Впервые за последние три дня дети наелись досыта, и у Камыша тоже начали слипаться глаза. Но он не мог позволить себе сна. У него, как мужчины, имелось еще очень, очень много неотложных дел. Паренек подхватил с земли из кучки полукруглый кремневый скребок и побежал к озеру.
Крепким острым инструментом работать было легко и приятно. Камыш с удивившей его самого скоростью нарезал охапку тростника, вернулся на холм. Опустил возле девочки:
- Чего не спишь? Беседующий-с-Небом сказывал, хвори во сне быстрее всего уходят.
- Пить очень хочется. Хотела спуститься, а нога не идет, - пожаловалась Золотая Тень. - Не болит, я и забыла.
- Сейчас принесу, - кивнул паренек. - Слушай, раз уж ты не спишь, может, сплетешь тонкую циновку? Трутную яму закрывать.
- Давай, - потянула она к себе из охапки верхние стебли. - А чего кисточки не оторвал?
- Неудобно в воде. Вот, возьми… - Он выбрал из кучи колотого кремния небольшой осколочек с острой гранью. - Сама срезай, где нужно. Я сейчас еще немного принесу, раз уж все равно за водой идти…
В этот раз Камыш шел к Вечерним Водам медленно, внимательно глядя по сторонам. Он помнил, что где-то недалеко от тропинки видел краем глаза плотный пучок зеленых зонтиков, но поначалу не придал значения находке. Дудник - трава привычная, чего на него внимание обращать?
- А-а, вот ты где! - Паренек свернул, острой гранью скребка срезал отростки с соцветием, потом аккуратно подрезал у корня. Дунул внутрь хрупкого трубчатого стебля: - Не ковш, конечно, но воду набрать можно.
И он бегом помчался на берег.
Плести циновку из тростника - дело несложное. Складываешь стебли бок о бок, потом протягиваешь другие стебли поперек, переплетая с основой. Главное - пристукивать не забывать, чтобы плотнее лежали. Пока Камыш ходил к озеру, Золотая Тень успела уже сделать плетенку почти в локоть шириной. Он только брови удивленно приподнял, подавая ей стебель с водой:
- Лихо у тебя получается!
Девочка гордо кивнула, в несколько глотков осушила длинную, но тонкую емкость:
- Так мало?
- Сколько влезло, столько и набрал. Сейчас еще принесу.
- Я вот подумала, может, нам ею укрыться? - тряхнула сплетенным куском Золотая Тень. - А то холодно ночью. Я до темноты успею. Ты для тепла чего-нибудь найдешь?
- Попробую.
- Только воды сперва принеси!
Чтобы напоить девчонку, к озеру пришлось бегать четыре раза. Потом Камыш перенес с помощью двух палок в будущую трутневую яму нагоревшие угли, накидал сверху валежника: пока прогорит, песок от последней влаги как раз избавится. Пересадил на новое место Золотую Тень, сбегал в осинник за трухлявым сухостоем, а после этого - вернулся по берегу к болоту, мимо которого вчера протаскивал свою спутницу, надрал там верхнего, почти совсем сухого, легкого и мягкого мха, за несколько ходок принес на холм изрядную кучу. Он так увлекся, что напрочь забыл про изготовленное утром копье. Оно так и осталось стоять у сосны. К счастью, нужды в оружии за весь день так и не возникло.
Вечером дети подкрепились печеными корнями, а потом долго сидели у догорающего костра, глядя в усыпанное сверкающими звездами небо.
- Что же нас так долго найти не могут, Камыш? - вздохнула девочка. - Так ведь мы совсем пропадем.
- Унесло далеко. Так сразу и не выследишь, - ответил он. - Давай ложиться спать. Может, утром они будут уже здесь. Давай я помогу…
Он перенес Золотую Тень на песок под ствол, сделав ей под бедро и под плечо небольшие ямки, накрыл ее огромной, втрое больше, чем нужно, циновкой, сверху заложил всю циновку толстым слоем мха. Выбрал в костре несколько самых крупных углей, перекинул их в ямку, на слой нагоревшей днем золы, засыпал сухой трухой, добавив для страховки пару трутневых грибов, накрыл корой и засыпал песком, оставив только маленькую дырочку для дыма. Постоял, прислушиваясь к доносящемуся откуда-то издалека голодному вою - и только тут спохватился, сбегал за копьем, положил в изголовье. Постоял еще немного, оглядываясь, вспоминая.
- Кажется, сделал все как надо, - наконец решил он и осторожно, стараясь не рассыпать мох, ногами вперед влез под циновку.
Жесткие стебли камышей царапались и кололись. Но не так сильно, чтобы причинять боль. Зато здесь, в простеньком укрытии, было тепло, уютно пахло дымком. Еще бы крышу над головой соорудить - и будет совсем, как дома. Усталый Камыш закрыл глаза и мгновенно провалился в сон.
Зарубка пятая
Несколько длинных разрезов на бересте, над ними - черточки чуть покороче. Наверное, это охотники в лодках. Только вот заняты они совсем не охотой. Потому что отправились на Поиски пропавших.
Золотая Тень была слишком наивна. Как раз в тот момент, когда Камыш попытался (и успешно) разжечь огонь, мужчины племени Хозяина Реки только-только возвращались к своему селению.
К песчаному берегу около деревни пристали пироги. В каждой из пяти сидело по два охотника, а посередине лежала прикрытая рогожей груда хорошо пропеченного мяса. Охотники были веселы и горды собой: они привезли столько добычи, что ее должно хватить на много, много дней - на сколько точно, никто, конечно, подсчитать не мог. Еще и останется запас. Мясо можно будет завялить и сложить в домах на случай ненастья, неудачной охоты или голодного времени.
Мужчины племени были так довольны, что не сразу обратили внимание, как печальны встречающие их женщины и дети.
- Где Мощный Волк?
Шаман Беседующий-с-Небом первым заметил неладное и встревожился.
Женщины невольно оглянулись на взгорок, где оставшийся в стойбище старшим хромой охотник поливал землю под священной ивой сладким травяным отваром, моля духов леса о помощи. Однако рассказать об этом Беседующему-с-Небом никто не успел. Быстрая Синица, не сдержавшись, растолкала старших и кинулась к мужу:
- Камыш пропал! Вепрь, его унесло еще позавчера. Он так и не вернулся!
- Как унесло? Чем, куда? - не понял Грозный Вепрь, вытаскивая лодку на песок.
- Их плавучее дерево унесло! - выкрикнула Полная Луна. - Золотую Тень и Камыша. Мы искали, но не нашли…
Молодая женщина расплакалась, закрыв лицо ладонями. Быстрая Синица лишь нервно ощипывала мех с подола платья из тонких оленьих шкур и с надеждой смотрела на мужа большими глазами.
- Помогите Грозному Вепрю и Парящему Коршуну разгрузить лодки! - решительно приказал охотникам Черный Стриж, которого уже много лет все слушались как вождя. - Беседующий-с-Небом, ты поплывешь с Вепрем вдоль берега. Призови всех добрых духов, дабы помогли найти детей. Я и Коршун поплывем вдоль рассветной стороны. Торопитесь! Мы и так узнали о беде слишком поздно!
Десять сильных мужчин моментально перекидали груз из двух долбленок на прибрежную траву, помогли столкнуть прочные осиновые лодки обратно на воду. Охотники запрыгнули внутрь и, тут же взявшись за весла, насколько хватило сил разогнали узкие и длинные стремительные челноки вниз по течению. Деревья и кусты замелькали с такой скоростью, словно люди бежали со всех ног. Почти сразу они обогнули первую излучину, промчались до устья Кабаньей реки. При этом потомки Хозяина Реки не отрывали глаз от берегов. Опытный взгляд прирожденных охотников мигом отмечал все мелочи: обломанные ветки, примятую траву, следы на песке, вывернутые камни. Но ничто пока что не выдавало появления здесь детей или опасных для них хищников. Никто рослый и тяжелый не выбирался из реки, утаптывая траву, не ломился через кустарник, не шел вдоль берега, оставляя выемки во влажном песке и мелкой гальке.
Остался позади Желтый ручей, лодки миновали очередную излучину.
- Сюда! - Парящий Коршун неожиданно погрузил весло в воду, тормозя лодку, указал на обрыв. Охотники повернули к берегу, выпрыгнули из лодок. - Вот, смотрите! Кто-то крупный спрыгнул сверху. Вон какие выемки в слежавшемся песке. Судя по тому, насколько широко стоят лапы, это был…
Он запнулся.
- Да, это он, - согласно кивнул Черный Стриж. - Он что-то увидел в реке, спрыгнул, вошел в воду. Вот здесь… А вон там он вышел. Следы уже сильно затекли, это было позавчера. Он хотел достать какую-то добычу, но не смог и потрусил вдоль воды. Вот следы, вот… Грозный Вепрь, возвращайтесь вместе с шаманом к тому берегу. Если он кинулся к детям, они должны были переплыть на ту сторону.
Черный Стриж был не робкого десятка, но и он опасался назвать по имени самого грозного из хищников.
- Зачем им это? - покачал головой шаман, опершись на весло. - По закатной стороне тянется топь, по ней не пройти.
- Лучше топь, чем большой пещерный саблезубый, - шепотом назвал противника Стриж. - Золотая Тень и Камыш - потомки Хозяина Реки, они не боятся воды. Им незачем забираться в болото, они могли пойти назад вдоль берега. В реке лесные звери не страшны.
- Тогда бы они вернулись в селение еще вчера, Черный Стриж, - возразил шаман. - Но их нет. Значит, на берег они не выходили. Мне жаль, братья мои, но они, похоже, утонули.
- Этого не может быть! - перебивая друг друга, горячо возразили Грозный Вепрь и Парящий Коршун. - Они - дети Первопредка! Они всегда прекрасно плавали и лазали по деревьям! И не раз играли на плывущих деревьях! Они не могли утонуть! В нашем роду вообще никто никогда не тонул!
- Дерево могло повернуться в воде и своей кроной неожиданно увлечь их на дно.
- Если бы они утонули, Беседующий-с-Небом, - холодно ответил Черный Стриж, - их тела прибило бы к берегу. Так или иначе, нужно искать. Обратись к духам, пусть они помогут в этом!