Джейкс Брайан - Саламандастрон стр 15.

Так и не дождавшись ответа от своего приятеля, Битоглаз углубился в лес, направляясь на юг и в то же время немного забирая на запад. Битоглаз начал громко разговаривать сам с собою, чтобы заглушить угрызения совести:

- Должно быть, он чего-нибудь съел. Небось догонит меня еще до вечера, когда проголодается.

Идти по следу ласок было нетрудно. Самким и Арула ясно видели поврежденные и обрубленные растения, по которым Битоглаз хлестал мечом.

- Если пойдем побыстрее, то догоним их уже сегодня. Они не могли уйти далеко. Пошли, Арула.

- Незачем спешить, друзья, хе-хе-хе!

Тонкий пронзительный голос шел, казалось, ниоткуда. Самким и Арула остановились, оглядывая стену листвы перед ними.

Голос послышался опять:

- Беспокоятся, спешат, некоторые только это и делают. И к зрелому возрасту у них совершенно не остается времени. Посмотрите на меня - я не считал прожитых лет, и я все еще резв, как блоха. Хе-хе-хе!

Самким наложил стрелу на тетиву:

- Покажись!

Ковер высоких папоротников раздвинулся, и их взору предстал старик мышь. Маленький и худенький, одет он был в длинный коричневый кафтан цвета древесной коры, его морду обрамляла огромная белая борода, такая большая, что казалась облаком, из которого виднелись только черные глазки.

Старик рассмеялся и выкинул коленце. Для такого старца он был удивительно подвижен.

- Хе-хе-хе! Можешь опустить лук. Я не собираюсь нападать на вас. Хочешь знать, откуда мне известно, что вы из аббатства? Очень просто. Говорите с акцентом, свойственным жителям Рэдволла. А я - Фургль Отшельник. Живу здесь один, совершенно один, не выношу никаких компаний, предпочитаю собственную. Полагаю, вы гонитесь за двумя ласками, что прошли тут недавно?

- А ты видел их?

Фургль исполнил коротенький танец вокруг Арулы: - Конечно, я видел двух этих вонючих хищников. Шли себе по лесу, будто он их собственный. Но вам незачем торопиться, чтобы догнать их.

Самким вежливо поклонился отшельнику:

- Меня зовут Самким. Это Арула. Ты, конечно, прав, мы оба из аббатства Рэдволл. Почему ты говоришь, что нам незачем торопиться?

Фургль терпеливо подождал, пока Самким не спрятал стрелу:

- Потому что один из них очень болен. Он не может идти. А вот я, например, и дня в своей жизни не болел. Пойдемте, я провожу вас.

Без дальнейших слов отшельник двинулся в путь. Самким и Арула с трудом поспевали за размашистым шагом своего проводника.

Через час они оказались на уже известной нам полянке.

Арула заметила лежащего ничком Туру:

- Посмотрите, это Тура. Он, должно быть, болен.

- Подождите! - Фургль преградил им путь к Туре. - С этими хищниками ничего нельзя знать заранее. Дай-ка мне стрелу, Самким. Посмотрим, болен он или притворяется.

Фургль отломил наконечник стрелы и привязал к месту надлома пучок листьев. Затем протянул стрелу обратно Самкиму:

- Теперь стреляй, бельчонок.

Самким приладил стрелу и сделал меткий выстрел. Стрела попала Туре в спину и упала рядом на траву. Тура не двигался.

- Так я и думал, он мертв, - уверенно кивнул отшельник.

Его спутники кинулись к неподвижному телу. Самким перевернул его на спину:

- Мертв? Не могу поверить!

Фургль потянул друзей прочь от мертвеца:

- Не подходите слишком близко, он умер от лихорадки. Ну ладно, рад был повстречаться с вами, но сейчас я должен идти по своим делам. Если вы намерены похоронить его, то надо сделать это быстро, только старайтесь не прикасаться к нему. До свидания.

В мгновение ока он исчез в глубине леса.

Самким покачал головой:

- Не очень-то похоже на настоящего жителя леса, я бы сказал. Впрочем, полагаю, у него были на то свои причины. Сейчас нам следует похоронить Туру и надо догонять его друга Битоглаза. Ха, что это за друг, оставил своего товарища умирать в одиночестве. Меча, между прочим, нигде не видно, значит, он унес его с собой. Арула, где ты?

Кротиха уже рыла яму рядом с телом Туры. Темные комья так и взлетали вверх, когда она вгрызалась в землю своими острыми когтями.

- Уф, готово! Теперь осталось только подтолкнуть его твоим луком, Самким.

Самким так и сделал, и тело соскользнуло в яму. Арула быстро стала закидывать его землей, которую она выбросила наружу.

- Лучшее, что мы могли сделать для бедняги.

Хотя в тот день на ланч в аббатстве были только легкий летний салат и ежевичные лепешки, брат Ревунчик чувствовал себя очень уставшим и насквозь вспотевшим. Он вышел из кухни и направился на берег пруда, где было чуть прохладнее. Толстяк снял с себя шапочку и передник и вытер лоб листком щавеля. На берегу показался Труг, тащивший за собой сеть для рачков:

- Эй, старина, где лепешки к чаю?

Брат Ревунчик тяжело плюхнулся на землю и покачал головой:

- Дались тебе эти лепешки. Знаешь, Труг, я ужасно зябну сегодня.

Труг сел рядом с ним:

- Думаю, это из-за твоих горячих духовок, приятель.

- Нет, я сегодня вообще плиту не разжигал. Бррр! Как холодно!

- Холодно? Да сейчас середина лета, дружок. Не знаю, с чего это тебе холодно. Да ты весь мокрый от пота!

Брат Остролист, стоя у окна изолятора, вытряхивал одеяло, когда Труг позвал его:

- Эй, брат. Брату Ревунчику что-то не слишком хорошо. Может, мне перенести его в лазарет, чтоб ты мог им заняться?

Остролист аккуратно сложил одеяло:

- Будь добр, принеси его наверх, Труг. - Когда тот исчез из виду, Остролист повернулся к ежонку, сидевшему на краешке кровати: - А теперь закрой глаза и открой рот, Бринкль. Будь паинькой, это лекарство поможет тебе чувствовать себя лучше и не потеть. Скоро будешь как огурчик, поверь мне, малыш.

Тодд Иголка обнаружил своего старого друга крота Беррли в одной из винных кладовых сидящим у бочки с октябрьским элем. Еж осуждающе постучал по полу своей палкой:

- Ты все не напробуешься нашего эля, Беррли?

Обычно блестящие глаза крота были сегодня тусклыми, как пуговицы. Он еле-еле помахал лапой своему другу:

- Ох! Уходи, Тодд. Я чувствую себя страшно и ужасно, ни одна капля эля не коснулась сегодня моих усов.

Тодд взвалил Беррли на спину:

- Поехали в изолятор, дружище. Может, ты заболел или еще что.

К вечеру изолятор был полон. Аббатиса Долина и Остролист обсуждали возможность использования верхних галерей в качестве дополнительного лазарета.

- К нам пришел Фургль Отшельник, - доложила Вера Иголка аббатисе. - Ты не поверишь, он видел сегодня Самкима и Арулу.

Сидя в комнате аббатисы, Фургль с удовольствием пил настойку из буковых орешков и ел сливовый пудинг. Утолив голод, он обернулся к аббатисе:

- У меня есть для тебя чрезвычайно важная новость.

Долина нервно сунула лапы в рукава:

- Ты про Самкима и Арулу? С ними что-нибудь случилось?

- О, они в порядке, в полном порядке. Я хотел рассказать о ласке. Одной из тех, что были здесь в аббатстве. Сегодня днем после обеда бедняга упал и умер. Я совершенно уверен, он умер от болотной лихорадки!

- Болотная лихорадка! Ты уверен, Фургль? Старик грустно кивнул.

15

Мара проснулась оттого, что нечто тяжелое прижало ее к земле. Воздух был наполнен ликующим кваканьем. Она попыталась встать, но не смогла.

- Что происходит? Пиккль, проснись! Рядом зашевелился Пиккль:

- Слышь, что это? Вонища-то!

Мара полежала минуту, осмысливая ситуацию. Они были опутаны сплетенной из тростника сетью, придавленной к земле валунами. Через мелкую ячею она повсюду видела сотни огромных жаб, эти твари кривлялись в победном танце, зобы их то раздувались, то опадали, когда они издавали пронзительное кваканье. Большинство жаб было вооружено трезубцами и ременными пращами.

Ящерица Свинки торжествующе выпрыгнула вперед, потрясая кинжалом и сломанным дротиком, которые были единственным оружием Пиккля и Мары.

- Ксс! Как себя чувствуете? Не хотите ли оторвать мне хвост или разломать мою нору?

Сами того не ожидая, друзья обзавелись опасным врагом. Мара попыталась урезонить Свинки:

- Я очень сожалею о том, что произошло. К тому же мы обещали тебе вознаграждение, если ты приведешь нас домой.

- Кссс! Лж-ж-ж-жецы! В обмен на вас король Глагвеб даст мне очень много болотных червей и мух.

Пиккль потряс сеть в бессильном гневе:

- Ты грязная свинья, Свинки!

К сети вразвалку подошла огромная красноглазая жаба и отодвинула Свинки в сторону. Вся ее зеленая кожа была покрыта бородавками. Жаба просунула длинный трезубец сквозь сеть, едва не выколов пленникам глаза:

- Бре-екс! Пищевым рабам молчать! Или умрете!

- Лучше делай, как он говорит, Пиккль, а то он и впрямь убьет нас! - прошептала Мара Пикклю.

Ящерица поклонилась массивной жабе:

- Кссс, Свинки предложила тебе отличную сделку, король Глагвеб!

Король жаб важно кивнул и взмахнул трезубцем. Две жабы меньшего размера вышли вперед, с собой они тащили большой мешок, который беспрестанно шевелился.

Свинки взяла его и стала пятиться, кланяясь и приседая:

- Ксс, болотные мухи и черви, нет надобности считать их. Свинки доверяет своему другу, великому королю. - И Свинки потащила мешок в дюны, на прощание помахав лапой Маре и Пикклю: - Пока, пищевые рабы. Кссс!

Своих пленников, барсучиху и зайца, жабы заставили идти, не сняв с них сети. Спотыкаясь, пленники брели по дюнам, окруженные кривляющимися жабами, которые, казалось, хотели только одного - пнуть их трезубцем.