Всего за 84.9 руб. Купить полную версию
Организаторы митинга знали Илюхина и тут же предоставили ему слово. От него исходила такая сила и уверенность в правоте собственных слов, что тысячи людей мгновенно оказались под его влиянием. Октябрьская площадь слышала к тому времени уже многое из уст протестующих, но не такое - Илюхин едкими, точными словами буквально "раздел" Горбачева и показал всем гнилую суть его разрушительной политики. Досталось по полной программе и Ельцину с его антикоммунистическими, антиконституционными указами. Это была захватывающая речь, и она придала митингу новый, более высокий градус политического накала. В тот момент прокуратура пожалела, что уволив Илюхина, потеряла над ним контроль и влияние. "Джинн" оказался предоставлен самому себе.
. Супруга Виктора Ивановича не очень одобряла его поступки, перевернувшие весь уклад семейной жизни.
- Виктор, как же мы теперь дальше жить-то будем? - переживала Надежда Николаевна. - Дети мал мала меньше, я пока не работаю. Не погорячился ли ты с уголовным делом на Горбачева?
- Ничего, Надюшенька, я тебе обещаю - хуже не будет, - грустно улыбался жене Виктор Иванович. - Руки есть, голова работает, чего-нибудь придумаю. А по поводу Горбачева не сомневайся - я поступил правильно, по закону. Ты же сама юрист, понимаешь. Илюхин, редко бывавший дома из-за служебных командировок, занялся хозяйством. Спустя неделю - звонок в дверь. Пришли бывшие коллеги по прокуратуре.
- Надежда, накрывай на стол, у нас гости! - обрадовался Виктор Иванович. А вот жена восторга не испытала - в холодильнике один мороз, да кое-какие запасы. Не до гостей. Коллеги сели за стол, выставили сами кое-что из продуктов, а когда пошел разговор о новостях в стране и в прокуратуре, еще раз поддержали поступок Илюхина, сказали, что резонанс большой. Мол, для законников ты, Виктор Иванович, пример показал, как свой долг исполнять надо.
- И еще. как-то стихийно получилось. - засмущались гости, - но прокурорские начали деньги сдавать тебе в помощь на первое время. И в центральном аппарате, из областей гонцы едут, районные тут в Москве тоже. Так что не обижайся, прими помощь. Мы ведь как это расцениваем? Люди разделили твою позицию, решили хоть так приобщиться.
А еще через неделю в квартире раздался телефонный звонок. "На проводе" - главный редактор газеты "Правда" Геннадий Селезнев. Порасспросил, как дела, поругал Горбачева с Ельциным, а потом пригласил зайти в редакцию. Есть разговор. Что же не зайти, рассудил Виктор Иванович. В результате в конце ноября он уже стал заведующим юридическим отделом этого известного всему миру партийного издания. Тут вывод простой - светлые головы, порядочные и смелые люди, настоящие профессионалы долго без работы не остаются.
Тематика публикаций газеты "Правда" была Илюхину очень близка. Более того, читателям тоже хотелось знать тонкости тех дел, которыми занимался Виктор Иванович, работая в прокуратуре. Он писал много, и его оценки событий отличались не только фактологической точностью, социальной актуальностью, но и несли в себе ярко выраженный идеологический заряд. Точка зрения Илюхина, с одной стороны была правовой, юридически обоснованной, с другой - принципиальной, самостоятельной, не зависящей от тех веяний, которые в то время исходили от растерявшегося в политических ориентирах партийного аппарата.
Его попросили не ограничиваться газетными жанрами, а попробовать себя в документальной, публицистической прозе. В результате появилась книга "Вожди и оборотни", которая во всех подробностях рассказала читателям о недавних событиях в Узбекистане, о преступных методах работы следственной группы Гдляна-Иванова и о том, как ему пришлось "выводить их на чистую воду". Успех был ошеломляющим. Книга была переиздана в республиках Союза и за рубежом колоссальными тиражами. Люди хотели знать правду, которую от них скрывали.
ГКЧП
Оказавшись в газете "Правда", Илюхин невольно стал погружаться в политическую жизнь страны. В прокуратуре он исполнял служебный долг, в партийном издании высказывал собственную патриотическую позицию, но время заставляло не просто говорить и писать, надо было действовать. Безучастно смотреть, как ломают все, что было ему дорого, Виктор Иванович не мог. Оттого он постепенно сближается с коммунистами, находящимися в Верховном Совете РСФСР, участвует в их юридической консультации, анализирует шаги М.Горбачева, возмущается вероломством Б. Ельцина. Но очередной важный шаг в политику он сделает только тогда, когда КПСС, членский билет которой он хранил в сейфе до конца жизни, окажется на краю гибели. Что этому предшествовало?
Вспомним 1990 год. Два президента - СССР и РСФСР рушили КПСС, в которой оба и состояли. Именно в это время РСФСР обрела свою партийную организацию, в будущем и ставшую основой для создания современной Коммунистической партии Российской Федерации. Нашлись дальновидные люди, которые решили обезопасить партию и создать фактически страховочную Компартию РСФСР. Многим эта структура поначалу казалась излишней, нежизнеспособной, но как это в дальнейшем помогло, показало время. Пройдя множество искусственно созданных преград со стороны М.Горбачева и идеолога "перестройки" А.Яковлева, в июне 1990 года состоялся Учредительный съезд КПРСФСР.
Илюхин в то время еще работал в прокуратуре и, как многие другие наши граждане, внимательно следил за изменениями организационной структуры партии. Но появления КП РСФСР осознать и прочувствовать не успел, так как новые громкие события переключили его сознание на другое. Люди в одно прекрасное августовское утро проснулись и обнаружили в своем лексиконе новую абривиатуру - ГКЧП. Виктор Иванович понял, что произошло событие, которое даром для страны не пройдет. И вскоре все наглядно увидели, кто лучше всех воспользовался плодами краткосрочного "путча". Это был Ельцин. Более того, складывалось впечатление, что он заранее знал конечный результат противостояния Горбачева и членов Государственного комитета по чрезвычайным ситуациям, был к этому готов. Вплоть до загодя подготовленных проектов указов, которые ждали часа подписания и опубликования.
О том, что у президента России на момент ГКЧП было все "схвачено", невольно проговорился Александр Коржаков в своей книге "Борис Ельцин: от рассвета до заката. Послесловие". Не напрямую, конечно, возможно, намеренно скрывая, но внимательный читатель легко сопоставит приводимые автором факты и события. Никто даже не пытался интернировать Ельцина и его окружение, у них все время были комфортные условия для "пережидания" происходящих в стране событий. Вот смотрите:
"За несколько дней до путча Борис Николаевич был у него (у В.А. Крючкова. - Авт.) на приеме в новом здании КГБ на Лубянке. После беседы они вышли вдвоем, и шеф КГБ особенно тепло со мной попрощался, сказал добрые напутственные слова. "Неспроста", -подумал я. Для нас, офицеров госбезопасности, он был всесильным генералом могущественного ведомства. И вдруг - такое радушие, почти дружеское общение".
"К Ельцину с известием о ГКЧП я пришел первым. Все в доме спали и ни о чем не ведали. К восьми утра подошли Полторанин, Бурбулис, "обозначился" Собчак. Я позвонил в службу, приказал по тревоге поднять всех ребят и, как только можно, отправить на машинах в Архангельское .
В начале девятого Борис Николаевич при мне позвонил Грачеву - в тот момент Павел Сергеевич занимал пост командующего Воздушно-десантными войсками.
А за несколько месяцев до этого мы побывали в 106-й воздушно-десантной дивизии в Туле, там шеф уединился с Грачевым, и, что интересно, с глазу на глаз они обговаривали, как лучше себя вести именно в подобной ситуации. Реального ГКЧП, конечно, никто не допускал, но профилактические разговоры велись на всякий случай".
".Я понимал: если на нас нападет спецподразделение или армейская часть, мы долго не продержимся.".
"После короткого совещания решили ехать открыто - с российским флагом".
"Самый опасный участок пути - от ворот Архангельского до выезда на шоссе. Это километра три. Вдоль дороги - густой, высокий лес. За деревьями, как потом выяснилось, прятались сотрудники Группы "А". Они должны были выполнить приказ руководства ГКЧП - арестовать Ельцина. Но "Альфа" ничего не сделала - спецназовцы молча наблюдали за пронесшимся кортежем".
".Мы думали: как эвакуировать семью президента. Подогнали "рафик" со шторками к дачному крыльцу и туда посадили всех членов семьи Бориса Николаевича. У ворот их остановили люди в камуфляжной форме. Один из них заглянул в салон, обвел взглядом женщин, детей и спокойно пропустил машину".
"Ельцин разрешил Лебедю подвести к зданию (Белого дома. - Авт.) роту десантников. Для этого защитники разгородили баррикады и впустили их за оцепление".
"Много раз я выходил за оцепление и беседовал с танкистами, десантниками, офицерами. По настроению военных понял: никто из них не собирается штурмовать Белый дом".
Можно и далее цитировать Коржакова. Но, думаем, достаточно. Вывод однозначен: ГКЧП не собирался захватывать власть. Ельцин несколько дней в подвалах Белого дома активно работал, отсыпался, пировал с Лужковым, а семья президента спокойно пребывала в московской квартире. Борис Николаевич, дав время путчистам вступить во взаимодействие с госчиновниками и организациями Компартии, начал реализовывать свой план по ликвидации КПСС и КП РСФСР.
23 августа 1991 года Ельцин издает указ "О приостановлении деятельности Коммунистической партии РСФСР", в котором говорилось, что КП РСФСР не была в установленном порядке зарегистрирована, но активно поддержала ГКЧП. Начались аресты, изъятие документации, блокирование финансовых счетов, опечатывание помещений. Погром!