Всего за 199 руб. Купить полную версию
По указанию Центра "Вардо" восстановила конспиративную связь с ценным источником разведки, работавшим в гестапо, Вилли Леманом ("Брайтенбах"). Он возглавлял отдел гестапо по борьбе с "коммунистическим шпионажем" и, пользуясь своим служебным положением, неоднократно спасал резидентуру НКВД от провалов и предупреждал о провокациях, которые готовились против советского дипломатического представительства и его сотрудников в Берлине. От "Брайтенбаха" регулярно поступала информация о внутриполитическом положении в Германии, ее военных приготовлениях против соседних стран. В 1935 году он сообщил сведения о создании Вернером фон Брауном принципиально нового вида оружия – знаменитых ракет "Фау". Успешная работа с немцем продолжалась до отъезда Зарубиных из Берлина в 1937 году. "Брайтенбах" был передан на связь сотруднику "легальной" резидентуры и стал одним из самых результативных ее источников.
Другим ценным помощником нелегальной резидентуры Зарубина был сотрудник германского МИД "Вальтер". Являясь членом СС, он тем не менее критически относился к нацизму, не одобрял политику Гитлера и симпатизировал нашей стране. От источника регулярно поступала документальная информация, включая телеграммы и письма германских послов в других странах, копии записок по различным политическим вопросам, которые готовились для руководящих деятелей Третьего рейха. В дальнейшем он наряду с "Брайтенбахом" стал одним из тех источников, кто проинформировал берлинскую резидентуру о готовящемся нападении Германии на СССР.
В Берлине "Вардо" восстановила связь с "Ханум", бывшей стенографисткой германского посольства в Париже, которую она завербовала, работая во Франции. Теперь "Ханум" работала в центральном аппарате гитлеровского МИДа и передавала советской разведке очень важные документы. Из них следовало, что Гитлер готовит большую европейскую войну. Однако через некоторое время "Ханум" заболела и вскоре умерла. "Вардо" нашла ей замену в лице скромного служащего МИД Германии, который работал в дальнейшем под псевдонимом "Винтерфельд" и имел доступ к секретной, в том числе шифрованной, переписке. Весной 1936 года разведчица обучила немца технике фотографирования документов микроаппаратом, и вскоре он стал передавать советской разведке копии секретных шифртелеграмм и других важных документов германского внешнеполитического ведомства.
В агентурной сети нелегальной резидентуры в Берлине были лица, тесно связанные с влиятельными кругами нацистской партии. Благодаря этим связям Центр получал сведения о доверенных лицах национал-социалистической партии в германских представительствах в СССР, а также о деятельности нацистского партийного аппарата, включая и разведывательную, так как НСДАП располагала собственной партийной разведкой. Центр также регулярно получал данные о тайных внешнеполитических замыслах нацистского руководства. Информация нелегальной резидентуры, возглавляемой Зарубиным, неизменно получала высокую оценку его кураторов на Лубянке. Из потока информации, направлявшейся резидентурой, следовал вывод о неизбежности военного столкновения с Германией в ближайшие годы.
В середине 1937 года нелегалы Зарубины были направлены на несколько месяцев в США для выполнения нового важного задания. В связи с реальной угрозой гитлеровского нападения на СССР Центр принял решение реорганизовать деятельность внешней разведки. При этом упор делался на подготовку к работе в чрезвычайных условиях. Разведчикам предстояло подобрать агентуру из числа американцев для возможной работы в Германии в военный период. С поставленной задачей разведчики успешно справились. Ими были завербованы три агента, которых в дальнейшем нелегальная разведка активно использовала в качестве курьеров-связников.
За успешную работу в нелегальной разведке Зарубин в 1937 году был награжден орденом Красного Знамени. "Вардо" было присвоено звание капитана государственной безопасности (соответствовало званию подполковника в Красной армии).
В конце 1937 года в связи с бегством в США резидента НКВД в Испании А. Орлова, лично знавшего нелегалов Зарубиных по их работе во Франции, они были отозваны в Москву и стали работать в центральном аппарате разведки.
В середине 1940 года "Вардо" срочно выехала в командировку в Германию. Она прибыла в берлинскую "легальную" резидентуру с советским паспортом на имя Елизаветы Горской. "Вардо" предстояло восстановить ранее утерянную связь с ценным источником советской разведки "Августой" – женой высокопоставленного гитлеровского дипломата, посла по особым поручениям германского внешнеполитического ведомства. Завербованная в начале 1930-х годов в Берлине советским разведчиком-нелегалом "Августа" по его заданию фотографировала служебные документы своего мужа. Однако в связи с внезапным отъездом разведчика на родину в 1939 году связь с "Августой" прекратилась. "Вардо" удалось убедить немку продолжить сотрудничество с советской разведкой. В Центр от нее вновь стала поступать важная информация. Буквально накануне нападения Германии на Советский Союз "Вардо" договорилась с "Августой" об условиях связи с ней в особый период.
В апреле 1941 года "Вардо" по заданию Центра восстановила связь с женой другого крупного нацистского дипломата, завербованной органами госбезопасности в Москве. Выдавая себя за немку, "Вардо" провела две встречи с этой женщиной и добилась от нее согласия на продолжение сотрудничества, теперь уже в Берлине. Вскоре от этого источника была получена важная информация о близящемся нападении Германии на СССР, которая немедленно была доложена наркому госбезопасности Меркулову. Эту же информацию подтвердил "Брайтенбах".
С первых часов войны все советские представители в Германии были интернированы и 29 июня отправлены на родину через Турцию. Среди сотрудников посольства была и "Вардо", которая, как мы отмечали, на этот раз находилась в Берлине с советским паспортом. Прибыв в Москву, она продолжила трудиться в центральном аппарате внешней разведки, занимаясь восстановлением нелегальной разведывательной сети в гитлеровской Германии.
Весной 1941 года руководство внешней разведки направило Василия Зарубина в Китай с заданием восстановить связь с ценным источником Вальтером Стеннесом ("Друг"), являвшимся военным советником Чан Кайши. Хотя в прошлом Стеннес был одним из руководителей "штурмовых отрядов", он критически относился к гитлеровскому режиму. Чтобы спасти Стеннеса, с учетом его прошлых заслуг перед рейхом, от неминуемой расплаты, сам Геринг направил его в Китай.
Контакт с агентом был утерян из-за репрессий, жертвой которых стал его куратор, ранее поддерживавший с ним связь. Зарубин выехал в Китай под прикрытием сотрудника советского банка.
Разведчик посетил "Друга" на его вилле в Шанхае и провел с ним беседу. Немец не возражал против продолжения работы. В то же время он категорически отказался от материального вознаграждения, подчеркнув при этом, что сотрудничает с советской разведкой в качестве активного борца против нацизма. Он сообщил, что, по сведениям крупного чиновника, только что прибывшего из Германии, выступление Гитлера против СССР в военном и экономическом отношениях практически подготовлено. Начало войны следует ожидать в самое ближайшее время. На другой встрече с оперработником, состоявшейся 9 июня 1941 года, он назвал более точную дату начала войны – до 25 июня. "Друг" сообщил также разведчику, что согласно разработанному плану боевых действий война должна быть скоротечной и длиться не более трех месяцев. Он просил немедленно передать эту информацию в Москву.
В тот же день в Центр ушла срочная телеграмма. Она была незамедлительно доложена Сталину. Однако он проигнорировал сообщение разведки о близящейся войне. Дальнейшее развитие событий полностью подтвердило правдивость информации "Друга".
На встрече 9 июня немец также сказал оперработнику, что из идейных соображений он готов информировать СССР по важнейшим политическим вопросам, и попросил дать ему для этих целей связника. Работа советской разведки с ним в Китае была продолжена. "Друг" информировал Москву о германо-японских отношениях, политике этих стран в отношении СССР и Китая. Весьма важное значение имели его прогнозы относительно перспектив вступления Японии в войну против СССР на стороне Германии. В 1942 году "Друг" проинформировал своего куратора об аресте в Японии разведывательной группы Рихарда Зорге.
Вальтеру Стеннесу удалось уцелеть в военном лихолетье и возвратиться в Германию, где работа с ним продолжалась до 1952 года.
Выполнив задание в Китае, Василий Михайлович продолжил работу в центральном аппарате разведки. Ему было присвоено звание старшего майора госбезопасности (генерал-майора). В сентябре 1941 года Зарубину предложили выехать на работу в США и возглавить там "легальную" резидентуру. В октябре такое решение было окончательно принято руководством внешней разведки. А Верховный главнокомандующий решил лично побеседовать с резидентом.
Ночью 12 октября 1941 года Василия Зарубина вызвали в Кремль, где его принял Сталин. Он отметил, что президент и народ США поддерживают борьбу советского народа против гитлеровского нашествия. Кремль хотел бы видеть США своими союзниками в борьбе с Гитлером. Одновременно Сталин поставил задачу советской разведке в этой стране не только отслеживать события, но и не допустить, чтобы правящие круги США сговорились с Гитлером и закончили войну сепаратным миром.
Как показало дальнейшее развитие событий, Верховный главнокомандующий проявил дальновидность. Действительно, нацистское руководство, особенно накануне краха Третьего рейха, пыталось провести сепаратные переговоры с американцами, в частности, с начальником Управления стратегических служб США (американская разведка) Донованом. Находясь в США, Зарубин регулярно информировал Кремль о ходе этих переговоров.