Длинный хвост Клуни угрожающе взметнулся перед их физиономиями, и незадачливые разведчики мгновенно усвоили, что от них требуется.
К ним подбежал Доходяга, ласка, и обстоятельно доложил:
- Высокое дерево рядом со стеной, хозяин. Гораздо выше стены, много веток, удобно будет залезть.
- Далеко?
- Десять минут хода на восток.
Дерево оказалось старым вязом с покрытой узловатыми наростами корой и раскидистой кроной. Клуни прикинул его высоту - как раз то, что нужно, и подходящее расстояние до стены. Он повернулся к своему ударному отряду:
- Слушайте, вы! Сейчас мы залезем на это дерево и перебросим доску на стену. Если делать все осторожно, мыши ничего не заподозрят. Не успеют они опомниться, как Рэдволл будет наш!
*19*
Трудно сказать, кто был больше огорошен - Матиас или крысы. После секундного замешательства беглецы бросились врассыпную. Крысы легко нагнали Колина Полевкинса и его мать и схватили их.
Матиас вырвался, метнулся в сторону и, повалив крысу, собиравшуюся схватить Полевкинса-старшего, бросился наутек. Он бежал, толкая его перед собой, и кричал:
- Бегите, бегите, мистер Полевкинс! Постарайтесь добежать до леса и спрятаться.
- А моя жена и Колин? Крысы схватили их!
Матиас бесцеремонно толкал его в спину:
- Если не поторопитесь, они схватят и вас. Лучше пошевеливайтесь. В качестве пленника от вас будет мало толку семье.
Вняв наконец совету Матиаса, Авраам Полевкинс бросился бежать во всю прыть. Матиас остановился и, подняв с земли тяжелый сук, повернулся к приближающимся крысам.
- Всего дюжина, - усмехнулся он. - Становись в очередь.
Матиас взмахнул суком, который загудел в воздухе, заставив нападавших остановиться. Он наступал на крыс, размахивая своей дубиной и крича во все горло:
- Бэзил, Бэзил Олень, где ты?
Крысы пытались окружить Матиаса. Одна из них подошла слишком близко, и тяжелый удар сбил ее на землю.
- Прекрасный удар, сэр! Просто сердце радуется!
Это был заяц.
Он приближался вприпрыжку, улыбаясь во весь рот, словно ученик воскресной школы на пикнике. За ним, хромая, торопились Колин и миссис Полевкинс. Матиас с облегчением вздохнул:
- Бэзил, куда ты запропастился?
Заяц ловко уклонился от крысы, развернулся волчком и нанес ей сокрушительный удар обеими лапами в живот. Крыса, из которой мгновенно улетучился весь боевой дух, скорчившись, покатилась по земле.
- Ты уж извини, старина, - усмехнулся Бэзил. - Когда эти парни отстали от меня, я вернулся к себе в нору. Весенняя уборка, сам понимаешь. Немного запоздал, но ведь я холостяк!
Матиас потерял дар речи от изумления. Он был один против дюжины крыс, пытаясь освободить семью Полевкинсов, а Бэзил наводил чистоту у себя в норе!
- О, как мило с вашей стороны, мистер Заяц. Я так рад, что вы наконец нашли время присоединиться к нам, - саркастически произнес он, пока они, отбиваясь от крыс, торопили Полевкинсов. - Быть может, вы и чайник поставили?
Бэзил галантно поклонился миссис Полевкинс и протянул ей лапу:
- Позвольте, мадам. Конечно, я поставил чайник - почему бы и нет?
- Не думаешь ли ты, что я собираюсь весь день провести у тебя в норе за чаем?
Бэзил поднял крысу над головой и, раскрутив, бросил ее на двух других. Он подмигнул Матиасу:
- Честно говоря, надеюсь, что нет, старина. Видишь ли, это будет крайне неудобно, поскольку у меня чайный сервиз только на четыре персоны. Впрочем, я охотно приму у себя Полевкинсов, а потом провожу их в аббатство. У меня складывается такое впечатление, что тебе срочно нужно в Рэдволл. Семейство Полевкинсов только задержит тебя
Матиас с облегчением улыбнулся:
- Приношу свои извинения, сэр. С благодарностью принимаю помощь и прошу прощения за неучтивость Они уже достигли края пустыря. Крысы отстали. Бэзил и Матиас пожали друг другу лапы.
- Поторопись, Матиас. Увидимся в аббатстве, когда я доставлю туда своих подопечных.
Оставшись один, Матиас пустился бегом в лес. Напрягая усталые лапы, уже на бегу он сообразил, что ему придется пробираться в аббатство со стороны леса, поскольку главные ворота скорее всего штурмуют крысы. Выстоят ли защитники? Смогла ли Констанция организовать оборону без него? Начеку ли часовые? В безопасности ли Василика?
Терзаясь такими мыслями, Матиас пробирался через подлесок. Осмотревшись, он понял, что немного сбился с пути. По его расчетам, на северо-западе уже должны были показаться красные стены аббатства. Неужели он заблудился?
Впереди послышался плеск ручья. Матиас вспомнил, что прошло уже немало времени с тех пор, как он последний раз ел и пил. Свернув в сторону, он пошел на шум воды и вскоре вышел к ручью.
Он лег на спускающуюся к воде глыбу красного песчаника и напился ледяной воды. На берегу росло несколько одуванчиков. Набрав нежных листьев и бутонов, Матиас лег на нагретый солнцем камень, не спеша смакуя еду и глядя вверх, в открывающееся между кронами деревьев безоблачное июньское небо.
Закрыв на мгновение глаза, он подумал о Мартине Воителе. Случалось ли ему уставать? Должно быть, случалось. Он бился с врагами тяжелым мечом, в доспехах. Где же его меч теперь? Он не мог пропасть. Легендарное оружие не ржавеет и не рассыпается в труху, иначе оно никогда бы не стало легендой…
С этими мыслями Матиас погрузился в сладкий сон.
*20*
День клонился к вечеру. Несмотря на некоторые задержки, Клуни со своим отрядом в конце концов взобрался на вяз.
Доходяга оказался толковым солдатом: подбадривая крыс, которые боялись высоты, и умело руководил подъемом доски. Клуни мысленно сделал заметку на будущее. Кандидат в офицеры. Пока, несмотря на все усилия, они все еще не поравнялись с верхним краем стены. Верхние ветви вяза оказались гибкими и недостаточно крепкими, чтобы выдержать доску. Клуни оценил положение Подниматься выше было опасно, и он скомандовал:
- Ладно, пока отдыхайте. Примоститесь где-нибудь, чтобы не упасть. Через час или два начнет смеркаться - больше тени и меньше света. Мыши к тому времени немного угомонятся, и мы застанем их врасплох Доходяга, смотри, чтобы эти парни вели себя смирно.
Доходяга лихо отсалютовал и поспешил проявить инициативу:
- Эта ветка, на которой я сижу, хозяин, - я только что проверил, она крепкая. С нее можно перебросить доску на стену, она дотянется. Придется, правда, карабкаться по доске наверх, но это не так уж трудно. Те ветки, что выше, мне не нравятся - слишком тонкие
Клуни вскарабкался повыше и, усевшись рядом с Доходягой, прошептал:
- Молодец, соображаешь. Ветка подойдет. Держись рядом со мной, Доходяга, ты хороший солдат. Мне скоро понадобится новый офицер, а вокруг одни тупицы. Ты знаешь, что означает пост офицера: больше еды, большая доля добычи. Проявишь себя - получишь повышение.
- Спасибо, хозяин. Не волнуйся, я не подведу, - ответил Доходяга.
Сидевший под ними Сырокрад, подслушавший разговор, усмехнулся про себя. "Да, хозяин. Нет, хозяин. Что угодно, хозяин?" Что этот Доходяга возомнил о себе? Если Клуни хочет продвинуть ласку в офицеры, пренебрегая своими собратьями крысами, - что ж, Краснозуб и Темнокогть этого так не оставят. Этот выскочка присоединился к армии только пару дней назад. Представься только случай - Сырокрад проучит этого Доходягу.
Аббат Мортимер с благодарностью взглянул на небо. Наконец-то вечер. Они продержались, крысам не удалось преодолеть стену. Сражение постепенно затихало. Орда Клуни лишь изредка делала вылазки из канавы. Воспользовавшись передышкой, защитники натащили побольше камней и мусора на парапет. Василика и ее помощницы, пригибая головы, сновали по стене от поста к посту, раздавая миски с тушеными овощами, дикий виноград и маленькие ореховые хлебцы с медом.
- Какая Василика спокойная, рассудительная мышка, - сказал аббат Констанции.
Барсучиха вручила Амброзию Пике пучок стрел для раздачи лучникам и ответила:
- Да, отец настоятель, это верно. Но она как будто чем-то обеспокоена. Как вы думаете, это из-за Матиаса?
- Без сомнения, - задумчиво ответил аббат. - Этот мышонок не идет у меня из головы, так же как и у тебя.
- Не похоже на Матиаса - так исчезать. - Констанция покачала своей большой полосатой головой. - Я обыскала все аббатство, но его нигде нет.
Друзья, поблагодарив Василику и ее помощниц за принесенную еду, недоуменно смотрели, как выдра Винифред и Кротоначальник поднимают на стену детские качели.
Их смастерили когда-то на потеху малышам, и они с незапамятных времен стояли около грядки с клубникой.
Винифред и Кротоначальник установили качели на парапете. Согнувшись в три погибели, два крота волокли за ними огромный камень.
Валун установили на сиденье качелей. Затем Винифред и Кротоначальник обхватили друг друга лапами и, кивнув друг другу, прыгнули на второе сиденье.
Выброшенный катапультой камень взвился над парапетом. Мгновение спустя раздался гулкий удар, а за ним - вопли боли и ужаса из набитой крысами канавы. Винифред и Кротоначальник церемонно пожали друг другу лапы.
- Ага, сдается мне, что у наших незваных гостей разболелась головка, - усмехнулся Кротоначальник, пока остальные прятались от ответных стрел нападавших.
Битва вспыхнула с новой силой.