Между прочим, их поездка оказалась самой дальней, самой заграничной во всем классе, а может, и во всей школе. Им завидовал даже Орел, у которого папа был летчиком и каждое лето брал его в рейс то в Индию, то в Африку.
Разумеется, вся слава путешественника по опасной сельве Венесуэлы досталась Ирке. Блинков-младший завидовал.
– А как там Князь? Никто не спросил, откуда у него синяк под глазом? – поинтересовался он, чтобы немножко себя порадовать.
– Идиот этот Князь, – буркнула Ирка. – Стрелял в Суворову из трубочки пшеном.
– Я видел в бинокль, – кивнул Блинков-младший. – А что за парень на мотоцикле за ним приехал?
– Да на что тебе сдался этот Князь? Соскучился, что ли? Хочешь второй синяк получить, для симметрии?!
На этот раз Блинков-младший обиделся по-настоящему. Он гордился тем, что после драки с Князем у обоих осталось по синяку. У него под левым глазом, у Князя под правым. Паритет соблюден, как говорят политические обозреватели по телику. Паритет – это равновесие сил. Когда противник на голову тебя выше и на два года старше, нестыдно и гордиться равновесием сил. А эта Ирища-дурища как будто не замечает княжеского синяка, зато твой замечает прекрасно. Она тебя презирает за этот синяк. Или жалеет, а это еще хуже.
– Ну и целуйся со своим Князем! Видеть тебя не могу! – бросил он в лицо ничего не понявшей Ирке.
Хотелось орать, но Митек только шипел, как отсыревший китайский фейерверк. Нужно было соблюдать конспирацию.
Глава I X
Князь пропал!
– Уби-и-ли! – орала бабка Пупырко.
Двор отнесся к этому известию равнодушно. В начале нынешнего лета бабка точно как же кричала "Убили!". А все из-за того, что Блинков-младший стащил у нее белого кролика. Князь тогда похвастался, что их питбультерьера, пса-убийцу, кормят живыми кроликами, вот Блинков-младший и пожалел лопоухого. А в прошлом году "убили" потрепанную "Волгу" старшего князя Голенищева-Пупырко. Ее потом нашли в соседне дворе. Младший князь угнал папину машину, чтобы покататься, но на обратном пути мотор заглох, и он не дотянул до дому.
Блинков-младший выглядывал во двор из-за кухонной занавески.
Мимо помойки пробежала младшая сестра Князя Ляля Кусачая с питбулем на поводке. Старший Голенищев-Пупырко уселся в свою "Волгу" и отбыл в неизвестном направлении. Потом из подъезда вышла княгиня Голенищева-Пупырко – челночница тетя Тамара – и отбыла в каком-то другом неизвестном направлении в своей подержанной иномарке, от которой давно поотрывали все фирменные знаки.
Бабка продолжала орать "Убили!".
В коридоре хлопнула дверь. Ага, Ирка пошла во двор. Она не могла слышать бабку – в ее комнате окно выходит на другую сторону, к школе. Блинков-младший понял, что Ирка вышла просто потому, что не хотела оставаться с ним. Последний час они просидели по разным углам. Кажется, Ирка ревела.
"Сама дура!", – мысленно сказал ей Блинков-младший. Обида на Ирку прошла, он понимал, что был неправ и от этого злился.
Ирка вышла из подъезда и уселась на холодильник за помойкой. Долгое одиночество ей не грозило. Холодильник был местом сбора дворовой молодежи. Посиди на нем часика два-три – и встретишь всех, кто достоин внимания.
Минут через десять к Ирке присоединилась Суворова. И сразу же, увидев подружку в окно, во двор выбежала Ломакина. Она стала чем-то угощать девчонок, и все трое сидели на холодильнике, болтая ногами, жевали и трепались. А Блинков-младший маялся взаперти, как преступник. Обидно.
Потом к девчонкам подошла Ляля Кусачая с питбулем. Пса-убийцу все боялись, даже старший князь Голенищев-Пупырко. А Лялька чистила ему зубы своей щеткой и ставила градусник, куда ставят собакам. Потому что в его щенячьем детстве питбуль пробовал ее укусить, а Лялька в ответ тяпнула его еще сильнее. Объяснила на его собачьем языке, что она вожак стаи, а он просто так погулять вышел.
Лялька о чем-то коротко переговорила с девчонками, и все разошлись. Даже Ломакина и Суворова пошли в разные стороны, что было вообще-то удивительно.
В двери завозили ключом. Иван Сергеевич вернулся со службы. А Блинков-младший и не заметил в окно, как он приехал.
– Сумерничаешь? – пробасил полковник. – Отойди от окна, я свет включу.
Вспыхнул свет. Иван Сергеевич заглянул в кастрюлю с недочищенной картошкой, посмотрел Блинкову-младшему в глаза и сразу определил:
– Опять поссорились.
– Ага. Иван Сергеевич, я вас очень уважаю и даже люблю, но я никогда не женюсь на вашей Ирке.
– Это было твое серьезное намерение лет десять назад, – напомнил полковник. – Ты обнимал ее. Ты не мог с ней расстаться. Ты перетаскал ей все свои игрушки.
Блинкову-младшему тоже было что вспомнить:
– А она меня – лопаткой по башке.
– Не забыл? – удивился полковник.
– Разве забудешь, когда у меня шрам в волосах.
– Беда мужчин в том, что они дружат с одними, а женятся на других, – сообщил полковник. – Потому что не знают их недостатков и думают, что недостатков вовсе нет.
– А в чем беда женщин?
– В том, что их парни достаются другим. И они сами достаются другим.
Иван Сергеевич заглянул в холодильник, потом в хлебницу и заключил:
– А ты весь день голодный.
Ответить Блинков-младший не успел. В дверь позвонили.
– Исчезни, – сказал полковник и пошел открывать.
Блинков-младший исчез в его комнату, похожую на спортивный зал. Не считая письменного стола и кушетки, основной мебелью там была штанга на двух стойках, чтобы выжимать ее лежа. Он лег под штангу и попытался ее приподнять, но штанга не сдвинулась ни на миллиметр.
Из прихожей доносился голос старшего князя Голенищева-Пупырко. Что ему нужно?
– Пройдемте на кухню, чем стоя разговаривать, – сказал ему полковник. – Поужинаете со мной?
– Ел уже, – буркнул старший князь. – Иван Сергеевич, у меня Юрка пропал.
Юрка было имя младшего Голенищева-Пупырко, только все звали его Князем, даже учителя.
– Ну что вы! – удивился полковник. – Время – только десятый час, а ваш Юра… – Он замялся, выбирая слово поделикатнее, чем "шпана", "бандит" и "отморозок".
– Проблемный ребенок, – подсказал старший князь. – Вы правы, но одной родительской проблемы у нас с ним нет. Он хорошо ест.
– При чем здесь… – начал Иван Сергеевич и все понял. – Что, НАСТОЛЬКО хорошо?
– Чудовищно! – признался старший князь. – Первое слово, которое он сказал в детстве, было не "мама", а "жлать", то есть "жрать"! Мы с женой не представляем себе причины, по которой он мог бы не прийти домой на обед.
– Другой обед, – подсказал Иван Сергеевич, уводя старшего князя на кухню.
Когда они прошли мимо комнаты, Митек на щелочку приоткрыл дверь. Все равно слышно было так себе. До Митьки доносились отдельные слова, но в общем было понятно: как обычно в таких случаях, полковник утешал старшего князя. Мол, сын у вас уже взрослый парень, мало ли куда он мог пойти, может, скоро вернется. Старшему князю, конечно, тоже этого хотелось, но он был здорово напуган.
– Наезжают! – расслышал Блинков-младший.
Иван Сергеевич что-то коротко спросил. Тоже понятно: подробности требует. И старший князь начал выкладывать подробности. Расслышав слово "налоги", Блинков-младший сообразил, почему старший князь пришел к Ивану Сергеевичу. Ведь полковник служил в налоговой полиции. Разумеется, князю хочется, чтобы его делом занимался знакомый, хотя бы и шапочный.
Старший князь что-то долго и горячо бурчал.
– Что ж вы раньше-то молчали! – в сердцах громко воскликнул Иван Сергеевич.
– Все им платят, – ответил старший князь.
– Все дураки и все те, кто начал свое дело на деньги преступников!
– У меня с этим чисто, – огрызнулся старший князь. -Я, чтобы свой первый киоск открыть, продал материну квартиру.
– А потом, конечно, пустили половину товара за "черный нал", – добавил полковник.
Оба повысили голоса, и теперь Блинков-младший слышал каждое слово. Но разговор пошел малопонятный и неинтересный. К пропавшему Князю его отец и полковник вернулись только минут через двадцать.
– Значит, вы убеждены, что это они?
– Убежден. Других серьезных конкурентов у меня нет.
– Что ж, я думаю, мы сможем вам помочь. Милиция пускай ищет его своими методами, а мы зайдем с другой стороны, с финансовой. Прижмем их как следует, вплоть до конфискации имущества. Тогда им не будет смысла наезжать на вас.
– Думаете, они просто так возьмут и отпустят его? – засомневался старший князь. – А если потребуют выкуп?
– Для вас это было бы замечательно! – заверил его полковник. – В России штучки с выкупом редко проходят. Это вам не горы. Возьмут их во время передачи денег.
– Возьмут? – переспросил старший князь.
– Ну, мы возьмем. Или милиция. Как получится.
Полковник проводил старшего князя до двери.
– Так я надеюсь на вас, Иван Сергеевич.
– Но только и вы нас не подведите, Леонид. Заплатите налоги.
– Завтра же все до копеечки! Богом клянусь!
Когда дверь за князем захлопнулась, полковник вошел к Блинкову-младшему.
– Твой одноклассник пропал.
– Я кое-что слышал из вашего разговора, – признался Блинков-младший. – Его увез парень на иностранном мотоцикле. Надо, конечно, порасспросить наших: может, его после этого видели.
– Сестра не видела. Она тоже рассказывала про мотоцикл. Чикаго какое-то! Террористы и гангстеры в одном флаконе, то есть в одном дворе.
Потом пришла Ирка, и они наскоро помирились, потому что так приказал полковник, хотя на самом деле не помирились.