- Да-да, вот этот самый, клянусь своей мамой, господин! Они бы нас убили, если бы вы не пришли!
Мартин едва заметно подмигнул Тримп, прежде чем сурово вопросить:
- Это правда? Вы действительно напали на этих несчастных созданий? Отвечай!
Тримп все поняла и сразу подстроилась. Лебезя и суетливо потирая лапки, она ерзала по песку, изображая притворное раскаяние:
- О, это правда, ваша честь, это правда! Но ведь у нас было такое тяжелое детство, господин! Пощадите нас, и мы станем хорошими, клянусь усами моей бабушки! Добрый господин, позвольте нам уплыть в нашей лодке. Она там, за южным мысом, и вы о нас больше никогда не услышите, клянусь!
Услыхав про лодку, Фурмо перемигнулся с Мартином:
- Так у них есть лодка. Что ты думаешь об этом, дружище?
Оглядывая то, что осталось от их плота, Мартин задумчиво качал головой, прикидывая, что делать:
- Да, ведь лодка сэкономит нам кучу времени, верно, Гонфф?
Гонфф потряс своим кинжалом и навис над четырьмя перепуганными пленниками:
- Не бойтесь, друзья, правосудие с вами! Вот как мы поступим с этими негодяями - с ежихой и ее бандой. Мы с друзьями изымаем у них лодку и в наказание берем их с собой в качестве рабов-гребцов. Так они перевоспитаются и станут добрыми зверями, такими, как вы, например. Что скажете?
Гримлег и его дружки были совершенно сбиты с толку. Одним махом они лишились и добычи, и лодки, и своего вожака. Хорек уже собрался было возразить, но Фурмо вынул свою шпагу, подошел к нему вплотную и, глядя на него в упор ледяным взглядом, холодно сказал:
- По-моему, идея прекрасная. Эти честные звери не должны возражать, если, конечно, то, что они рассказали нам, правда. А лучше бы это было правдой, потому что я, признаюсь, ненавижу врунов. Вруны хуже воров и даже убийц, я всегда это говорил. Покажите мне вруна - и я навеки заставлю замолчать его лживый язык. Гурр! Не терплю врунов!
Гонфф положил лапу на рукоятку рапиры Фурмо:
- Держи шпагу в ножнах, Фурмо. Это честные звери. Гримлег и вся банда закивали так усердно, что у них чуть головы не оторвались. Они очень старались выглядеть бедными, но честными. Гонфф обвиняюще указал лапой на Тримп и ее друзей:
- А вот эти - совсем из другого теста. Мне лично они кажутся отъявленными бандитами и убийцами.
Фолгрим прищурил свой единственный глаз:
- Ага, я такой! Я всегда таким был. Меня хлебом не корми - дай зарубить топором парочку честных зверей!
Чаггер оскалился и утробно заурчал:
- Хо-хо, мы любим отрывать хвосты и перегрызать глотки, это точно! Гурр!
Динни скорчил страшную рожу и кровожадно растопырил когти:
- Бурр, а еще хорошо бывает заткнуть жертве нос ее собственным хвостом! Гурурр!
Тримп лихо пнула песок рядом с одним из хулиганов:
- Ха! Дайте мне острый ножик и котелок, и я покажу, что я умею делать из честных зверей. Йа-а-харр!
Гонфф ужаснулся:
- Ну хватит, злыдни! Живо в лодку и придержите свои поганые языки!
Мартин вынул меч и под конвоем повел "злодеев" к лодке. Гонфф и землеройки Гуосима кусали губы, чтобы не расхохотаться.
Лог-а-Лог, сохраняя полную серьезность, похлопал по спинам бедняжек, пострадавших от банды Тримп, каждому пожал лапу, отчего они болезненно сморщились.
- Да, повезло вам, что мы вовремя появились, очень повезло!
Один из поваров-землероек шепнул Гонффу так, что все услышали:
- Надеюсь, они поблагодарят нашего командира. А то он терпеть не может неблагодарных. Знаешь, я как-то раз сам видел: Фурмо взял саблю и…
Прежде чем он успел договорить, хулиганы испуганно залопотали:
- О, как же нам повезло, что мы вас встретили, господин! Спасибо вам, господин!
- Что бы мы без вас делали!
- Да-да! Мы вас никогда не забудем!
- Спасибо, спасибо, добрый господин.
Гонфф собрал раскиданное по песку оружие, причитая, как престарелая мышь-домохозяйка:
- Гадкие острые железки! Не бойтесь, друзья, мы позаботимся о том, чтобы вы не поранились!
Еще Фурмо подарил им тот самый обломок плота, которым собиралась драться Тримп:
- Мне очень жаль вашего друга лиса. Вот этим вы сможете выкопать ему могилку. Пусть покоится с миром! Ну, прощайте.
Фурмо с друзьями еще не успели уйти далеко, когда большая костлявая крыса с досадой пнула песок:
- Тьфу! И зачем только нас сюда принесло! Гримлег огрел крысу по голове тем самым обломком плота.
- Да заткнись ты, чокнутый! - прошипел он.
Фурмо Лог-а-Лог был в восторге от новой лодки. Он плавал вокруг нее на мелководье, восхищенно осматривая ее со всех сторон. Остальные уже грузились на борт. Это был плоскодонный ялик с одним квадратным парусом, который ставился посередине лодки. На корме был устроен парусиновый навес, натянутый на ивовый каркас, чтобы укрываться в ненастье.
Фурмо наконец забрался в ялик, зашел под навес и вышел оттуда, сияя от счастья:
- Посмотрите, ребята, там есть маленький каменный очаг, духовка из обожженной глины и еще три хорошие скамьи. Я думаю, лодка рассчитана на полную команду. Прямо скажу, друзья: тот, кто строил это судно, свое дело знает. Это настоящие мастера! Красотища, правда, Гонффо?
Мышеплут восхищенно покачал головой:
- Ставлю три против одного, что это судно полетит, как ветер. И как только этим голодранцам удалось заполучить такую великолепную лодку?
Чаггер сновал туда-сюда, вживаясь в новую роль капитана пиратского корабля:
- Известно, как! Мы отбили его у лягушек, а их самих сварили и слопали! Хи-хи-хи!
Тримп резко одернула его:
- Я уже по горло сыта такими разговорами, Чаггер!
Бельчонок взлетел на мачту и оттуда сердито пробурчал:
- Никакой я тебе не Чаггер! Я пират, ужасный злодей!
Динни, кряхтя, устроился под навесом:
- А вот я устал быть злодеем. У меня уже вся физиономия болит - скалить зубы и строить страшные рожи. Пожалуй, лучше опять стану старым добрым кротом.
Держась поближе к берегу, путешественники двинулись на север. Фурмо и его землеройки были в совершенном восторге от новой лодки. Зная толк в судостроении, они могли по достоинству оценить искусство мастеров и изящество проекта.
- А я думал, ты будешь с нами, только пока мы не доберемся до моря, дружище, - мягко напомнил Фурмо Мартин. - Разве ты не собирался вернуться домой, к своему племени, как только мы спустимся вниз по ручью?
Фурмо сосредоточенно обнюхивал палубу, даже лизнул мачту языком, прислушивался к каждому скрипу на корме, примеривался к веслам, положив лапы на уключины. Лог-а-Лог рассеянно улыбнулся Мартину:
- Ты хочешь сказать: вернуться к спокойной домашней жизни? А ты представляешь себе, что скажет моя супруга, когда я сообщу ей, что лишился и плота, и шлюпок? Уф-ф! Я, конечно, Лог-а-Лог, но главная-то в племени - она, моя хозяйка Жимолость. Она мне уши оторвет, если я вернусь домой без лодок! Мартину пришлось согласиться.
- И что же ты собираешься делать? - спросил он Фурмо.
На мордочке землеройки появилась хитрющая улыбка:
- Я собираюсь остаться с вами до конца вашего путешествия. А потом вместе поплывем обратно, и вы убедите мою супругу, что вам ну никак было не обойтись без меня и бойцов Гуосима. А в знак благодарности вы подарите нам эту лодку взамен тех, которых мы лишились. И у нас в племени мы закатим пир на весь мир, а в довершение всего мы назовем это судно "Жимолость" в честь моей драгоценной супруги! Идет?
Широко улыбаясь, Мартин крепко пожал лапу Фурмо:
- Идет, землеройка-златоуст!
13
Несколько следующих дней выдались солнечными и спокойными, и "Жимолость" преодолела значительное расстояние. Чаггер непрестанно потешал всю команду. Бельчонок произвел себя в капитаны, сохранив за собою также и роль морского разбойника. Одно другому не мешало. Фолгрим и Тримп иногда с трудом удерживались от смеха, наблюдая его ужимки и прыжки. С важным видом расхаживая по палубе, вооруженный мечом, Чаггер хриплым баском раздавал команды направо и налево:
- Готовьте еду, а то брошу вас на съедение акулам!
- Держите румпель прямо, господин Фурмо, а то капитан Чагг заставит вас драить палубу!
- Эй вы! А ну запевай песню, да повеселее, а то хвосты поотрываю!
Гонфф, как полагается, отдал ему честь:
- Капитан Чагг! Я проверил запасы продовольствия и обнаружил, что у нас все кончилось. Нам нужна еда.
Чаггер вдумчиво погладил подбородок, как это обычно делал Мартин, а потом раздраженно замахал своими пухлыми лапками:
- Ну так правьте к берегу и запаситесь едой! И не отвлекайте меня! У меня и так дел по горло, я капитан!
Гонфф посмотрел на Фурмо:
- Нам правда нужна еда.
Командор-землеройка умело вел судно по волнам, напряженно оглядывая берега:
- Будем плыть до вечера, а потом пристанем. Нам всем будет полезно провести ночь на твердой земле. А завтра снарядим экспедицию за едой. Если, конечно, капитан не возражает!
Чаггер как раз повязывал лоб цветной тряпочкой, какие носили землеройки, чтобы выглядеть еще более неотразимым.
- Ну да, я же так и сказал, кажется! А теперь всем - тихо! Капитан Чагг собирается вздремнуть.
К вечеру заметно посвежело. Фурмо налег на румпель, и "Жимолость" легко заскользила к берегу. Спрыгнув на берег, команда держала булинь, ожидая сигнала Фурмо. Тот внимательно смотрел на набегавшие волны и наконец, выбрав самую большую, закричал:
- Давайте, ребятки! Поднимай!
Почти без труда землеройки вытянули лодку на берег, за линию прилива, где ее можно было безбоязненно оставить.