прежде чем постучать снова, а Свен обычно выстукивал ритм одной из свинговых мелодий, которые вечерами проигрывал на своем маленьком портативном граммофоне.

- Войдите.

Жена доктора отворила дверь.

- Как дела у нашей малышки Штеффи?

- Спасибо, хорошо.

- А как успехи в школе?

- Хорошо.

На этом разговор обычно заканчивался, но жена доктора не уходила.

- Да, Штеффи, - сказала она, - в субботу мы ждем к ужину гостей.

- Вот как, - медленно ответила Штеффи. - Я думала… Я собиралась поехать на выходные домой. Месяц уже прошел.

- Но ведь это можно отложить? - сказала фру Сёдерберг, однако ее слова прозвучали не как вопрос. - Мы очень хотим представить тебя нашим гостям.

Штеффи задумалась. Она в самом деле ждала поездки на остров. Уже позвонила тете Марте и сказала, что приедет, и по удачному совпадению дядя Эверт тоже должен быть дома и в субботу, и в воскресенье. В рабочие дни рыбная ловля не считалась ни с какими обстоятельствами.

Конечно же, тетя Марта рассказала о ее приезде Нелли. Да и Вера ждала ее…

Но настоящий званый ужин! Как давно она не была на нем. Белая скатерть, свернутые салфетки, свечи и столовые приборы с цветочным узором. Вкусные блюда и вино, мерцающее в бокалах взрослых. Как на званых ужинах, которые раньше устраивали мама с папой.

- Да, - сказала она, - это может подождать до следующих выходных.

Штеффи позвонила тете Марте и сообщила, что должна остаться в Гётеборге. Даже если тетя Марта и разочаровалась, то вида не подала.

Штеффи узнала от Эльны, что гости придут в семь часов. Кухарка появилась ранним субботним утром; Штеффи и Свен еще не успели отправиться в школу, как она уже поссорилась с Эльной, и домработница выбежала из кухни с красным лицом.