- Рассказывать о всех превращениях, на которые этот вот умелец способен, даже и начинать не стоит - все равно никогда не кончишь. Но для примера я вам расскажу, как он от меня в лесу ускользнул. Где я только его не искал! А этот старый обманщик тем временем преспокойно стоял совсем рядом, притворившись - вы только представьте себе! - куском древесной коры!
Пика и Пози крепко вцепились в одеяние Колумбины и широко раскрытыми глазами уставились на странную выдру.
- Неужели это правда, господин Маска? - спросил Пика.
Маска усмехнулся и протянул каждому ежонку по яблоку.
- Ну конечно. Но это ведь такое незамысловатое превращение! Все, что требуется, - это кусок старой коры с тебя ростом и подходящее дерево. Нужно просто стоять и думать те же мысли, что и дерево, - и дело в шляпе!
- А еще кого ты можешь изобразить? - полюбопытствовал Пози.
- Ну, лисицу, горностая, белку, ежа - вот вроде тебя, да кого хочешь!
- А в птицу ты мог бы обратиться? - спросил Пика.
- Гммм… скажем так, я этому пока учусь. На аббатису Жермену искусство Маски произвело сильное впечатление.
- Ты говоришь, что можешь прикинуться горностаем или даже лисицей? Маска подмигнул:
- В самом деле могу, сударыня. Потому-то я и пришел.
Тени раннего вечера потянулись по долине. Динни взглянул на горы, видневшиеся на горизонте, и оценил расстояние до них.
- Завтра мы подойдем к тем вон горам, Мартин. Тот посмотрел на скалистую гряду:
- А вот как мы через них переходить будем, ума не приложу. Посмотри, какие они громадные.
- Не волнуйтесь, товарищи, - уверенно сказал Гонф. - Мы проделали такой длинный путь, что какой-то там каменный холм вряд ли заставит нас повернуть вспять. Кроме того, нам больше незачем беспокоиться о хищниках, которые шли за нами по пятам. Лебеди с ними, я думаю, разделались.
Динни поднял нос к небу:
- Я снова воду лапами чую. На этот раз вода текучая.
Гонф первым заметил широкий ручей. Он был недостаточно велик, чтобы считаться рекой. Воришка спустился к воде и продекламировал, обращаясь к волнам:
И над равниной золотой
Крылом я в небе бью
И под собою зрю теперь
Сишощую змею.
Мартин взглянул на противоположный берег:
- Вид у этого ручья вполне приятный, но он слишком широк. Мы тут заночуем, а утром поищем подходящее место для переправы.
Приятно было провести у воды теплый весенний вечер. Динни выкопал круглое углубление для костра. Мартин сначала наточил хорошенько свой сломанный меч, а потом тем же кремнем разжег огонь. Гонф починил свою удочку и вскоре вытащил из воды жирного подлещика.
Все трое уселись у костра, наблюдая, как рыба печется на решеточке, сложенной из зеленого тростника. В круглых блестящих глазах Динни плясали отблески пламени.
- Тепло, хрррш. Люблю тепло, право. Гонф воткнул в рыбу свой нож:
- Скоро изготовится, товарищи. По куску поджаренного хлеба на душу, немного водяного кресса из реки, кружка свежей проточной воды - что еще нужно, чтобы уютно провести ночь?
Ручей с бульканьем нес свои воды к далеким горам, баюкая усталых путников, расположившихся на мягком мшистом берегу.
Ломонос и Чернозуб брели без цели. Лишившись руководства Поскребыша, они окончательно заблудились. Ночь застала их на равнине под открытым небом, усталых, голодных и страдающих от жажды. Ломонос лег на землю, в полусне стараясь потеплее свернуться на траве. Чернозуб засыпать не собирался.
- Не хочу снова ночевать под открытым небом. Здесь где-нибудь должна найтись какая-нибудь нора или пещера. А может, и жратва - кто знает?
- Ложись и отдыхай, - пробормотал Ломонос в полусне. - Ты ничуть не лучше Кладда или Поскребыша. Поспи, утром разберемся что к чему. Я никуда не пойду. Может, даже долго спать буду.
Чернозуб встал, собираясь идти дальше:
- Правильно. Оставайся здесь. Если найду что-нибудь, я вернусь. Могу поклясться, что недалеко отсюда течет вода. Пойду посмотрю.
- Смотри, как бы тебя лебеди не съели, - предупредил его Ломонос, не открывая глаз.
Чернозуб вернулся неожиданно быстро. Он пританцовывал от радости и тихонько хихикал:
- Эй, Ломаный, просыпайся! Угадай, что я нашел? Горностай недовольно заворчал:
- Двух лягушек, я думаю, да одуванчик в придачу. Отвали, понял? Я спать хочу.
Хорек едва справлялся со своим ликованием:
- Я нашел большой ручей, лагерь, огонь и еду. А кроме того, двух мышей и крота!
Ломоноса такая новость заставила проснуться.
- Где?
- Недалеко. Вон там. Слушай, если мы подкрадемся неслышно, мы сможем взять их в плен! Горностай так и подпрыгнул:
- Здорово! Ты говоришь, что у них есть огонь и еда?
- Да, половина жареной рыбы, а еще мешки, набитые всякой вкуснятиной.
- Мы отведем их в Котир.
- Представь себе, какая рожа будет у старины Кладда, когда мы вернемся с тремя пленными! Повелительница, наверное, сделает нас генералами. Уж я тогда этого Кладда малость погоняю! Он у меня взвоет!
Фортуната направилась в глубь Леса Цветущих Мхов, зная, что из высокого окна своей комнаты Цармина внимательно глядит ей в спину. Лисица сняла с себя роскошные одеяния Котира и переоделась, как встарь, в поношенный плащ знахарки. На плече она несла сумку с целебными травами и тяжело опиралась на ясеневую клюку. Эта роль больше подходила характеру Фортунаты: открытой войне она предпочитала хитрость. Вдобавок обещанная награда была весьма заманчивой.
Цармина отошла от окна и позвонила в колокольчик. Вошел Кладд, отдав честь щитом и копьем:
- Слушаю, госпожа.
- Прикажи кому-нибудь убрать в этой комнате. Здесь слишком грязно. Муштруй войско и держи его в готовности. Я их не затем держу, чтобы они меня без толку объедали. Да, кстати, организуй отряд фуражиров. Нам необходимо пополнять кладовые.
- Будет исполнено, госпожа.
Дикая кошка свернулась в своем любимом кресле. Теперь правила игры требовали терпеливо выжидать.
Колумбина несла дозорную службу на своем посту и тихонько грызла недозрелый орех. Густой кустарник скрывал ее от посторонних глаз. Молодая мышка частенько добровольно отправлялась в дозор, надеясь, что первой увидит отряд Мартина, когда они будут возвращаться в Барсучий Дом. Этот повеса Гонф! Он, наверное, будет шагать, распевая во все горло:
К тебе, Колумбина, Вернулся я снова Во имя свободы Народа лесного!
Или что-нибудь в том же духе.
И тут она заметила лису! Одета лисица была как странствующая знахарка. Она шныряла из стороны в сторону, принюхивалась, рассматривала опавшие листья… Похоже, лиса что-то ищет. Колумбина ползком выбралась из своего укрытия и стремглав помчалась в Барсучий Дом.
Был час второго завтрака. Мыши из Глинобитной Обители подавали на стол монастырский ореховый пудинг с травяным соусом. Колумбина прямиком бросилась к Белле.
- Лиса! Сюда идет лиса! - вымолвила она, с трудом переводя дыхание.
Командор успокаивающим жестом положил лапу на плечо Колумбины:
- Тише, тише. Что за лиса? Откуда идет?
- Там, в лесу. Идет с северо-запада, принюхивается и все осматривает. Она скоро доберется сюда, если мы ее не остановим.
Госпожа Янтарь собрала хлебной коркой соус с тарелки.
- Лисица, да? Ты ее узнала, Колумбина?
- Конечно! Это Фортуната. Правда, она изменила свой наряд.
- На ней, наверное, старый потрепанный плащ с капюшоном? - перебила ее Белла. - Сумка с травами и клюка? Пора бы ей что-нибудь новенькое придумать, а, Маска?
Тот поднял глаза от своей тарелки с пудингом:
- Как вы собираетесь с ней поступить? Госпожа Янтарь взялась за колчан.
- Метко пущенная стрела избавит нас от нужды спорить об этом, - сказала она.
Командор крепко сжал лапой пращу:
- Да, стрела или тяжелый камень, который стукнет ее по бушприту.
Маска встал, поглаживая себя по набитому животу:
- Сударыня барсучиха, почему бы не предоставить это дело мне? Может, я сумею вызволить наших пленников.
- Давай, Маска, расскажи, что ты придумал. Тот уже обернулся ко всем спиной и подбирал себе наряд.
- Вот моя мысль: пусть лиса придет сюда, пусть увидит все, что хочет, только не говорите ей, кто я такой. Уверяйте ее, что я только недавно к вам пришел.
Когда Маска повернулся лицом к членам Сосопа, он и впрямь выглядел необычно для обитателя Барсучьего Дома. Выдра превратилась в старого седого лиса с такой зловещей мордой, какой никто из присутствующих и представить себе не мог!
Маска удалился в кабинет Беллы, чтобы довести свое превращение до совершенства.
- Подберу подходящий хвост, вотру бурой глины в шкуру да еще кое-какие мелочи подправлю. Она меня от своего дедушки отличить не сможет, когда я закончу!
- Попались! И не пытайтесь штуки выкидывать, а не то мы в этом кроте дырок понаделаем!
Мартин открыл глаза. Хорек и горностай стояли над Динни, приставив копья к его шее. Чернозуб довольно ухмыльнулся:
- Я буду крота под копьем держать, Ломаный. Погляди в их барахле, может, какую веревку найдешь. Ломонос отошел и стал рыться в мешках.
- Еще лучше веревки, приятель. Смотри, канат! - крикнул он.
- Давай его сюда да наставь копье на крота. Проткни его, если шевельнется! - С этими словами Чернозуб обмотал пленников канатом. Связав их всех вместе, он подергал за один конец, чтобы убедиться в прочности пут.
- Теперь мы с вами рассчитаемся за то, что вы нарушили законы Котира и заставили нас гоняться за вами! Стоять смирно!
Ломонос тем временем вытряхивал мешки с провизией: