Какое-то шестое чувство подсказало Констанции, что лучше убраться с дороги и спрятаться Барсучиха рванулась в сторону и укрыла тележку в кустах боярышника.
По дороге галопом неслась лошадь с расширенными от страха глазами и развевающейся гривой, на ухабах, раскачиваясь из стороны в сторону, подскакивала телега с сеном В сене кишели невиданной породы крысы: огромные дикие твари, каких Матиас никогда прежде не видел Мускулистые, покрытые татуировками лапы чужаков сжимали пики, ножи, копья, длинные ржавые сабли. На задке телеги стоял подбоченясь самый огромный и свирепый из них. Словно явившись из ночного кошмара, он безумно хохотал и выкрикивал ругательства. В мгновение ока - так же внезапно, как появилась, - телега исчезла в ночи
Взяв дубинку, Матиас выбрался из кустов, лапы его дрожали. В воздухе еще кружились, плавно опускаясь на землю, клочки сена Вскоре Констанция вытянула тележку назад на дорогу Василика помогала матери и миссис Черчмаус успокоить расплакавшихся от страха малышей
- Вы видели?
- Видеть-то видел, но не могу поверить своим глазам!
- Откуда они взялись? С луны, что ли?
- Скорее из преисподней!
- Ну и крысы! До чего же огромные!
- А тот, сзади! Ни дать ни взять - сам дьявол!
Видя, что Матиас еще не пришел в себя, Констанция приняла командование на себя и развернула тележку кругом.
- Думаю, нам лучше вернуться в аббатство, - сказала она твердо. - И как можно скорее рассказать обо всем отцу настоятелю.
- Согласен, - сказал Матиас. - Василика, полезай в тележку и займись малышами. Мистер Филдмаус, мистер Черчмаус, вы пойдете впереди, рядом с Констанцией.
Мыши молча подчинились. Тележка тронулась в обратный путь. Матиас сидел сзади, охраняя тыл. Крепко сжимая дубинку, он зорко глядел на дорогу.
*6*
Лошади повезло: она осталась невредимой. Шарахаясь от одного края дороги к другому, испуганное животное не заметило двух каменных воротных столбов на обочине. Телегу занесло, и она врезалась в столб. Оглобли с треском сломались, и лошадь понеслась дальше, волоча за собой вожжи, постромки и обломки оглоблей.
Клуни в который раз спасла его молниеносная реакция - он вовремя спрыгнул на землю, по-кошачьи приземлившись на все четыре лапы, а телега, опрокинувшись, рухнула в канаву; окованные железом колеса продолжали нелепо вращаться в воздухе.
После безумной скачки, едва не закончившейся для него плачевно, Клуни чувствовал себя превосходно. А из канавы доносились жалобные вопли придавленных телегой крыс. Сощурив свой единственный глаз, Клуни презрительно сплюнул.
- А ну вылезайте оттуда, дурачье! - проорал он. - Краснозуб! Темнокогть! Живо ко мне, пока я не сделал из ваших голов кегельные шары.
Мотая головами, оглушенные офицеры крысиной армии выбрались из канавы.
Щелк! Хвост Клуни притянул их к своему хозяину.
- Трехлап и Поскребыш мертвы!
- Да, мертвее некуда!
- Туда им, болванам, и дорога! - прорычал Клуни. - Что остальные?
- Старина Червехвост лишился лапы, да и всем другим досталось.
Клуни насмешливо ухмыльнулся:
- Ничего, еще от меня получат. Тысяча чертей им в глотку! Зажрались, всю ловкость свою растеряли. В штормовом море такие, как вы, не продержались бы и минуты. А ну, выходи строиться, бездельники полудохлые!
Крысы закопошились под телегой, торопясь побыстрее исполнить приказ. В конце концов они столпились около второго - неповрежденного - столба, который их предводитель избрал себе трибуной. Никто не решился жаловаться на раны и ушибы. Кто знает, не достанется ли им еще и от хозяина?
- Эй, навострите уши и слушайте! - рявкнул Клуни. - Во-первых, надо определить, куда это нас занесло. Краснозуб поднял лапу:
- Да вон, на доске написано. Церковь святого Ниниана.
- Хорошо, - сказал Клуни. - Сейчас остановимся здесь, а там найдем что получше. Сырокрад! Черноклык!
- Да, хозяин!
- Разведайте обстановку. Надо найти местечко получше этой кучи мусора. Пройдите немного назад. Кажется, мы недавно проезжали мимо какого-то большого дома.
- Будет исполнено, хозяин.
- Грязнонос! Жабоед!
- Да, хозяин!
- Возьмите полсотни солдат и поищите в округе крыс, которые хорошо знают эту местность. Мне нужны крупные, сильные крысы. Берите также ласок, горностаев и хорьков. Тоже сгодятся. И чтоб никто не пикнул. Выпотрошите их норы, чтобы им не о чем было горевать. Кто откажется - убивать на месте. Ясно?
- Да, хозяин!
- Рваноух! Шелудивый! Возьмите двадцать крыс и отправляйтесь на поиски провианта. Остальные - в церковь. Краснозуб, Темнокогть, займитесь оружием. Посмотрите, нет ли тут чего, что сойдет за оружие, например железные прутья от ограды, - этого добра обычно около церквей хватает. И живо! Пусть все знают: Клуни уже здесь!
*7*
Ниногда еще Матиас не проводил всю ночь без сна Он, конечно, устал, но в то же время был полон сил: кажется, принесенная им новость станет началом великих событий.
Узнав о ночном происшествии, аббат Мортимер созвал чрезвычайное совещание совета старейшин Рэдволла. Пещерный зал опять заполнился до отказа, но от праздничного настроения не осталось и следа. Перед советом стояли Констанция и Матиас. Они кратко рассказали об увиденном и теперь отвечали на вопросы.
- Вы говорите, что видели крыс. А какой породы? - спросила сестра Клементия.
- Крысы огромные! - ответил Матиас. - Но я не знаю, что это за порода и откуда они взялись.
- Мой дед однажды видел корабельную крысу, - сказала Констанция. - Судя по его рассказам, эти крысы - как раз корабельные.
- А сколько, думаешь, их было? - спросил настоятель.
- Трудно сказать точно. Много. Должно быть, несколько сотен.
- Матиас?
- Я согласен с Констанцией. Четыреста, а то и больше.
- Констанция, а как они выглядели? Злые?
- Еще бы. Сразу было видно, какие они свирепые и злые.
Эти слова Констанции вызвали шум и крики: "Ерунда какая-то!", "Чепуха!", "Откуда они могли взяться. Вам просто почудилось!", "Такого просто не может быть!".
Матиас, подняв лапу, громко крикнул:
- Констанция права! Чужаки злые. Один был просто огромный. Я хорошо его разглядел - это настоящее чудовище!
Аббат Мортимер, слегка подавшись вперед, настороженно обратился к Матиасу:
- Сын мой, ты мог бы его описать? Матиас задумался. Все взгляды сейчас были устремлены на него.
- Он был намного больше остальных.
- Подумай хорошенько, может, вспомнишь что-нибудь еще?
- Да, конечно! Он - одноглазый!
- Одноглазый? И какого глаза у него нет - левого или правого?
- Думаю, правого… Да, правого.
- А на его хвост ты обратил внимание?
- Как не обратить! Это, наверное, самый длинный в мире крысиный хвост. Чужак держал его в лапе, будто кнут.
Прежде чем заговорить, аббат прошелся по залу.
- Я слыхал об этой крысе. Его имя боятся произносить даже лисы. Я думаю, это Клуни Хлыст!
В Пещерном зале наступила гробовая тишина, все оцепенели.
Клуни Хлыст!
Не может быть! Это же просто сказочное страшилище, которым пугают расшалившихся малышей.
"Иди спать, а то Клуни заберет!"
"Доедай скорее суп, а то придет Клуни!"
"Не озорничай, а то позову Клуни!"
Многие даже не знали, что Клуни - крыса. Для них это было просто пугало, которого на самом деле не существует.
Кто-то насмешливо фыркнул, раздался ироничный смех. Мыши стали с улыбкой толкать друг друга и шутливо пугать соседа: "Клуни Хлыст пришел за то-бо-ой!"
Матиаса и Констанцию как будто ледяной водой окатили, они посмотрели на аббата, ожидая его поддержки. Строго нахмурившись, старец громко зазвонил в колокольчик, призывая всех к молчанию.
- Я вижу, вы сомневаетесь в правдивости моих слов!
Тихий, но властный голос вызвал смущенное покашливание членов совета. Брат Джозеф встал и откашлялся:
- Отец настоятель, мы уважаем вас и ваш опыт, но все, что мы сейчас услышали, это, как бы сказать…
Со своего места встала сестра Клементин и, широко разведя лапами, с улыбкой произнесла:
- Наверное, Клуни появился, потому что уже так поздно, а мы еще не спим.
Ее шутку все встретили веселым смехом.
Шерсть на спине Констанции встала дыбом. Барсучиха рассерженно зарычала, и мыши в страхе прижались друг к другу: совету еще не приходилось видеть ее в такой ярости.
В наступившей тишине Констанция встала на задние лапы и обратилась ко всем сразу:
- Я никогда еще не видала такого сборища дураков. Позор! Ведете себя, как дети. И это называется - совет Рэдволла?! - Она обвела собравшихся свирепым взглядом. - А теперь вот что я вам скажу. Аббат будет говорить, а вы будете его слушать. Если кто-нибудь пикнет - будет иметь дело со мной. Ясно? - Барсучиха почтительно поклонилась аббату: - Говорите, отец настоятель.
- Спасибо, Констанция, - сказал аббат. Озабоченно покачивая головой, он оглядел собравшихся. - Я вижу, у многих из вас появились сомнения в том, что нам грозит опасность? Сделаем так: братья Руфус и Джордж, отправляйтесь в сторожку у ворот и смените брата Мафусаила на его посту, а он пусть придет сюда. И скажите, чтобы захватил свои записи, только не нынешние, а старые, за прошлые годы.
Руфус и Джордж поклонились аббату и вышли.