Всего за 199 руб. Купить полную версию
"Теперь я могу сказать правду" – так Зоя Воскресенская назвала свое последнее произведение, в котором рассказала не только о себе и своей работе в советском сверхсекретном ведомстве, но и о многих своих товарищах – Василии Михайловиче Зарубине, Павле Михайловиче Фитине, Павле Матвеевиче Журавлёве, Георгии Ивановиче Мордвинове, Павле Анатольевиче Судоплатове и других, имена которых давно уже стали легендой не только в нашей, но и в большинстве иностранных секретных служб.
Удивительной была жизненная и оперативная судьба этой мужественной и обаятельной женщины изысканной красоты.
Зоя Ивановна Воскресенская-Рыбкина родилась 28 апреля 1907 года на станции Узловая Бочаровского уезда Тульской губернии в семье железнодорожного служащего, помощника начальника станции. Детство провела в городе Алексине. В семье было трое детей: помимо Зои еще два младших брата – Коля и Женя. Вспоминая свое детство, Зоя Ивановна рассказывала:
"Тысяча девятьсот семнадцатый год. Уже отшумел февраль. В России Временное правительство, а впереди Октябрь… Помню, до того, как свергли царя, мой средний брат Коля все спрашивал, приставая к отцу: "Папа, а царь может есть колбасу с утра до вечера? Сколько захочет? И белую булку?.. Хорошо быть царем!" В Великую Отечественную Коля погиб под Курском, защищая страну, которая навсегда свергла царя…
Я помню, как-то отец принес домой кипу трехцветных флагов Российской империи. Дал нам и сказал: "Оторвите белые и синие полосы, а из красных сшейте один настоящий красный флаг".
Вскоре началась Гражданская война. К Туле рвался Деникин, и мы все, от мала до велика, работали на подступах к городу, помогали натягивать колючую проволоку. Потом был голод. По распоряжению Ленина в школах нам выдавали чечевичную похлебку: Ильич спасал наше поколение. Нам еще помогали леса – в них были грибы, ягоды. Ока была полна рыбы. Мы ставили плетеные верши в воду, и они быстро набивались рыбой, но соль – соль невозможно было достать".
В октябре 1920 года Зоин отец, Иван Павлович, скончался от туберкулеза. После его смерти вдова, Александра Дмитриевна Воскресенская, с детьми переехала в Смоленск. Вскоре она тяжело заболела. Зоя была вынуждена зарабатывать на хлеб, чтобы помочь матери содержать детей. Уже будучи известной писательницей, Зоя Ивановна так рассказывала о том тяжелом времени:
"Я осталась за хозяйку в доме. Восьмилетний Женя и одиннадцатилетний Коля были предоставлены сами себе, озорничали, приходили домой побитые, грязные, голодные. И здесь выручил случай. Я встретила на улице товарища отца, военного. Рассказала ему о своих бедах. Он велел прийти к нему в штаб батальона. Так я вошла в самостоятельную жизнь".
В 1921 году, в четырнадцать лет, Зоя начинает работать библиотекарем в 42-м батальоне войск ВЧК Смоленской губернии. Затем она служила в штабе Частей особого назначения (ЧОН) Смоленской губернии, была политруком-воспитателем в колонии малолетних преступников в селе Старожище под Смоленском, работала на заводе имени М.И. Калинина в Смоленске, находилась на комсомольской работе. В 1927 году Зоя вышла замуж за комсомольского активиста Владимира Казутина, которого через некоторое время после свадьбы направили в Москву на партучебу. От этого брака у Зои родился сын, которого назвали Владимиром.
В конце 1928 года Воскресенская переехала из Смоленска в Москву к мужу. Однако затем семейная жизнь не задалась, и супруги расстались. Воспитывать сына и ухаживать за ним помогала мама, которая стала жить с дочерью.
В августе 1929 года Зоя становится сотрудницей Иностранного отдела ОГПУ – внешней разведки.
Первая поездка на разведывательную работу – в Харбин, в начале 1930 года. Занимая скромную должность секретаря советского нефтяного синдиката "Союзнефть" в Харбине, Зоя Ивановна в течение двух лет успешно выполняла ответственные задания Центра во время острейшей борьбы на Китайско-Восточной железной дороге (КВЖД).
Позже в облике знатной баронессы, роскошно одетая, Воскресенская появлялась на улицах Риги, в городах и поместьях старой Латвии. Затем судьба разведчицы перебросила Зою Ивановну в Центральную Европу – в Германию и Австрию, а через некоторое время на север – в Финляндию и Швецию. В последних двух странах она провела большую часть своей закордонной разведывательной жизни: с 1935 по 1939 год работала в Финляндии и с 1941 по 1944 год – в Швеции.
На работу в Финляндию Воскресенская выехала в 1935 году в качестве заместителя резидента. К этому времени она уже имела значительный опыт разведывательной работы и превратилась в настоящего профессионала. По прикрытию Зоя Ивановна выполняла обязанности руководителя советского представительства ВАО "Интурист" в Хельсинки. "Ирина" (таким был оперативный псевдоним разведчицы) быстро познакомилась со страной и вошла в дела резидентуры.
В начале 1936 года резидент внешней разведки в Финляндии был отозван в Москву и на его место прибыл консул Ярцев, он же – Борис Аркадьевич Рыбкин. Следует отметить, что к тому времени Борис Рыбкин был уже весьма именитым разведчиком.
Наша справка:
Борис Аркадьевич Рыбкин родился 19 июня 1899 года в Екатеринославской губернии в бедной многодетной еврейской семье мелкого ремесленника. После окончания четырех классов сельской школы он переехал в Екатеринослав. Нужда заставила 10-летнего мальчика идти в типографию учеником наборщика. Восемь лет простоял он у наборной кассы.
Жил типографский ученик впроголодь, часть заработка отсылал родителям. В свободное от работы время много читал, усердно занимался самообразованием. Окончил коммерческое училище. После революции Борис сдал экстерном экзамены за среднюю школу и поступил на учебу в Петроградскую горную академию.
В 1920–1921 годах служил красноармейцем в Рабоче-Крестьянской Красной армии. В июле 1921 года был мобилизован на работу в Екатеринославскую ЧК.
После окончания Высшей школы ОГПУ Борис Рыбкин работал в контрразведывательных подразделениях. В январе 1931 года "за беспощадную борьбу с контрреволюцией" был награжден Коллегией ОГПУ боевым именным оружием. В том же году был переведен на работу во внешнюю разведку и направлен в длительную загранкомандировку в Персию, где проработал до 1934 года.
В Персии Рыбкину удалось приобрести несколько надежных источников информации. Затем последовали спецкомандировки во Францию, Болгарию, Австрию, работа на руководящих должностях в центральном аппарате внешней разведки. В 1936 году Рыбкин был направлен резидентом НКВД в Финляндию.
За время работы во внешней разведке Б.А. Рыбкин был награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны 2-й степени, Красной Звезды и "Знак Почета".
Прибывший в Хельсинки одинокий мужчина консул Ярцев всегда был подтянутым и внимательным, а по отношению к своей очаровательной помощнице – очень официальным и требовательным. Поначалу у нового резидента и его заместителя взаимоотношения не сложились.
О том, как развивались дальнейшие события, рассказывала позже сама Зоя Ивановна:
"Мы спорили по каждому поводу. Я решила, что не сработаемся, и попросила Центр отозвать меня. В ответ мне было приказано помочь новому резиденту войти в курс дел, а потом вернуться к этому вопросу. Но… возвращаться не потребовалось. Через полгода мы запросили Центр разрешить нам пожениться. Я была заместителем резидента, и мы опасались, что Центр не допустит такой "семейственности". Но Москва дала "добро"".
Так Зоя Воскресенская стала "мадам Ярцевой".
В Финляндии "Ирина" осуществляла связь с нелегальными сотрудниками советской внешней разведки и с агентурой, собирала информацию, в том числе о планах Германии в отношении этой страны.
Она привлекла к сотрудничеству с советской разведкой многих источников. Одним из них была жена высокопоставленного сотрудника японского посольства в Финляндии.
Для решения разведывательных задач "Ирина" неоднократно выезжала из Хельсинки в Стокгольм, а также в Норвегию, где координировала работу нелегальной разведывательной группы.
А "Кин" (оперативный псевдоним резидента Рыбкина), который вскоре стал 2-м секретарем полпредства СССР в Финляндии, а затем – временным поверенным в делах СССР в Финляндии, по личному указанию Сталина установил секретные контакты и вел весьма деликатные переговоры с высшим руководством Финляндии, которые касались возможности заключения пакта о ненападении и сотрудничестве между двумя странами, недопущения немецких войск в случае войны на финскую территорию, а также взаимного обмена территориями. К сожалению, в силу тогдашнего политического курса финского правительства эти переговоры не дали положительных результатов.
Позже известный финский политический деятель, бывший президент Финляндии Урхо Кекконен говорил по этому поводу следующее:
"Переговоры 1939 года не имели успеха не по вине поверенного в делах России в Финляндии господина Ярцева, а вследствие недостатка интереса по этому вопросу со стороны Финляндии".
Военный конфликт с Финляндией вынудил "супругов Ярцевых" покинуть Хельсинки.
После возвращения в Москву в 1939 году Воскресенская-Рыбкина занялась аналитической работой, став одним из основных аналитиков в разведке (специальное аналитическое подразделение в разведке было создано лишь в 1943 году).
Заместитель начальника советской внешней разведки того периода генерала Судоплатова по этому поводу вспоминал: