- Бродяги и приказ Красноокой Крегги. Это она послала нас сюда. Прошлой зимой у нас было сражение с Гормадом Тунном и его армией. Никогда в жизни, Русса, я не видел такого количества врагов одновременно. Ничего, мы дали им достойный отпор! Потери были огромны и у них, и у нас, но они получили по заслугам, клянусь своей левой лапой. Великая Госпожа сражалась так, будто в нее вселилась стая волков! Бродяги бежали с позором, а мы преследовали их на кораблях до тех пор, пока не загнали в открытое море. То, что осталось от их флота, напоминало жалкие ошметки. Ух, как они выли, уплывая на оставшихся суденышках, как проклинали нас!
Русса не отрываясь смотрела на огонь.
- Они заслужили это, вражье племя.
Майор задумчиво погладил элегантные усы.
- Страшно то, что никто не знает, куда их забросило в конце концов. Всем известно, что Бродяги не ходят в открытое море, они дрейфуют вдоль побережья, нападая то здесь, то там. Так что вряд ли они уплыли далеко и утонули во время шторма. Скорее всего, они где-то поблизости, и это тревожит Красноокую Креггу больше всего. Не могла же огромная армия исчезнуть бесследно! Их больше тысячи, и у Гормада Тунна воинственные сыновья - Дамуг и Бирл. Великая Госпожа подозревает, что они затаились и готовятся к новому наступлению. В Саламандастрон они вряд ли сунутся, но они могут сделать своей мишенью аббатство Рэдволл.
Русса кивнула:
- Понятно. И Крегга послала вас найти их и преградить путь.
- Именно так. Но за всю зиму мы не нашли ни следа, не считая уже знакомой вам шайки. Однако это лишь малая часть армии. Очевидно, они бросили корабли и движутся в глубь побережья, чтобы воссоединиться с остальными. Вот почему мы следили за ними. Жаль, что нам пришлось показаться, но нельзя же было бросить вас и Таммо в беде. Русса благодарно похлопала майора по левой лапе:
- Спасибо. И не столько за меня, сколько за Таммо. Его жизнь только начинается. Дозорный Отряд - его мечта, он восхищается вами.
Майор опустил глаза, изучая саблю.
- Я это понял. Отец Таммо и мать тоже служили в Дозорном Отряде. Я помню… В жилах Таммо течет горячая кровь. Неудивительно, что он рвется в бой.
Они помолчали. Языки пламени становились все короче, точно засыпая. Наконец Русса прилегла у букового ствола, сказав напоследок:
- Если возьмете Таммо, я тоже присоединюсь к Дозорному Отряду. Я пообещала его матери, что присмотрю за ним. Что вы собирались предпринять дальше?
Майор расстегнул мундир и тоже прилег.
- Ну, для начала поспать остаток ночи, а потом проследить, куда двинется шайка. Если они пойдут на юг, придется их остановить. Нельзя допустить, чтобы они приблизились к аббатству. Русса повернулась так, чтобы тепло догорающего костра пригревало спину.
- Это мне подходит. Я как раз собиралась навестить настоятельницу Пижму, да и кухня аббатства навевает на меня приятные воспоминания. Так больше нигде не готовят!
Майор Ловкач Леволап мечтательно облизнулся:
- Совершенно с тобой согласен.
ГЛАВА 14
Арвина разбудил выдра Шэд, Смотритель Ворот. Он был одет и держал в лапах фонарь. - Поднимайся, Арвин, ты нужен на стене.
Не задавая вопросов, Арвин быстро надел тунику, прихватил плащ, и они с выдрой тихонько выскользнули из спальни, чтобы не разбудить малышей.
Спускаясь по винтовой лестнице на первый этаж, Шэд объяснял:
- Я спал себе спокойно в домике привратника, когда вдруг ко мне постучал командор выдр. "Надо же, я как раз собирался навестить тебя завтра!" - воскликнул я. А он мне отвечает: "Забавно! Я сам решил прийти к тебе. Не мог уснуть, представляешь? Все мерещилось, что в аббатстве что-то неладно". Я ему говорю: "Ну вот и здорово, ты избавил меня от долгой дороги, дружище. Пойдем, я покажу тебе, что приключилось с южной стеной".
Тут Шэд и Арвин приблизились к дверям и вышли наружу. Поднимался тусклый рассвет. Сильный ветер тут же отнес в сторону конец фразы, холодный дождь брызнул в лицо. Друзья пригнулись, Шэд прикрыл плащом трепещущий огонь фонаря и крикнул:
- Тебе лучше взглянуть самому!
Поплотнее запахнув плащи и с трудом сопротивляясь порывам ветра, они двинулись к южной стене.
Командор с отрядом ждал их на углу южной и западной стен, прячась от ветра за грудой ветвей, листьев и кирпичей. Арвин всем кивнул, сбросил плащ и проворно взобрался на стену. Изо всех сил сопротивляясь бешеному ветру, он вгляделся в предрассветные очертания и наконец увидел.
Со стороны западной стены лес подступал вплотную, но уже ближе к южной стене он изгибался и уходил в сторону, оставляя простор зеленому лугу. У этого-то изгиба и рос старый бук, рос уже очень много сезонов. Но сегодняшняя непогода сломила великана, и он рухнул прямо на южную стену. Со своей высоты Арвин видел то место у основания ствола, где он сломался. Белые разорванные края белели сквозь дождь, словно кости. Дерево пробило в стене брешь, разнеся бойницы, верхние проходы и кирпичные блоки.
Арвин спрыгнул со стены; командор тут же накинул ему на плечи плащ.
- Ну что, дело серьезное? - спросил он.
- Да, весьма, - кивнул Арвин. Командор указал взмахом лапы на отряд:
- Так или иначе, мы здесь и готовы выполнить любые распоряжения, чтобы помочь. Что мы должны делать?
Арвин с благодарностью похлопал его по спине.
- Спасибо, дружище, и тебе, и твоему отряду. Аббатство держится именно благодаря таким, как вы. Но пока погода не изменится, предпринять ничего нельзя. Так что идемте-ка погреемся у огня и хорошенько позавтракаем.
Суровая морщинистая морда командора растянулась в улыбке:
- С удовольствием!
Матушка Хлопотунья была монахиней в аббатстве. Больше всего на свете пухлая маленькая белка любила готовить. Оглядываясь сейчас на дверь, в которую то и дело заглядывала то одна, то другая мордочка проголодавшихся выдр, она сердито прикрикивала, пряча за строгостью радостное предвкушение того, что сейчас их вкусненько накормит:
- Что вы вьетесь, как стая голодных птиц, вокруг кухни? Никакого покоя от вас!
Командор тоже заглянул в дверь и хитро подмигнул:
- Неплохо бы перекусить!
- Ничего не знаю. Овсянка и чай. Большего не ждите.
Командор распахнул дверь настежь, подлетел к Матушке Хлопотунье, подхватил ее и расцеловал в круглые щеки.
- Овсянка и чай - это для малышей, мое солнце! Как насчет доброго октябрьского эля, хорошей кастрюльки супа из креветок с кореньями и чудесного песочного печенья на десерт? Давай решай, пока я не зацеловал тебя до смерти!
Болтая лапками в воздухе, Хлопотунья шутливо замахнулась на него поварешкой:
- А ну поставь меня, дурачок, а не то отправлю тебя вариться вместе с супом!
Пока белка не видела, Шэд стянул тарелку с лепешками у нее за спиной и, посмеиваясь, сказал командору:
- Где твои манеры, приятель? Отпусти несчастную и пойдем в Пещерный зал подождем, пока завтрак будет готов.
Матушка Хлопотунья с улыбкой принялась за стряпню:
- Ишь, чего выдумал! Суп и октябрьский эль ему подавай, да еще и моего печенья в придачу! Каков наглец!
Малыши как раз закончили завтрак и бросились в Пещерный зал к выдрам, которые никогда не отказывались поиграть с ними.
- Капитан, капитан, это же я, Слоечка! Я буду прыгать со стола, а вы меня ловите!
- Хурр-хурр, стойте смиррно, господин! Я хочу пррокатиться у вас на спине.
- Хи-хи-хи! Мы расскажем Матушке Хлопотунье, что вы стащили ее лепешки!
Выдры весело катались по полу с малышами, смеялись, щекотались и сражались понарошку. В зал вошли Пижма и Краклин, чтобы посмотреть, что за шум. Пижма только покачала головой, глядя на развеселившихся малышей и выдр.
- Даже не знаю, кто из вас шумит больше, вы или малыши, - обратилась она к командору. - Малыши, слезайте со взрослых и дайте нам поговорить.
Все собрались за столом. Кротоначальник Перекоп почесывал голову, изучая пергамент с планом, начерченным Краклин.
- Хм, не могли бы вы еще раз, хурр… растолковать мне, что от нас трребуется?
Краклин принялась терпеливо повторять:
- Как я уже сказала, дерево упало на стену и стена частично обвалилась. Но все не так уж плохо. Надо только убрать дерево и продолжить восстановительные работы. Вот как, я думаю, надо поступить: надо достать пилы и топоры и обрубить ветки; потом окончательно отделить ствол от пня и поднять его на подпорки, чтобы он больше не падал. После этого можно будет разобрать кладку под стволом, опустить его на землю и выкатить за территорию аббатства. Понятно?
Перекоп продолжал почесывать голову.
- Хурр… Прростите, я, видимо, такой дурралей… но мне как-то не очень ясно…
Арвин решительно встал:
- Ничего страшного, Перекоп, проясним по ходу дела. Как там погода?
Хранительница запасов Порция и Фиалка Полевка пошли посмотреть, но быстро вернулись.
- Дождь перестал, хотя ветер по-прежнему очень сильный. Правда, небо к югу светлеет, так что, если ветер поутихнет, день будет хорошим.
Командор залпом осушил кубок октябрьского эля.
- Отлично. Пойдемте достанем топоры и пилы и наточим их как следует. Если распогодится, приступим к работе после обеда.
Все еще озадаченный планом, Кротоначальник Перекоп решил подойти к решению вопроса с другой стороны. Он собрал кое-кого из своих кротов и сказал:
- Хурр… Вы, Топотун, Толокун, Вулли, и ты, Тругла, пойдете со мной. Прришло врремя взглянуть на стену, хурр-хурр…
Командор натачивал пилу, когда заметил, что кроты направились к стене.
- Куда это они? - спросил он у Арвина.