Всего за 134.9 руб. Купить полную версию
Но все же должность секретаря была возложена на Крупскую, сразу же приступившую к работе со всей ответственностью, на какую только была способна. Надежда Константиновна в буквальном смысле работала на износ. М. Эссен писала о работе Крупской в тот период: "Надежда Константиновна была незаменимым секретарем редакции старой "Искры" и "Вперед", и вся огромная работа по организации связи с партийными комитетами в России, по распределению сил, подготовке ко II и III съездам партии лежала целиком на ее плечах. В ее руках сосредоточились все нити, все связи с большевистским подпольем, которые беспрерывно рвались из-за арестов товарищей, провалов явок и адресов и которые она с изумительным терпением и большевистской настойчивостью вновь и вновь восстанавливала…"
Упомянутая Мария Моисеевна Эссен (1872, Брест-Литовск – 1956, Москва) также была профессиональной революционеркой, в движении социал-демократов с 1892 года, член киевского "Союза борьбы за освобождение рабочего класса"; в 1899 арестована, выслана в Якутскую губернию. В 1902 бежала за границу, в Женеву, но уже в 1903 – член Петербургского комитета РСДРП, в 1905 была организатором боевых дружин (!). Впоследствии, с 1925 по 1927 г. работала в Москве, в Госиздате, с 1927 г. – в Истпарте ЦК ВКП(б), Институте Ленина, с 1931 г. – в Коммунистическом институте журналистики и т. д., была членом Союза советских писателей, – учила бывших русских, ставших советскими гражданами: что и о ком можно, а что и о ком нельзя писать и читать. Очень гордилась партийной кличкой "Зверь". (Любопытно, но знаменитый оккультист и масон Алистер Кроули считал себя истинным Зверем, во что верили и его современники, часто подписывался как "Зверь 666"; Зверем каббалисты называют Нерона, Гитлера и других преступников международного масштаба.) В рядах пламенных революционеров также были Сатана (В. П. Арцибушев) и другие представители бесовщины и дьяволиады.
Тогда, в 1901 году члены редакции "Искры" жили в разных местах: Ульянов, Крупская, Мартов, Потресов и Засулич – в Мюнхене, Плеханов – в Женеве, Аксельрод – в Цюрихе. Но действовали они все в одном направлении. И газетенке своей придавали определенный вес склоками и лживыми статейками. Обилие псевдонимов производило эффект присутствия читательской аудитории. Какие только дискуссии не подписывались непонятными именами; А – р, Н. Д., Steinberg (П. Б. Аксельрод); А. Булыгина, В., В. З., З., Иванов, Карелин (В. И. Засулич); А. Б., Берг, Гамма, Егоров, Кедров, Л. М., Мартов Ю. О., Сергеев, Тупорылов, Нарцис, Эльмар, Ignotus, Martin, Z. (Ю. О. Цедербаум); Алексеев, Андреевич, Бельтов, Бочаров, Волгин, Валентинов, Каменский, Кузнецов, Ушаков, Idem и др. (Г. В. Плеханов); А. П., К – р – ий, П – в, П – р – ъ, Потресов-Старовер, Путман, Семин, Орест, Старовер (А. Н. Потресов) и т. д. Были у "Искры" и свои поэты: Петр Вейнберг, Николай Ломан, Алексей Сниткин, Лиодор Пальмин, Петр Шумахер и другие, писавшие пасквили и "шедевры", не только такие, как "Песнь каторжного", но еще и "Песнь о Педефиле и Педемахе", "Угнетенная невинность, или новая Одиссея".
Что же касается тематики публицистических статей, то здесь можно было изгаляться как угодно: провоцировать и обливать грязью друг друга, а еще лучше – чернить российскую действительность; все сходило с рук!
"Приветствуемый "Освобождением", тов. Старовер продолжает в новой "Искре" каяться в грехах, содеянных им (по неразумению) участием в старой "Искре". Тов. Старовер очень похож на героиню чеховского рассказа "Душечка". Душечка жила сначала с антрепренером и говорила: мы с Ваничкой ставим серьезные пьесы. Потом жила она с торговцем лесом и говорила: мы с Васичкой возмущены высоким тарифом на лес. Наконец, жила с ветеринаром и говорила: мы с Количкой лечим лошадей. Так и тов. Старовер. "Мы с Лениным" ругали Мартынова. "Мы с Мартыновым" ругаем Ленина. Милая социал-демократическая душечка! В чьих-то объятиях очутишься ты завтра?" (См. В. И. Ленин, Соч., т. 9, изд. 4).
На страницах "Искры" велись и более "высокоинтеллектуальные" дискуссии; тут и словесная борьба с эсерами, которые "вместе с Бернштейном, Давидом, Герцем и другими ревизионистами, ополчившись против революционной теории марксизма, сосредоточили свои усилия на "критике" учения Маркса по аграрному вопросу"; по мнению большевиков, именно эсеры клеветали на марксизм без зазрения совести, "путем клеветы и извращений стремились внушить крестьянству недоверие к рабочему классу и его партии, сорвать в ходе революционной борьбы союз рабочего класса и крестьянства" (из книги "Ленинская "Искра").
Не зазорно им было русскому народу – доверчивому как дитя! – лгать что заблагорассудится их изощренным умам. К примеру, писали, что в имении князя Трубецкого (Херсонской губернии) продолжительность рабочего дня составляет… 21 час с получасовым перерывом на завтрак и обед, и что издевательства над рабочими доходили до того, что им… надевали намордники при сборе винограда! Писали, цинично посмеиваясь над глупостью народа, позволявшему с такой легкостью обвести себя вокруг пальца… Были и другие "страшные" подробности о положении наемных рабочих в Российской империи.
В 1902 году почти вся редакция "Искры" собралась в Лондоне, причем "Мартов и Засулич поселились коммуной в одной квартире с Алексеевым. Самую большую комнату сделали общей, где проходили деловые встречи и обсуждения. Плеханов дал этой комнате меткое название "вертеп" за царивший там чудовищный беспорядок". К слову: НИ в одной стране Европы мужчины и женщины, НЕ состоявшие в церковном браке, НЕ жили в одном помещении. Но в подобных "коммунах" часто собирались представители вырождения и упадка, почитатели революционных идей свободной плоти.
В связи с появлением многочисленных подобных "вертепов" в Российской империи, с середины XIX века русских ученых стала интересовать тема гомосексуальности. В "Архиве судебной медицины и общественной гигиены" имеются любопытные материалы. Там можно найти свидетельства, какие научные споры ведут немецкие ученые Каспер и Тардье, петербургский гинеколог Мержеевский, психиатры В. М. Бехтерев и В. Ф. Чиж. Последний "отметил, что описываемые… явления вовсе не являются такими редкими и исключительными, как это кажется немецким авторам, с проявлениями содомии криминальная полиция сталкивается чуть ли не ежедневно". Самым влиятельным русским специалистом был профессор Петербургской Военно-медицинской академии Вениамин Михайлович Тарновский. Его книга "Извращение полового чувства: Судебно-психиатрический очерк для врачей и юристов" (1885) была почти одновременно с русским изданием выпущена на немецком, а позже также на английском и французском языках… Неприязнь к гомосексуальности дополнялась у Тарновского антисемитизмом" (печатается по И. Кон "Лунный свет на заре", М., 1988). Впрочем, большинство воистину влиятельных русских специалистов в этой области (и других) после кровавого октябрьского переворота 1917 года были вымараны из печатных трудов и памяти народной…
В том же 1902 году Владимир Ильич, сдавший "Искру" своей близкой соратнице Крупской, много путешествует; он читает "рефераты против эсеров" в Париже, в октябре и ноябре – в Лозанне, Женеве, Берне, Цюрихе… Осенью того же года в Лондоне появляются после побега из "страшной" царской тюрьмы 9 "искровцев": Бауман, Крохмаль, Литвинов, Пятницкий (наст. Таршис) и другие. "В 1901 г. В. И. Ленин направил в Москву прекрасного организатора, стойкого профессионала-революционера Н. Э. Баумана", который распространял литературу, организовывал кружки, вел подрывную деятельность на заводах и фабриках… В начале 1902 г. был арестован; отчего "довелось летом из-за границы отправлять новую группу искровцев" (из книги "Ленинская "Искра"). Среди прибывших и революционер Бабушкин; "еще больше вырос Иван Васильевич в глазах Плеханова, когда, придя в коммуну, Георгий Валентинович увидел в "вертепе" идеальный порядок". На вопрос кто причастен к порядку, Бабушкин отметил с обидой: "Это у вашего элемента всегда грязь, – ему русская прислуга нужна, а сам он за собой прибрать не умеет". И в дальнейшем Бабушкин, пока находился в Мюнхене и посещал тайные занятия по искусству революционной борьбы и террора, следил за тем, чтоб сотоварищи мужчины и женщины не гадили в общем "вертепе".
Также по осени редакции "Искры" вновь пришлось сменить место: на сей раз поехали в Женеву. Там Крупская и Ульянов до 17 июня 1904 года прожили в двухэтажном доме, "напоминающем дом русского заштатного города" (по определению М. Эссен); очень прекрасная характеристика, если на нее обратить внимание, – станет понятным, что в царской России не могло быть пресловутого "жилищного вопроса", а народ жил в добротных условиях. Тогда же Надежда Константиновна готовила доклад ко II съезду партии, одновременно работала с корреспонденцией и шифровкой писем. При этом революционеры "шифровали" и самих себя, давая друг другу клички вместо имен. Если обратиться к трудам психиатров, то можно увидеть, отчего возникает пристрастие смены имен и псевдонимов. И конспирация тут вовсе не стоит на первом месте! Люди, вступающие в религиозные общества, принимают новые имена, чтобы показать, что они стали другими и начали новую жизнь; точно так же поступают и вступающие в оккультные общества. В народе же веровали, что новые имена берут себе только ведьмы, идя в услужение к дьяволу. Но когда мужчины берут женские имена, а женщины подписываются мужскими – это однозначно свидетельствует о проблемах с психикой. И кому, как не современным психиатрам, знать это.
Ради любопытства взглянем на отдельные персонажи.