- Поначалу они даже не хотели меня впускать, а потом я услышала, как они кричат и двигают мебель. Ну и гнусное же тут местечко.
Время шло. Наша бешеная гонка продолжалась.
- Я сейчас концы отдам, - простонала Лиз, когда я столкнулась с ней нос к носу у дверей кухни. - Если мне придется еще раз взбираться по этой лестнице, у меня просто ноги отвалятся.
- Но это же отличная зарядка, - попыталась утешить ее я. Но она вытаращила на меня глаза.
- Ты что, шутишь?
- Когда речь заходит о спорте, Санни никогда не шутит, - вмешался Том, появившись за ее спиной. - Ты это прекрасно знаешь.
Я посмотрела на него. Лицо Тома было цвета спелого помидора, галстук сбился набок, а рубашка прилипла к взмокшей спине. Теперь он совсем не был похож на конферансье.
- Наше счастье, что табличка "Мест нет" не соответствует действительности, - выдохнул он. - Представляете, что было бы, если бы мотель действительно был забит до отказа? Нам бы тут точно конец пришел.
Но нам и так приходилось несладко. Может, потому, что мы были новичками в этом деле и едва успевали загружать подносы и разносить их по комнатам к назначенному времени, а разгрузка грязной посуды с опустевших подносов была оставлена на потом.
Поэтому, когда в восемь тридцать появилась худенькая седая женщина, назвавшаяся Бриджит, которая работала тут посудомойкой, на кухне был полный кавардак. Она с тоскливым видом оглядела горы подносов, на которых валялись бумажные салфетки, яичная скорлупа и надкусанные рогалики.
- Но ведь в мои обязанности не входит еще и разгребать мусор на подносах, - тоненько и жалобно пропищала она, обращаясь к Лиз. - Это не моя работа. Так мистер Свинотт сказал. Я с ним вчера разговаривала. Он пообещал...
Из-за плиты раздалось рычание Курта.
- Ох уж мне эти малолетки! Разве они соображают, что делают? Говорил же я Свинотту. Скупердяйство до добра еще никого не доводило. Да разве он послушается!
Примерно без десяти девять поток заказов наконец-то иссяк. Я начала помогать Лиз и Тому очищать подносы, но Курт, продолжая брюзжать, сунул мне еще один поднос.
Ничего себе! Он был заставлен до краев. И не только тяжеленными крышками и серебряными приборами. Там действительно было полно еды. Обильный завтрак. Яичница из трех яиц, три ломтя бекона, жареные помидоры, тосты с пылу с жару, вдоволь масла и мармелада, высокий запотевший стакан с соком и кофейник, который, судя по весу, никак не был полупустым.
- Это для мистера Свинотта, - приказал Курт.
- Ого! - воскликнул Том. - Сколько жратвы!
- Конечно, одним все, а другим ничего, - пробормотала Бриджит от своей мойки. - Ну хоть у кого-то все в порядке.
Я накрыла еду крышками и взяла поднос.
- Куда нести, Курт?
- Ты что, глухая? - рявкнул он. - Мистеру Свинотту.
- В кабинет?
- В его квартиру. Это сразу за кабинетом. Спроси, как там ее, ну, эту старую крысу за стойкой. Она тебе покажет. Давай, пошевеливайся.
Я потащилась с громадным подносом по коридору, ведущему в вестибюль. Китти сидела на своем месте и вязала. Увидев меня, она широко улыбнулась.
- Жребий пал на тебя, бедняжка? Завтрак для Свинотта, да? Точно. Он уже поджидает. Иди прямо в кабинет и постучи в дверь, которая находится за письменным столом.
Я так и сделала. Сегодня крошечный кабинетик показался мне захламленным еще больше, чем накануне, во время нашей предварительной беседы. Застарелая вонь сигаретных окурков и грязных сорочек мистера Свинотта. Меня чуть не стошнило, когда я стучала в дверь.
- Да, войдите, - раздался голос мистера Свинотта, как всегда, не слишком приветливый.
Я повернула ручку двери и зашла в комнату.
Это была тесная, грязноватая гостиная. Я огляделась кругом, соображая, куда бы поставить поднос.
- На стол, - буркнул мистер Свин, появляясь из помещения, которое, должно быть, служило спальней. На нем была та же самая одежда, что и вчера. Может, он и спал в ней.
В углу комнаты примостился маленький обеденный столик. Там стояли пустые стаканы, пепельницы и бутылки, валялись газеты и другой хлам. Но я умудрилась все-таки очистить местечко и пристроить там поднос, ничего не опрокинув.
Не говоря ни слова, мистер Свинотт уселся у стола и залпом опрокинул в себя стакан сока. Затем он снял крышку с тарелки с яичницей, схватил нож и вилку и начал заталкивать в себя еду с такой скоростью, как будто собирался побить все мировые рекорды.
- Теперь ступай, - прошамкал он с набитым ртом, едва ворочая языком. - Возвращайся на кухню. Ну, чего стоишь?
Я вернулась в кабинет, кипя от злости. Он действительно был грубияном и скотиной. Таких мне еще не приходилось встречать.
Наверное, я все еще продолжала хмуриться, когда дошла до вестибюля, потому что Китти рассмеялась, увидев мою мрачную физиономию.
- Милашка, правда? - хохотнула она. - Кстати, как там у него? Хлев, как всегда?
По выражению моего лица она поняла, что угадала.
Она покачала головой.
- Он требует, чтобы я убирала у него перед уходом. Прислуга появляется здесь только раз в неделю. - Она снова засмеялась. - Не думай, что я собираюсь идти у него на поводу. Мне выбирать работу не приходится, но это уж слишком.
Через застекленную дверь я заглянула в коридор, вдоль которого шли двери комнат первого этажа голубого крыла. У нескольких из них лежали подносы, дожидаясь, когда их уберут. Наверное, и наверху парочка есть.
- Я, пожалуй, соберу оставшиеся подносы и отнесу их на кухню, - сказала я Китти. - Увидимся еще.
- Тут есть старая тележка уборщицы в кладовке, рядом с кухней, детка, - сказала Китти. - Я ее как-то видела там. Почему бы тебе не воспользоваться ею? Можешь катить ее перед собой по коридору и складывать туда подносы. А потом все разом доставишь на кухню.
Я кивнула и поблагодарила ее.
- Ау, - позвала она, когда я уже направлялась к двери. - О подносе Свинотта не беспокойся. Я сама о нем позабочусь.
Я нашла тележку там, где и сказала Китти. Она была довольно ободранная и грязная. И для того, чтобы развозить подносы с едой, она вряд ли подошла бы. А вот для сбора пустых годилась вполне.
Я потащила ее в коридор. Рыжеволосая девица, которая дежурила за стойкой накануне, попалась мне навстречу. Я поздоровалась, но она посмотрела сквозь меня и не сказала ни слова. То ли она просто не расслышала, то ли считала ниже своего достоинства разговаривать с кухонной прислугой.
Я собирала пустые подносы с пола и складывала их на тележку. Потом я поднялась по лестнице на второй этаж, чтобы проверить, не осталось ли еще подносов.
Там их было только два, и оба у одной двери. Я подняла их и водрузила на тележку рядом с остальными. А теперь - в розовое крыло. Тут меня ждало три подноса - два наверху и один внизу. Я скакала вокруг своей тележки, постоянно что-то передвигая и меняя местами, чтобы все влезло.
К тому времени, когда я направлялась к последнему подносу, тележка уже настолько была переполнена, что едва не трещала. Но я ухитрилась и его втиснуть в общую кучу.
Я повернула обратно к кухне. Тележка двигалась тяжело, нагруженная доверху грудой кошмарных металлических крышек, грязных тарелок, подставками для яиц, скомканными салфетками, корками тостов, шкурками от бекона и кожицей от помидоров.
Проходя мимо вестибюля, я заглянула туда. Рыжая девица уже заняла место Китти за стойкой. Она смерила меня холодным взглядом. Китти нигде не было видно. Должно быть, она ушла, пока я возилась наверху.
- О нет, - застонала Лиз, когда я ввалилась в дверь кухни. - Только не объедки опять!
У раковины, по локоть в мыльной пене, пыхтела Бриджит. Курт, примостившись на краешке кухонного стола, прихлебывал кофе и что-то бурчал себе под нос.
Мы начали разгружать наш транспорт и стряхивать мусор с тарелок. Объедки - в помойное ведро. Прочий мусор - в корзину. Грязную посуду - в раковину к ворчащей Бриджит. Подносы - обратно на место.
- Мне кажется, нам стоит и завтра прийти и помочь остальным, - прошептала мне Лиз, со злостью швыряя в корзину скорлупу. - Я не представляю себе Ришель за этим занятием.
- Нам все равно придется делить деньги на шесть частей, а не на три, - рассердился Том. Он собирал в одну кучу использованные бумажные салфетки. Вдруг он присвистнул и наклонился над мусорным ведром, удивленно подняв брови.
- Раз мы подрядились на эту работу, то это совсем другое дело, - начала Лиз, - но что касается оставшихся нескольких дней... Том, что это ты делаешь?
Том выпрямился. В руке у него была зажата скомканная салфетка.
- Взгляните-ка на это, - прошипел он, поглядывая через плечо на Бриджит и Курта. Они не смотрели в нашу сторону.
Лиз и я уставились на салфетку, которую уже разворачивали длинные пальцы Тома. На ней было что-то написано. Какие-то закорючки и цифры. И послание. Большими печатными буквами. Сердце у меня екнуло, когда я увидела этот призыв: СПАСИТЕ!