- Достаточно. Швартуемся у первой же тумбы.
Теперь они снова видели огни пристани, смутно проступающие сквозь серую пелену тумана.
- Крепить швартовы! - приказал Ян.
Боб спрыгнул на причал и накинул конец на тумбу.
Со вздохом облегчения поставил Ян свою лодку под кормой морского судна. Прямо над головой у них тянулись тяжелые кормовые тросы. Пониже клюзов на тросах были укреплены какие-то круглые щитки.
- Что это такое? - спросил Боб.
- Это от крыс, - сказал Ян. - Чтобы они не могли по тросам перебираться с судна на берег и с берега на судно, потому что крысы - разносчики заразы.
Боб ухватился за один из тросов и хотел покачаться, но тут же тяжело плюхнулся на крышу каюты.
- Кто там? - сонно заворчал Марк.
- Летающая обезьяна, - сказал Ян. - Спи давай.
Заметно снизилась температура. Мальчиков на палубе пробирала дрожь. В тумане выли сирены.
- Жуть какая! - поежился Боб. - У меня такое чувство, будто все суда движутся прямо на нас и вот-вот раздавят всмятку.
Где-то неподалеку еще одно судно издало три коротких гудка, потом загрохотала якорная цепь. Шум был такой, словно заработала огромная камнедробилка. Наконец все стихло. Очевидно, теперь уже все суда спокойно стояли на якоре. Лишь изредка слышалось, как отбивают склянки да глухо бились о причал волны. Больше никаких звуков не раздавалось в ночной тишине.
- Ты не видел названия судна, когда качался на тросе?
Со своего места они не могли прочесть название, его закрывал от них навес кормы.
- Нет. Хотя постой… "Бимбо". Точно: "Бимбо".
- Если он вздумает тронуться, пока мы будем спать, винт врежется нам в бок, - сказал Ян.
- Команда нас разбудит. И почему он должен тронуться непременно сегодня ночью? В такой туман?
Да, почему? Ян тоже этого не знал. Но недавнее столкновение с речным судном здорово напугало его, и он еще не оправился окончательно от пережитого страха.
- Полезли в каюту, - сказал Боб, зевая. - Когда они будут отчаливать, мы это почувствуем.
- Как это "почувствуем"?
- А волны? Начнет нас бросать на стенку, живо и проснемся. И кроме того, если судно собирается уходить, к нему должны подойти буксиры.
Боб не мог взять в толк, почему Ян медлит. И в самом деле, причины вроде не было, и все же Ян не мог отделаться от какого-то беспокойства. Снова и снова сквозь журчание воды, изливающейся из машинного отделения "Бимбо", ему слышались всплески воды от весел.
Боб стянул с себя мокрую одежду и повесил на штаг. Он, конечно, не надеялся, что она высохнет в такую погоду, но Ян не терпел барахла в каюте, тем более мокрых штанов.
- Может, завтра хоть маленький ветерок подует, - мечтал Боб, - забираясь в спальный мешок. - Тогда мы сможем немножко поплавать, поглядеть вокруг.
Ян подумал, что торчать на палубе не имеет смысла. Только простуду схватишь. Он сбросил башмаки и улегся на пищащий резиновый матрас рядом с братом.
Часа в два пополуночи подул ветерок, и туман начал рассеиваться. Одежда Боба, висевшая на штаге, стала понемножку просыхать. Небо расчистилось, и уже можно было видеть луну и звезды. Затем показались якорные и палубные огни морских и речных судов, которые до того были скрыты за плотной серой пеленой.
Тяжелые и легкие брашпили пришли в движение, производя оглушительный шум, знаменующий начало нового дня. Нетерпеливые гудки рейсового парохода разбудили Яна. Пароход, видно, надеялся наверстать потерянное время и требовал, чтобы открыли ворота шлюза. Ян взял из ящика карманный фонарик. Тихонько, стараясь не разбудить братьев, он выбрался из каюты. На палубе было свежо. Пароход рядом с ними, царапая якорем дно, разворачивался в направлении подъемного моста.
Вдруг Ян услышал топот ног у себя над головой. На палубе парохода кто-то за кем-то погнался, схватил, послышалось пыхтение, стоны. Кто-то в ужасе закричал: "Ноу, ноу!"
Ян взобрался на крышу каюты и хотел было спрыгнуть на берег, но тут он увидел, как человек на палубе вытянул вперед руку в тщетной попытке защититься от короткого предмета, который в следующий момент с глухим стуком опустился ему на голову. Человек тяжело упал на палубу, а предмет, лязгнув, покатился к фальшборту.
Немного погодя раненый поднялся, качаясь, навалился на поручни и вдруг, перегнувшись пополам, упал прямо на манильский трос. Его казавшееся безжизненным тело, скользнув по тросу вниз, кувырнулось и упало на каюту "Бернара".
Ян сжал в руке карманный фонарик. Это был роскошный новенький фонарик с четырьмя сухими батарейками. Ян направил луч вверх и над фальшбортом увидел свирепую физиономию чернобородого человека. Тот отпрянул назад, прикрыв лицо рукой.
- По борту… по борту… - бормотал раненый.
Ян опустился на колени возле человека, лежавшего на крыше их каюты, и попытался перевернуть его на спину. Но тот скорчился от боли, как только Ян к нему прикоснулся.
- Боб, Боб, принеси воды! Стакан воды!
В слабом свете фонарей с пристани Ян видел черное пятно, которое сначала было круглым, потом вытянулось и потекло струйкой в сторону полубака. Это была кровь.
- Боб, заводи мотор. Мы должны увезти отсюда этого человека.
- Да что случилось-то? - спросил Боб, не очнувшийся еще как следует ото сна.
- Он свалился к нам с парохода. Заводи скорее мотор и принеси стакан воды.
Ян слышал, как Боб возился возле бачка с питьевой водой, слышал испуганный голос младшего брата, который спросил, не тонут ли они. Он вновь пробежал фонариком по высокой корме "Бимбо", но луч фонаря высветил только столбы тента да поручни полуюта.
Боб завел мотор и теперь с кружкой воды опустился на колени. Руки у него дрожали, вода текла по пальцам, заливалась в рукава, но он ничего не чувствовал. Ян взял у него кружку и поднес к губам раненого.
- Пейте, - сказал он тихо. - Выпейте немного воды.
Где-то он читал, что при несчастных случаях надо непременно поить человека водой, чтобы компенсировать потерю крови. Раненый не шевельнулся.
- Он совсем без сознания, - сказал Боб. - Отчаливать?
- Валяй.
"Бернар" полетел к подъемному мосту. Правда, Яну пришлось положить руль на правый борт, чтобы обойти буксир, но уже через несколько минут он выровнял курс и теперь вел лодку прямо на высоко поднятый стальной пролет подъемного моста.
Длинные пенистые волны, скользя вдоль борта, веером расходились за кормой, громко стучал мотор, а вода в радиаторе готова была закипеть.
Перед самым мостом они обогнали небольшое деревянное судно. Груз у него высоко громоздился на палубе, и волны, поднятые "Бернаром", захлестнули его до шпигата.
Портовый лоцман громко и довольно недружелюбно осведомился, не рехнулись ли они.
- Осторожно, идем прямо на стенку! - громко крикнул Боб.
- Будь наготове!
Ян переложил руль на правый борт, развернув свое суденышко на 180°. Торможение было такое резкое, что внизу, в каюте, сдвинулась крышка стола. Легкий толчок - и лодка стала боком к причалу.
- Бросай конец! Швартуемся!
Вихрем взлетел Ян по лестнице, ведущей в город. Дверь будки вахтенного была приоткрыта. Прежде чем вахтенный успел что-либо спросить, Ян набрал 9–00.
- Алло, алло, несчастный случай, приезжайте скорее!..
- Дай-ка сюда трубку, парень, и объясни, что случилось.
- Человек упал с судна. Он лежит без сознания у нас на крыше каюты. Пожалуйста, поскорее!
Дежурный спокойно передал сообщение на пункт "Скорой помощи". Карета выезжает. Раненого оставить пока там, где он лежит. Ни в коем случае не переносить и не двигать.
Минуты ожидания тянулись томительно долго. Дежурный поинтересовался, что они делали в доках глубокой ночью. Есть ли у них разрешение? Может, их отец - важная персона в городской управе или в министерстве? Ян отвечал односложно, кусая от нетерпения ногти.
Наконец он услышал сирену "скорой помощи", увидел ярко-желтый мигающий огонек. Опытные руки переложили раненого на носилки, отнесли в карету, дверцы плотно захлопнулись, машина тронулась в путь, и лишь вой сирены возвещал людям, что случилось несчастье.
Марк приготовил кофе. Не такой уж он был мастер на этот счет, но чашка кофе холодной ночью - что может быть лучше! А Яну не хотелось кофе. Перед глазами у него все стояла рассеченная голова раненого и лужа крови на крыше "Бернара". Что же могло произойти на "Бимбо"? Драка между моряками? Имеет ли это какое-нибудь отношение к кражам? Знает ли раненый, кто на него напал? И что означает это его "По борту…"? Может быть, завтра или послезавтра он сам все расскажет, но Яну не терпелось узнать поскорее.
- Мы так и будем здесь стоять? - спросил Боб.
- Да. Нам придется подождать, пока приедет полиция.
- Что же все-таки произошло, а, Ян?
Ян помедлил с ответом.
- Просто человек упал к нам на крышу. Очевидно, несчастный случай.
Дежурный опустил подъемный мост, и через минуту у пристани остановилась полицейская машина. Специальный агент прибыл, чтобы составить подробный толковый рапорт: порядок прежде всею.
Дрожащей рукой поставил Ян свою подпись под бумагой, где он значился капитаном моторной лодки "Бернар".
- Не говорил ли раненый чего-нибудь?
- Нет. Ни слова.
Боб вытаращил на Яна глаза, но ничего не сказал. Раз брат молчит, значит, есть к тому причина.
- А что вы делаете в доках?
- Мы просто катаемся, - сказал Ян.