Всего за 249 руб. Купить полную версию
Синицын Елисей Тихонович (1909–1995), генерал-майор (с 1968 г.). В органах внешней разведки с осени 1937 г. В 1939-м и в 1940–1941 гг. был резидентом легальной резидентуры НКВД в Финляндии, действовавшей "под прикрытием" посольства СССР в Хельсинки. В 1943–1944 гг. он работал в Стокгольме, будучи заместителем резидента НКГБ в Швеции по Финляндии.
С 1948 г. Синицын - начальник отдела в Комитете информации (КИ) при СМ СССР - так до 1953 г. называлась единая разведывательная служба, объединившая под одной "крышей" и военную, и внешнеполитическую разведку МГБ СССР.
В 1950–1952 гг. Е.Т. Синицын - представитель КИ в ГДР. В 1953–1956 гг. - представитель органов госбезопасности СССР в ВНР. С 1969 г. - заместитель начальника Первого Главного (разведывательного) управления (ПГУ) КГБ при СМ СССР. С 1981 г. в отставке. Автор мемуаров "Резидент свидетельствует" (М., 1996).
Григоренко Григорий Федорович (1918–2007), будущий генерал-полковник (1982), Лауреат Государственной премии (1981), подобно многим руководителям КГБ, начал свою службу в органах НКВД в 1940 г.
С 1942 г. Григоренко проходил служил на различных должностях во 2-м (контрразведывательном) управлении НКВД СССР, с апреля 1943 г, при выделении военной контрразведки и передаче ее в наркомат обороны - в Главном управлении контрразведки "Смерш" (ГУКР НКО "Смерш"), продолжал принимать непосредственное участие в ведении радиоигр с разведывательными органами Германии.
В 1946–1949 гг. Г.Ф. Григоренко - начальник отделения управления военной контрразведки МГБ СССР, в 1949–1952 гг. - во внешней контрразведке ПГУ МГБ СССР. С марта 1954 г. - первый заместитель представителя КГБ при СМ СССР в Венгрии. Был тяжело ранен во время ликвидации контрреволюционных выступлений в Будапеште.
В 1962–1969 гг. он возглавлял Службу внешней контрразведки ПГУ КГБ, в 1969–1970 гг. - первый заместитель, в 1970–1983 гг. - начальник Второго Главного (контрразведывательного) управления (ВГУ) КГБ СССР. С февраля 1970 г. - член Коллегии КГБ, а с 23 ноября 1978 г. должность начальника ВГУ совмещал с должностью заместителя председателя КГБ СССР.
С 1983 г. - заместитель министра общего машиностроения СССР. С мая 1989 г. - на пенсии. Награжден орденами Ленина, Красного Знамени, тремя орденами Красной Звезды, Отечественной Войны I-й и II-й степени, Трудового Красного Знамени, Октябрьской Революции и многими медалями.
ХХ съезд КПСС, прошедший в феврале 1956 г., подробнее о котором мы расскажем далее, стал важной поворотной точкой не только в истории нашей страны, международного коммунистического движения, но и всего ХХ века.
Великий перелом
Начавший свою работу в Большом Кремлевском дворце 14 февраля 1956 г. ХХ съезд Коммунистической партии Советского Союза в силу целого ряда причин, неизвестных сегодняшним читателям, действительно стал эпохальным событием мирового значения.
Хотя его итоги, особенно "секретный" доклад Первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева делегатам съезда 25 февраля , были встречены отнюдь неоднозначно как в нашей стране, так и за рубежом.
Как вспоминал об этом бывший в ту пору заместителем директора Центрального разведывательного управления (ЦРУ) США Рей Клайн, "Выступление Хрущева стало событием исторического значения, ибо документировано обличив сталинизм как невиданных размеров политическое зло, он был вынужден перейти к более мягким формам тоталитарного управления страной" .
Международное значение этого съезда определялось тем, что на нем были обнародованы новые принципы и приоритеты внешней политики СССР . Принцип мирного сосуществования государств с различным социально-политическим устройством был конкретизирован констатацией возможности отказа от войн, возможности их предотвращения .
В то же время была отмечена неизбежность острой идеологической борьбы между двумя социальными системами - миром социализма, и миром капитализма (подробнее на этом вопросе мы остановимся далее).
Немалое внимание в решениях съезда также было уделено вопросам сотрудничества с социалистическими странами и государствами, избравшими некапиталистический путь развития.
Следует особо подчеркнуть, что одобренные съездом основы внешней политики СССР не остались лишь политическими декларациями , а последовательно реализовывались в дипломатических и политических акциях советского правительства.
Например, что уже 27 марта 1956 г. советский представитель внес для рассмотрения Подкомитетом Комиссии ООН по разоружению предложения СССР об ограничении и сокращении вооружений обычного типа и вооруженных сил всех государств . Они, в частности, предусматривали сокращение под международным контролем армий СССР, США и КНР до 1–1,5 миллионов человек, Англии и Франции - до 650 тысяч военнослужащих, армий остальных стран - до 150 тысяч, а также прекращение испытаний ядерного оружия, уменьшение военных бюджетов.
16 июля 1956 г. Верховный Совет СССР обратился к парламентам всех стран с призывом принять действенные меры к прекращению гонки вооружений, последовать примеру Советского Союза о сокращении своих вооруженных сил.
К сожалению, нельзя не констатировать, что эти мирные инициативы СССР, включая масштабные сокращения Вооруженных Сил (только с 12 августа 1955 г. они были сокращены на 640 тысяч человек), не были адекватно оценены и поддержаны другими государствами.
31 марта 1958 г. Верховный Совет СССР принял постановление о прекращении в одностороннем порядке испытаний ядерного оружия . В нем указывалось, что мораторий будет соблюдаться в том случае, если другие ядерные державы последуют примеру Советского Союза.
В связи с тем, что США и Великобритания не только не ответили на призыв, но и увеличили количество ядерных испытаний, 5 октября 1958 г. советское правительство заявило о том, что действия западных держав освобождают СССР от односторонних обязательств.
Далее мы еще приведем несколько примеров советских мирных инициатив, оказавших существеннейшее значение на создававшуюся конфигурацию международных отношений в мире, непосредственное участие в разработке которых принимал лично Ю.В. Андропов.
Ничуть не умаляя международного значения внешнеполитических инициатив Советского Союза, следует отметить, что наибольший интерес, а также оживленные, порой жесткие дискуссии и полярные оценки, как в нашей стране, так и за рубежом, все же вызывали и вызывают поныне вопросы внутренней политики.
Объективно следует констатировать, что результаты работы съезда, точнее - "секретный" доклад Первого секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущева о культе личности Сталина и его последствиях, расколол советское общество, а затем - и международное коммунистическое движение.
Причем этот раскол общества сохранился в нашей стране и сегодня. О чем свидетельствуют как результаты социологических опросов , так и не прекращающаяся поныне дискуссия о роли этого съезда КПСС в истории страны.
Неоднозначность восприятия и оценки итогов и уроков ХХ съезда КПСС показывает также полемика, проявившаяся в материалах, посвященных полувековому юбилею этого события. Нередко рефреном в ходе нее повторялись слова о том, что-де мало еще известно как о подготовке самого ХХ съезда, так и о реализации принятых им решений, что на наш взгляд, представляется не обоснованным.
В то же время, учитывая то обстоятельство, что многие цитируемые нами документы неизвестны современному читателю, нам представляется необходимым прибегнуть к пространному воспроизведению фрагментов некоторых из них, чтобы как максимально представить как их содержание, так и попытаться показать их пафос, передать "дух эпохи", накал и кипение политических страстей и эмоций.
Отметим, что в Отчетном докладе ЦК КПСС делегатам съезда критика культа личности Сталина и порождавших его ошибок в государственном строительстве и управлении, прозвучала лишь в третьей части доклада, да и то достаточно обтекаемо.
В частности, Н.С. Хрущев подчеркивал: