- Естественно, орлы, - подкрутил майор левый ус. - Я ее только вчера сочинил.
- Вы и музыку сочиняете, товарищ майор, - не удержался от восхищенной реплики капитан.
- А ты думал, Жора, - подмигнул ему Гвоздь. - У меня две сонаты, три кантаты и четыре рок-оперетты.
- Я фигею, - сказала Чижикова.
А Кипятков предложил:
- Товарищ майор, а давайте в Юлин внутренний мир отряд спецназа погрузим. Пусть они с Вальтером разберутся.
- К сожалению, во внутренний мир Юли может погрузиться одна лишь Юля.
- И что я там должна сделать? - спросила Чижикова.
- Задача у тебя простая. Найти Вальтера и нейтрализовать его.
- Убить, что ли?
- Нет, убить эту тварь невозможно. Она же не из плоти и крови. Ее можно только крестом шандарахнуть.
- Каким крестом?
- Вот этим. - Гвоздь достал из своей дорожной сумки православный крест с прорезиненной ручкой и с гордостью объявил: - Мое последнее изобретение - электрический крест!.. Вырубает любую инфернальную нечисть как минимум лет на триста. Держи, Юль.
Чижикова осторожненько взяла крест. И невольно представила, как она один на один сражается с выходцем из ада.
А Гвоздь с пафосом произнес:
- Я не люблю громких слов, Юля, но от твоей победы зависит будущее всего человечества…
- Неужели все так серьезно, товарищ майор?
- Более чем, Жора. У меня ведь тоже, как и у Налимова, чутье имеется - только не морское, а сухопутное. Оно мне подсказывает, что Вальтер готовит гадость во всемирном масштабе.
- А мне мое чутье ничего не подсказывает, - простодушно сказала Рыжикова.
Гвоздь усмехнулся.
- У тебя его просто нет. Чутье - оно такое: либо есть, либо нет… - Майор снова взглянул на Чижикову. - Слушай внимательно, Юля, и запоминай. Выход из внутреннего мира там же, где и вход. Если ты вырубишь Вальтера - вернешься живой и невредимой и в свое тело. А если не вырубишь…
- Я его вырублю! - решительно тряхнула Чижикова головой Пыжикова.
- И имей в виду, дочка: обычно такая тварь, как Вальтер, захватив чужой внутренний мир, населяет его фантомами. Самые опасные из них - фантомы-оборотни. Увидишь фантома-оборотня, сразу уничтожай его.
- Чем уничтожать? Крестом?
- Нет, огнем. Я дам тебе огнемет.
- А как отличить фантома-оборотня от фантома-необоротня?
- Элементарно. Окликни его, и если он обернется - значит, оборотень. Уразумела?
- Так точно! - лихо козырнула Юлька. Она старалась держаться молодцом, хотя в душе отчаянно трусила.
Однако майора Гвоздя не проведешь. У него глаз - алмаз.
- Боишься? - остро глянул он на Пыжикова.
- Ни капельки, - соврала Чижикова.
- А если без понтов?
- Ну… есть немного, - призналась Юлька.
Гвоздь протянул ей какой-то белый камешек.
- На вот, лизни.
- А что это?
- Авантюрин. Он смелости прибавляет.
Чижикова лизнула. Авантрюрин оказался сладким, как сахар.
- Прибавилось смелости? - спросил майор.
Юлька вслушалась в себя.
- Да вроде прибавилось. Можно еще лизнуть?
- Хорошего понемногу. А то чересчур смелая станешь. Что тоже плохо. Когда много смелости - она переходит в безрассудство. А тебе рассудок во внутреннем мире ох как понадобится. Там все самой решать придется. Помощи ждать неоткуда. Поэтому будь начеку.
- Буду, - пообещала Юлька.
- Тогда вперед!.. Дай руку.
Чижикова протянула майору руку, думая, что Гвоздь хочет пожать ее на прощание. Но майор, вытащив фломастер, нарисовал на ладони Пыжикова крестик.
- Вот тебе еще один крест. Он отпугивает как фантомов-оборотней, так и фантомов-необортней… А теперь приготовься - начинаем погружение…
Услыхав последние слова майора, Рыжикова опять залилась слезами. Не успела она потерять любимого детектива - как уже приходилось терять любимую подругу.
- Отставить слезы! - приказал Гвоздь.
Юлькины слезы тут же высохли.
Майор достал из сумки старенький магнитофончик и включил его. Из динамика полилась странная, ни на что не похожая мелодия.
- Держи хвост морковкой, - напутствовал Гвоздь Чижикову.
- Удачи тебе, Юлюша, - козырнул Кипятков.
- Счастливо, Чижик, - шмыгнула носом Рыжикова.
- Пока-пока, - ответила им всем Юлька, добавив с напускной веселостью: - Я отправляюсь в дальний путь, но сердце с вами остается.
- Закрой глаза, Юля, - попросил Гвоздь.
Чижикова закрыла. Майор простер над ее головой руки.
- Ты погружаешься в свой внутренний мир… погружа-а-ешься… погружа-а-а-ешься… погружа-а-а-а-ешься…
И Юлька погрузилась.
Глава XXV
ВНУТРЕННИЙ МИР ЮЛЬКИ ЧИЖИКОВОЙ
Чижикова пришла в себя. То есть в свой внутренний мир. И увидела, что он ничем не отличается от внешнего мира. Здесь даже Эрмитаж был. Юлька как раз рядом с ним и стояла, на Дворцовой площади.
В общем, на первый взгляд все было как обычно. Но это только на первый… Взглянув на Александрийскую колонну, Чижикова заметила, что колонна отбрасывает… три тени. И у самой Юльки тоже оказалось три тени. Чижикова подняла голову, да так и ахнула. На синем, без единого облачка небе ярко сияли три солнца.
"Я офигеваю", - подумала про себя Чижикова. Но долго ей офигевать не пришлось. На ее плечо легла чья-то рука.
- Приветик, Чижик-Пыжик, - раздался знакомый голос.
Юлька обернулась. Позади нее стоял… Тоха. Выглядел он как мертвец, пролежавший в могиле с полмесяца.
Чижикова ка-а-к завопит, да ка-а-к припустит со всех ног.
Юлька бежала, ничего не видя перед собой от страха. А когда увидела, то поняла, что прибежала на кладбище. Ее окружали надгробные памятники. На самом ближайшем из них было написано:
Спи сладко, наша Шоколадка.
"Шоколадкой" называли Юльку родители. Она посмотрела на фото умершей, и у нее екнуло сердце. Это была ее фотография. Подобного сюрприза Чижикова, прямо скажем, не ожидала.
А дальше началось ТАКО-О-Е, что не каждому следует и читать. Поэтому, детишки, если у вас слабые нервишки, лучше пропустите эту главу.
Земля зашевелилась, памятник повалился, а из могилы показалась… кукольная ручка. Потом еще одна… еще… И вот уже из земли полезли куклы с изъеденными червями кукольными личиками.
Юлька опять ка-а-к завопит, да ка-а-к припустит. А куклы, все сплошь в белых саванах, кинулись за ней в погоню. Со стороны казалось, будто Чижикову преследует целое полчище белых крыс.
Снова ничего не видя от охватившего ее ужаса, Юлька заскочила в какой-то дом и, оглядевшись, поняла, что попала в ночной клуб "Веселый могильщик". Посетители с синими лицами танцевали. Соня Пардон замогильным голосом пела:
Сон и смерть…
А может быть, одно и то же?
Спящие и мертвые похожи…
- Потанцуем, красотка? - пригласили Чижикову.
Юлька не в силах была вымолвить в ответ ни слова. Потому что на танец ее пригласил… скелет.
Он закружил Юльку по танцплощадке.
- Не узнаешь меня, цыпка? - проклацал скелет челюстями.
Преодолев страх, Чижикова глянула скелету прямо в пустые глазницы.
- По-моему, вы официант этого клуба, - дрожа, как осенний листок, пролепетала она.
- Смотри-ка, угадала. А вот тебе еще одна загадочка: почему в этом "ночнике" все, кроме тебя, мертвые?
- Н-не знаю.
- Да потому что я их всех отравил фирменным коктейлем "Большой мертвец", - захихикал скелет. - А тебя, красотка, я для разнообразия задушу… - К горлу Чижиковой потянулись костлявые руки.
Оттолкнув скелет, Юлька бросилась к дверям. Но не к тем, в которые она вбежала (и где ее поджидали крысы… ой… то есть куклы), а к другим, в которые она выходила в прошлый раз.
- Только не оборачивайся, детка, - закричала ей со сцены Соня Пардон, - а то умрешь! Ха-ха-ха…
Чижикова уже бежала по длинному-предлинному коридору. Бежала… бежала… и прибежала… в крематорий.
- Здрасте, давно не виделись, - с ухмылкой сказал ей кочегар Угольков и, схватив Юльку, куда-то поволок.
- Куда вы меня тащите? - упиралась Чижикова.
- К печке, - отвечал Угольков. - Я должен тебя сжечь!
Юлька, изловчившись, цапнула кочегара зубами за палец.
- А-а! - взвыл Угольков.
Чижикова вырвалась из его рук, выскочила из крематория и заскочила в какое-то кафе. Упала там на стул, тяжело дыша от страха и бега.
- Пожалуйста, что-нибудь попить, - попросила она подошедшую официантку.
Но это была уже не официантка. Это был столяр Похмелкин. Как всегда, с похмелья.
- Я пришел снять с тебя мерку, - помахивал он метровой линейкой.
- Какую мерку? - не поняла Юлька.
- Для гроба. Ведь ты сейчас умрешь. - И Похмелкин занес над ней линейку, которая превратилась в окровавленный клинок.
Чижикова снова ноги в руки - и бежать! Прибежала в какой-то парк и без сил рухнула на траву у пруда. Тут вода в пруду забурлила, и на поверхность всплыла подводная лодка "U-126". Из подлодки вылез адмирал Налимов с трубкой в зубах.
- Эй, братишка! - зычно прокричал он Юльке. - Хошь дым из ушей пущу?
В ту же секунду из ушей адмирала повалил густой дым и окутал Чижикову с головы до ног. Юлька один раз вдохнула, второй - и поняла, что никакой это не дым, а нервно-паралитический газ. Закрывая рот и нос ладонями, Чижикова помчалась прочь от пруда.
"Что же все это значит?.. - в смятении думала она на бегу. - И где, наконец, обещанные Гвоздем крест и огнемет?.."