Всего за 149 руб. Купить полную версию
- На командировочные. Только жить будем тогда не в домике, а в своей палатке. И не на территории туристического городка, а рядом, там бесплатно. Пока я работаю, вы с детьми отдохнёте, желания загадаете. У тебя есть желания? Ты вообще чего-то хочешь? Ты когда последний раз чему-то радовался?
- Это мое лично дело, радоваться или нет! - горько сказал папа. - Что вы мной все командуете! Почему я должен делать то, что вам надо?
- А кем нам ещё командовать? - удивилась Динка. - У нас же нет Очкарика.
Папа уронил голову на стол.
- У папы питание кончилось! - непонятно к чему сказал Лёшка.
- Галопом пьём чай и собираться, - приказала мама.
Но мы с Динкой вылетели из-за стола тут же. Лёшка, схватив пирог, тоже. Нужно было очень - очень быстро собраться, пока папа ничего не ответил. Мы закрыли дверь, но нам всё равно было слышно, как родители тихо переругиваются.
Папа ворчал всё тише, а потом замолчал. Смирился. Папа смиряется мамой. Мама смиряется Лёшкой. Я могу договориться с Лёшкой. Папа пока ещё может усмирить Динку. Динка может что угодно стребовать с мамы. Какой-то мудрёный хоровод.
В нашей семье невозможно ничего спланировать. Так-то я собирался ехать один, смотреть там… на всякие достопримечательности. Плюс у семейной поездки только один - не надо трясти копилку.
Мы хлопнули друг друга по рукам и распределили рюкзаки.
Сочинение на тему "Если бы у меня была волшебная палочка". Выполнил Алексей Б
Если бы я был волшебником, мне бы пришлось выполнять желания всех людей, кто ко мне обратится. Мама бы пожелала, чтобы мы не ссорились, хорошо учились. А ещё много путешествовали. Ещё бы она пожелала много книжек. И чтобы никто ей не мешал читать.
Папа бы пожелал… Я спросил, папа хочет, чтобы его все оставили в покое.
Дима бы пожелал ноутбук или коммуникатор, или личную лошадь. Он говорит, что лошади лучше людей. И даже умнее некоторых. И уж точно умнее Динки. И чтобы я обратно сложил его носки в шифоньер.
Динка бы пожелала новые наряды и нового парня. И стать кем-нибудь из артисток или певиц, или ещё кем-нибудь знаменитым. Она почему-то всегда не хочет быть сама собой, а хочет кем-то другим. И пожелала бы, чтоб я исчез с её глаз и из её комнаты.
И Дима, и Дина, и я хотели бы, чтобы у нас опять был Очкарик.
Всё, кроме Очкарика, можно и без волшебной палочки исполнить. Поэтому у меня остались ещё два желания. 1. Хочу есть мороженого, сколько хочу, и не болеть после этого. 2. Хочу что-нибудь необычное. Какую-нибудь серебристую штучку, чтобы она вот так складывалась и по - другому тоже.
Ещё хочу много друзей. Но это уже третье желание. Я не знаю, но от мороженого или от друзей надо отказаться. Ещё хочу, чтобы на ушах такие штуки были, чтобы преобразовывать звук. Например, едешь на машине, а переключил чистоту, и гудение машины превращается в музыку или познавательную книжку. Этим можно пользоваться, когда кто-то ругается.
Дина о дороге в Аркаим
Ехать было ужасно тоскливо. Папа всю дорогу молчал. Можно было подумать, что мы взяли его в заложники. А когда мы начинали шутить, он шикал на нас, будто бы мы мешаем ему вести машину. Всё это глупости. Раньше мы ездили с песнями, папа тоже орал с нами и с Кашиным "Эй - фо - ри - я!", а теперь ему мешает, что мы смеёмся над Лёхой. А как тут не смеяться, если этот начитанный карапуз пытался подготовить нас к глубокому погружению в Аркаим. Он вычитал, что древние жители наших мест умывались коровьей мочой, а не водой. Потому что не хотели загрязнять воду!
- Ничего странного, - заступилась за Лёху мама, когда мы замолчали, шуганутые папой, - индусы до сих пор считают корову самым священным животным на земле. Они никогда не убивают коров, которые просто так по улицам ходят даже в городах. И если корова легла на твоём крыльце, ты не должен её беспокоить. И на дороге - тоже. Наедешь на корову - тебя посадят в тюрьму на всю жизнь. А раньше сразу казнили.
А вдруг корова сама под колёса бросилась, решила покончить жизнь самоубийством? - предположила я. - Или с крыши спрыгнула.
- Тогда будут судить хозяина коровы, который довёл её до такой жизни, - предположил Димон. - По мне так кони куда лучше коров. Они не такие дураки, чтобы с крыши прыгать.
- А почему коров так любят? - спросил Лёшка маму.
- Потому что корова - то животное, которое не производит ничего ненужного. Она вся полезная и вся чистая, - ответила мама.
- И навоз чистый и полезный? - скривилась я.
- И навоз. Если землю не удобрять коровьим навозом, то картошка вырастет с горох размером, - сказала мама.
Тут Лёшка стал выяснять, почему от коровы навоз чистый, а от него - грязный. Оказалось, потому что человек ест сейчас всякую гадость, которая плохо раскладывается на первоэлементы. А корова ест травку. У неё всё, что выделяется, имеет дезинфицирующее свойство. А человек производит не только грязный навоз, но и другую всякую ерунду, типа целлофана или атомных отходов, которые на первоэлементы раскладываются с трудом. И если бы человек носил с собой весь мусор, который от него остается (от бутылок, пакетов до выпавших волос), то через неделю его из-под этой кучи грязи уже было бы не видно.
- Прекратите немедленно про это говорить! - теперь и я, вслед за папой, сорвалась. - А то стошнит сейчас.
Меня иногда тошнит в машине и без навоза, а тут без конца про одно и то же. Мама пообещала, что про навоз больше не будет, а будет про небесную корову. Так вот, как считают арии - те, кто когда-то жил в Аркаиме, их ещё называют индоевропейцами, Бог сначала сделал Вселенную, затем Воду, Землю, Растения и Быка. А уже потом человека. От этого первозданного Быка пошли все коровы на свете. И всё, что они давали: молоко, творог, масло, моча и навоз (ой, молчу - молчу), - сохранило в себе первородную энергию и имеет очистительные свойства.
Мы молча проводили глазами стадо коров, которое паслось недалеко от дороги. Они на нас не смотрели - много чести.
- Знаете, какая первая буква алфавита? - неожиданно спросил Лёшка и сам себе ответил, потому что на его вопросы бесполезно отвечать, он сам знает ответ лучше всех. - "А". Её называют "Алеф", и она похожа на коровью голову с рогами. Только в нашем алфавите корова перевернута, упирается рогами в землю. А русская "А" называется "Аз" - это значит "Я".
- У нас много чего перевернуто, - согласилась мама.
- Накаркайте мне сейчас! - забурчал папа, который вроде бы с интересом до этого слушал нашу беседу.
- Кар! Один час, - услужливо каркнул наивный полиглот.
Мы замолчали, а папа включил радио "Ретро", и, взвыв, мы все надели наушники со своими записями.
Хорошо, что дорога до Аркаима очень хорошая, ехали быстро, и 500 километров остались позади меньше чем через пять часов.
Дмитрий про первый вечер в Аркаиме
Аркаим - это место в степи. Три маленьких холмика (бывший вулкан, жерло его - ровная площадка, там стоит турбюро), степь, деревня недалеко. А палаток! Друг у друга на головах в туристическом лагере стоят. Припарковались, а вернее, пристепились не в самом заповеднике, а в стороне, где дикие туристы. Там было свободно. По лугу местные жители водили коней. Катали туристов. Мне уже понравилось. Я сразу сбегал туда, но все кони были заняты, и денег я не взял. Просто постоял, посмотрел. Не знаю, что там коровы, а вот лошади… Даже первобытные люди понимали, что лошади - это вам не коровы. Треть всех наскальных рисунков про животных - это лошади. Лошадь - это ветер. Ветер - это небо. Небо - это свобода. Свобода - это мечта. Моя мечта - это лошадь.
Выбрали местечко между большой палаткой и старым костровищем возле какой-то норки и стали ставить палатки.
- А если там змеи? - показал на нору папа.
- Судя по диаметру - питоны, - съехидничала мама.
- Что ты такая ядовитая? - ответил папа. И если бы он добавил ещё одно слово, то наш отдых мог бы скоропостижно закончиться.
- Пап, пойдем про экскурсии узнаем! - заорала Динка. - Надо записаться на завтра, а то мест не будет! Всё равно, ты не знаешь, как палатку ставить…
Хотя папа на Динку тоже часто ругается, но он её любит больше, чем нас с Лёхой. Зато мама нас с Лёхой меньше ругает, чем Динку. Ну, с Лёхой-то она вообще носится. Кстати, я давно заметил - старший ребёнок в семье - это самый психически устойчивый и живучий экземпляр. Меня вообще мало чем можно рассердить или обидеть. И я не очень-то обижаюсь, что до меня никому нет дела. Вот Юрка живёт с одной бабушкой, а чувство такое, что у него их батальон. Бабушка всё время вертится вокруг него, и в школу часто приходит, и чуть ли после секции не встречает. Юрка говорит, что это у неё старая боевая привычка, она в молодости работала надзирательницей в тюрьме. Врёт, наверное, но маленькие сувенирные складешки с выкидными лезвиями откуда-то принёс и продал девчонкам. Очень ручки у них красиво расписаны были, те не удержались.