Мартин и Гонф распахнули дверь. Две ласки из стражи, заслышавшие шум, ввалились в комнату, бряцая оружием, а Мартин с Гонфом прошмыгнули мимо них в зал. За их спиной вопли усилились - это враги стали наступать на рассыпанные по полу раскаленные угли.
Беглецы прямиком пересекли зал и выбежали в противоположную дверь. Они оказались в верхней столовой, заполненной солдатами - горностаями, хорьками и ласками, которые завтракали, сидя за длинным столом. Один конец стола близко подходил к окну. В полном ошеломлении солдаты уставились на беглецов, не трогаясь с места.
- Ловите их! Убейте их! - послышались разъяренные вопли Цармины, бежавшей к столовой.
Гонф в мгновение ока оценил ситуацию: необходимо было придумать что-нибудь неожиданное. Не раздумывая, он потащил Мартина за собой. Они пересекли комнату, вскочили на незанятый стул, оттуда - на стол и бешено понеслись по нему, расшвыривая на своем пути еду, питье и посуду. Издав оглушительный боевой клич, вор и воин вместе прыгнули в пустоту - в открытое окно!
Этот вопль услышали Командор и госпожа Янтарь. Услышал его и дремавший неподалеку Аргулор. Вопль донесся с северной стороны Котира, где прятался на дереве белка-разведчик. Разведчик немедленно спустился вниз и рапортовал госпоже Янтарь:
- Это Гонф, но он не один. Они выпрыгнули из окна верхней казармы.
- Надо продвинуться поближе. Они не ранены?
- Нет. Им невероятно повезло: плюхнулись в крону старого тиса, который растет под окном. Госпожа Янтарь подпрыгнула на месте:
- Бери Бука и остальных. Беглецов надо снять оттуда. Командор, выводи свою команду и прикрой нас.
В этот момент Аргулор взлетел со своей ели. Едва он оказывался в воздухе, природное изящество и сила возвращались к нему. Он закружил, набирая высоту, и взглянул, скосив глаза, туда, откуда доносился шум. Вершина тиса трепетала. Орел стал спускаться, чтобы выяснить, нет ли там чего-нибудь съедобного.
Тем временем в столовой Цармина раздавала направо и налево удары толстым деревянным черпаком:
- Нечего стоять разинув рты! Ловите их!
Солдаты бросились к оружию и принялись облачаться в доспехи. Никто, однако, не горел желанием прыгать из окна.
Цармина в бешенстве размахивала черпаком. И тут одному молодому горностаю, отличавшемуся от своих товарищей изрядным легкомыслием, показалось, что наконец-то представился подходящий случай отличиться перед своей повелительницей. Он вскочил на стол:
- Предоставь это мне, госпожа. Я их схвачу.
Стараясь выглядеть отважно, горностай подбежал к подоконнику и остановился, набираясь смелости перед прыжком.
Аргулор парил уже совсем низко, над самым тисом. Больные глаза не позволяли ему рассмотреть хорошенько, что делается в переплетении ветвей. Он уже решил оставить надежду на легкую закуску и начал разворачиваться на своих гигантских крыльях, как вдруг сочный, жирный горностай выпрыгнул из окна и угодил прямиком орлу в когти!
Аргулор издал дребезжащий крик восторга, в ответ на который раздался тоскливый визг злополучного горностая. Старый орел радостно забил крыльями, унося к себе на ель вкусный груз.
Гонф вытер пот с усов:
- Клянусь квашеными яблоками, товарищ, этот великан нас чуть было не сцапал!
Мартин кивнул в сторону открытого окна:
- Это еще не конец. Гляди!
Цармина стояла у окна, свирепо уставившись на них. Остальные в столовой были перепуганы и боялись подойти к окну.
Гонф, сидя на ветке, дразнил повелительницу диких котов и гримасничал. Он надул щеки, приставил лапу к носу и пресмешно поводил выпученными глазами из стороны в сторону. Цармина схватила копье и метнула его, но густые ветки не дали оружию достичь цели.
В это мгновение восемь крепких белок вприпрыжку забрались в крону тиса, передвигаясь с такой легкостью, будто шли по мощеной дорожке. Они разделились пополам - по четверо на каждого беглеца. Следом за ними появилась госпожа Янтарь. Она строго сказала Гонфу:
- Оставь на время свои кривлянья, воришка. А ты, кто бы ты ни был, предоставь все нам. Вы в надежных лапах.
Не успел Мартин и слова сказать в ответ, как его уже схватили за лапы и за хвост. Его бросало из стороны в сторону, как мячик. Еще ни разу в жизни не спускался он с высоты с такой легкостью. Он казался себе парящим цветочным лепестком. В одно мгновение Гонф с Мартином оказались на земле.
Из Котира выбежала орава вооруженных солдат. Мартин оглянулся в поисках оружия для обороны. Неожиданно послышался звук рассекаемого воздуха, и четыре солдата в переднем ряду, как будто подкошенные внезапной усталостью, полегли на землю: казалось, они заснули. Вслед за ними свалились еще двое. Мартин увидел, что строй выдр крутит пращи: они метали крупную речную гальку.
Высокий пращник подбежал к мышам. Гонф радостно схватил его сильные лапы, покрытые татуировкой:
- Командор, я так и думал, мой однокорытник не бросит в беде своего любимого воришку. Да, кстати, это Мартин Воитель. Он мой друг, понимаешь?
Командор подал своим знак к отступлению. Перед тем как вложить следующий камень в пращу, он помахал лапой госпоже Янтарь.
- Что ж, добро пожаловать к нам на борт, Мартин. Командор представил Мартина госпоже Янтарь. Та торопливо произнесла, настороженно оглядываясь:
- Рада с тобой познакомиться, Мартин. Командор, мне это не нравится. Они что-то затевают…
Едва она договорила, как орава солдат, прикрываясь щитами с изображением тысячи глаз, лавиной выбежала из главных ворот Котира вслед за Царминой. Их было слишком много, чтобы вступать с ними в бой.
Белка бросила Командору:
- Бери Мартина и Гонфа. Бегите со всех ног. Мы прикроем ваш отход
Цармина была в бешенстве. Она понимала, что происходит: белки держат оборону, а выдры ускользают вместе с беглецами. Она отдала приказ хорьку-командиру по имени Загребала
- Оставайся здесь и действуй против белок Я с остальными солдатами пойду в обход - мы отрежем им отступление Они не будут знать, что я иду за ними, и пойдут медленнее, когда им покажется, что опасность миновала.
Загребала отдал честь.
- Есть, госпожа! Эй ты, Царапка, и ты, Толстохвост, следуйте со своими отрядами за повелительницей
Обе ласки отсалютовали копьями и приказали своим подчиненным следовать за Царминои Дикая кошка, никого не дожидаясь, устремилась вперед, описывая широкую дугу - на юг, а затем на восток
Ничто так не выводило из себя Загребалу, как белки: они были неуловимы, словно дым на ветру. Он прицелился и метнул копье в их командира, но то была напрасная трата времени Предводительница белок спокойно стояла, раскручивая свою пращу. Она пригнулась, и копье пронеслось мимо. Скомандовав своему войску отступать по открытому пространству, она со страшной силой запустила тяжелый камень. Загребала тотчас вскинул щит и сильно отшатнулся назад от удара. Когда хорек опустил щит, никого уже поблизости не было - как будто белки никогда и не заходили в Котир
8
Огромная морда барсучихи Беллы светилась радостью:
- Это и впрямь редкое и неожиданное удовольствие видеть вас здесь, аббатиса. Заходите все! Добро пожаловать в Барсучий Дом.
Аббатиса Жермена повела братьев и сестер из Глинобитной Обители в родовое жилище Беллы. По длинному извилистому проходу они прошли в сводчатый главный зал, напоминавший погреб. Кривые корни большого дуба, росшего над Барсучьим Домом, образовывали его свод. Гости расположились у широкого камина, а приведшие их выдра Була и белка Груша принялись рассказывать Белле последние новости.
Сидя в своем старом кресле, барсучиха внимательно слушала.
- Этого следовало ожидать. Именно поэтому я и ушла от Гуди Колючки и осела здесь. С Гонфом всегда происходят непредсказуемые вещи. Но не стоит волноваться, с этим молодцом все будет в полном порядке, вот увидите. Сначала нужно заняться самым неотложным. Вас всех нужно накормить. Вы, наверное, умираете с голоду. Я как раз поставила в печь каштановый хлеб. Он вот-вот будет готов. Я приготовлю кашу из сельдерея и укропа с ореховыми пышками и достану сыр из кладовой.
Лесные жители уселись рядом с братьями и сестрами из Глинобитной Обители.
Привстав, Белла обняла аббатису Жермену:
- Когда мы последний раз ели вместе, мы обе были намного моложе.
Аббатиса погладила своей тонкой лапой толстую лапу Беллы, покрытую седеющим мехом:
- Да, каждый год рождается заново, а мы - увы! - только стареем, друг мой.
- Но к вам, Жермена, это не относится, - усмехнулась Белла. - Вы выглядите так же молодо, как и раньше. Что нового в Глинобитной Обители?
Аббатиса не смогла удержать слезу, которая медленно скатилась по ее седым усам.
- Глинобитная Обитель… Какое волшебное очарование заключено в этом названии… Но счастье ушло оттуда, будто осенние листья уплыли по реке. Ты слышала про эпидемию?
Белла кивнула:
- Путники рассказывали кое-что, но я думала, что это случилось гораздо южнее. Мне казалось, что до вашего дома болезнь не добралась.
Жермена вздрогнула и закрыла глаза, как будто старалась прогнать дурные воспоминания.
- Спаслись только те, кого ты видишь здесь. Белла нежно погладила старую мышь по спине:
- Ну-ну, не стоит больше об этом говорить. Постарайтесь забыть обо всем. Мой дом вы смело можете считать своим - я хочу сказать, вашим домом и домом ваших мышей, - пока вам не надоест тут жить.
Старые подруги отправились на кухню и принялись готовить еду. Белла рассказала Жермене о том, что произошло в Стране Цветущих Мхов: