Глава 11. Лина
Да, это была Лина. То самое ужасное существо, с которым он познакомился в покоях королевы. Оно подбиралось все ближе и ближе. В полутьме ее голова выглядела страшно уродливой. Нет, она не напала на Курда, а всего лишь, обогнув куст боярышника, легла с другой стороны. Лина была хоть и ужасна на вид, но вела себя очень миролюбиво и лежала, закрыв глаза. Лишь ужасные зубы, торчащие изо рта, сверкали в звездном свете.
Стоит ли удивляться, что после долгого путешествия и ужина Курд крепко уснул. Ночь выдалась достаточно теплой. Мальчик лежал под кустом и спал.
Внезапно Курда разбудило нежное пение. Раньше он ничего подобного не слышал. Где-то неподалеку пели какие-то странные птицы. Голоса их раздавались все ближе и ближе. А потом мальчик услышал шорох крыльев и, окончательно проснувшись, широко открыл глаза. Он увидел множество огромных птиц, которые расселись вокруг него и пели. Удивительно, что такие нежные голоса принадлежат таким большим птицам.
А птицы пели и танцевали вокруг куста боярышника. Они кружили и кружили, сплетаясь в странный хоровод, двигая крыльями, головами, ногами. Но, несмотря на нежное пение птиц, Лина почему-то беспокоилась. За спиной Курда она громко рычала, а птицы все танцевали и танцевали.
Теперь и Курд почувствовал что-то неладное, а Лина по-прежнему рычала. Курд даже хотел прогнать ее.
Тем временем птицы начали сжимать круг. Их пение, движения; покачивание крыльев постепенно усыпляли Курда. Все время он задавал себе вопрос: а существуют ли птицы на самом деле, не спит ли он? Мальчик не думал, чтобы птицы могли причинить ему вред.
Внезапно он окунулся в омут дремоты и тут же проснулся от сильной боли. Птицы накинулись на него и начали клевать и царапать когтями. Птиц оказалось слишком много, они были сильны, и мальчику не удалось сбросить с себя этих чудовищ. И вдруг они все взлетели! Курд даже не сразу понял, кому обязан своим спасением. На птиц набросилась Лина. Во все стороны полетели перья. Маленький горняк, вжавшись в куст, лишь отмахивался от них руками. Битва продолжалась с неутихающей яростью, и Курд испугался, что странные птицы разорвут Лину на куски. Клубок тел – Лина, облепленная птицами – покатился во тьму. Оставшиеся около мальчика птицы улетели, а вскоре и Лина, прихрамывая, вернулась и легла на прежнее место. Когда рассвело, Курд с горестью осмотрел свою порванную одежду. Оставалось только удивляться, что птицы не выклевали ему глаза. Потом мальчик осмотрел Лину. Она сильно пострадала: у нее было множество ссадин и царапин. На Лину было жалко смотреть. Она даже не могла зализать раны на шее.
– Бедная Лина! – воскликнул Курд. – Ты вовремя помогла мне.
Она завиляла хвостом, показывая, что поняла его. Курд догадался, что старая королева послала Лину, чтобы та его охраняла. Ведь в первую же ночь Лина спасла ему жизнь!
– Пойдем, Линочка, – позвал Курд. – Надо найти чистую воду.
Лина опустила нос к земле, вынюхивая что-то, и медленно пошла в сторону. Курд направился вслед за ней. Они немного покружили, а потом Лина остановилась возле большого камня и начала царапать его когтями, пытаясь приподнять. Мальчик помог ей, и они вдвоем откатили камень.
Под камнем оказался родник, прекрасный маленький родник. Курд наполнил чашку чистой ключевой водой. Он напоил Лину, напился сам и тщательно промыл раны своей спасительницы. Но ее шея все равно выглядела просто ужасно. Курд подумал некоторое время, а потом решительно вытряхнул содержимое из своей кожаной сумки, которую на прощанье подарила ему мать.
Взяв нож, он распорол швы сумки. Лина стояла рядом и ждала. Жалко, что у него было так мало материала, только-только хватило, чтобы прикрыть раны на шее Лины. Наконец воротник был готов. Курд привязал его к шее Лины шнурками. Лина теперь выглядела намного лучше.
Теперь у Курда не было сумки, но зато у него была Лина, которая спасла ему жизнь! Дальше они отправились вместе. Семь дней они шли на север. С ними произошло немало приключений, и Лина изо всех сил помогала мальчику.
– Ах, Лина! Как я хотел бы, чтобы королева омыла тебя в огне роз!
Лина печально посмотрела на Курда. Словно собака, она положила голову ему на руки.
Глава 12. Жена пекаря
Курд и Лина миновали прекрасные холмы, низины и ревущие реки. Холмы были с крутыми склонами, а обширные маленькие овраги густо заросли деревьями. Наконец, они попали в огромную долину.
Там текла быстрая река. Низкие берега и обширные луга были усыпаны красными и белыми точками удивительных цветов. На склонах холмов росли виноград и каштаны. На полях у подножья холмов колосились овес, ячмень и пшеница.
Путешественники вышли к реке, которую надо было преодолеть, чтобы оказаться в городе Гвунтусторме. Там жили король и его двор. Чем дальше шли Курд с Линой, тем уже становилась долина, а река оставалась такой широкой, что по ней могли плавать даже большие суда. Долина вдоль берега делалась все уже и уже и, наконец, стала такой узкой, что если бы кому-нибудь взбрело в голову строить дом в этом месте, его отделяла бы от гранитных утесов всего лишь какая-нибудь пара-другая футов.
Внезапно перед путешественниками открылся удивительный вид. После очередного поворота река стала очень широкой, почти как маленькое море. На середине реки возвышалась огромная скала, на которой стоял город. Это и был город Гвунтусторм, в котором жили король и принцесса Ирен. До острова было очень далеко, но высокие стены, башни и королевский дворец были видны хорошо. Королевский дворец выглядел как хорошо укрепленный замок. Но нужно заметить, что все эти укрепления давным-давно не использовались, так как всей страной правил один король, и жители ее больше не нуждались ни в оружии, ни в крепостных стенах. Простым людям не очень-то нравилось соседство короля, но никто не мог назвать его плохим правителем. В стране царил мир, и это была заслуга короля. Город Гвунтусторм был столицей, и если кому-то не нравилось жить в нем, он мог покинуть его в любое время.
Путешественники прошли еще немного и увидели узкий мост, путь на который закрывали ворота и башня с бойницами. Когда-то это было мощное укрепление, но сейчас ворота были сорваны с петель и лежали на земле. Петли съела ржавчина, и повесить ворота на место было не так-то просто. Башни, так сурово чернеющие бойницами издали, не имели крыши и оказались просто пустыми цилиндрами. Курд с сожалением подумал о том, как они, должно быть, величественно выглядели раньше, если даже сейчас, полуразрушенные, они внушали уважение. Вообще город производил странное впечатление. Казалось, что для его жителей все уже в прошлом: и науки, и искусство, и веселые ярмарки.
Курду еще предстояло узнать, что в городе образовалась группа людей, которые говорили, что не нужно изучать историю страны, нужно просто гордиться славой своих предков. Они не хотели ничего знать, им достаточно было просто гордиться. Считалось, что людям нужны только радости и удовольствия. Изобрели даже специальные пилюли, дающие людям радость. Правда, радость проходила, как только заканчивалось действие пилюль, но аптекари Гвунтусторма все равно очень гордились – ведь, проглотив пилюлю, можно было целый час смеяться.
Путники перешли через реку и стали подниматься по обдуваемой всеми ветрами дороге к городу. Горожане недружелюбно смотрели на Курда. Но выражать вслух свое беспокойство опасались: слишком уж непривычно выглядела Лина. После долгого подъема путешественники добрались до ворот и вошли в город.
Самым большим и красивым зданием города был королевский дворец. Улицы ступенями поднимались вверх и заканчивались перед дворцом. Курд и Лина успели сделать лишь несколько шагов, когда увидели булочника в белом фартуке, выбежавшего из дверей своего магазина. Надо сказать, что булочник этот (его можно назвать еще и пекарем) жил совсем рядом с городскими воротами. Он очень дружил с парикмахером, который жил неподалеку, на другой стороне улицы. Видимо, булочник спешил по какому-то очень важному делу. Вдруг он споткнулся и растянулся во весь рост посреди улицы. Маленький горняк помог ему подняться. Курду было жалко пекаря: тот сильно ударился, и на лбу его теперь красовалась огромная шишка. Оказалось, что споткнулся он о выступающий из мостовой булыжник, причем не первый раз. Только за последний месяц бедный булочник упал на этом месте три раза! Булочник на чем свет стоит ругал короля. Он кричал, что король виноват, раз позволяет камню торчать из мостовой на главной улице города. Что это за король, если он не заботится о здоровье своих подданных! И пекарь снова и снова тер шишку на лбу.
– Почему ты кого-то ругаешь, если в том, что ты упал, виноваты твои ноги и голова? – спросил Курд.
– Ты что, мальчишка, считаешь, что во всем виноват только я один? – спросил пекарь.
– Нет, конечно, – пожал плечами Курд. – Но нельзя же во всем обвинять короля.
– Я смотрю, – сказал пекарь, – ты расставляешь мне ловушки, горняк. Зачем ты пришел сюда? Чтобы следить за мной? Король должен отвечать за то, чтоб мы жили хорошо и ни в чем не нуждались! За улицами тоже он должен следить!
– Да, конечно, – возразил Курд. – Но почему король должен заботиться о пекаре, если сам пекарь не заботится о себе?
– Но ведь я королевский пекарь! – возмутился мужчина.