- Мне думается, он очевиден. Все получилось так, будто кому-то в Монтравале сообщили, что мы отдали не все слитки, а оставили один себе.
Подобное предположение озадачило ребят.
- Кому-то здесь сообщили… - протянул Даниэль. - Кто мог это сделать? Только мсье Фертель. Но зачем ему это понадобилось?
- Зачем, зачем! Ты слишком много от меня хочешь! Если бы я сам знал! Но одно, мне кажется, можно утверждать точно: если бы "паровозу" Даниэля не было ничего известно о слитках, он явился бы сюда сразу после нашего отъезда в Курвеж. А он решил напасть позднее. Значит, мсье Фертель заметил, что мы отдали ему только восемь слитков, а не все девять, и позвонил… Я не знаю, кому именно. Скажем, Жермену или мсье Лакуа.
- "Позвонил, позвонил", - передразнил брата Даниэль. - Конечно, могло быть и так. Но ты ведь сам говорил, что мсье Фертель вовсе не торопился забрать слитки. И потом, чем важны эти кусочки металла? Почему кому-то понадобилось устраивать вокруг них весь этот балаган?!
- Причину я пока понять не могу. Но при этом совершенно уверен: кому-то сильно не хочется, чтобы у нас остался хотя бы один слиток! -заявил Мишель.
- А почему тогда мсье Фертель сказал нечто вроде: "Моя дочь разволновалась из-за пустяков, дело вполне могло подождать до завтра"? Как ты это объяснишь? - спросил Артур.
- К сожалению, никак. Мне было бы очень неприятно думать, что отец Натали, которая так хорошо к нам относится, оказался замешан в какую-то подозрительную историю. Пусть даже вся эта история сводится к сегодняшнему происшествию с Даниэлем…
Мишель неожиданно замолчал, как будто в голову ему пришла какая-то мысль, вскочил со скамьи и бросился к полке, на которой лежали принесенные девушкой книги. Долго ему искать не пришлось. Он почти сразу же наткнулся на сложенное пополам письмо. Натали, скорее всего, пользовалась им как закладкой и забыла в одной из книг. Мальчик развернул его и принялся сравнивать с посланием, которое им подсунули под дверь. Это не заняло у него много времени.
- Посмотрите! - воскликнул он. - Натали не имеет никакого отношения к сегодняшней записке! Почерк совсем другой! Это просто бросается в глаза!
Сомнений не оставалось: послания были написаны разными людьми.
- Значит, кому-то было нужно убрать нас отсюда, - констатировал Артур. - Но этот "кто-то" предупредил мсье Фертеля. Вспомни-ка, он сам сказал нам, что в курсе дела. Темная история!
- Согласен, история темная! К тому же, как мне кажется, дело принимает серьезный оборот! Кстати, я думаю, что Альфред с его дружками тут ни при чем. Слишком уж хорошо все продумано, они на такое не способны. Остается только Амбруаз Борен.
- А почему же не Жермен и не мсье Лакуа?
- Подозревать, разумеется, можно всех, включая Лампуа и папашу Рикло, - вынужден был признать Мишель.
- Ладно, я хочу спать! - вмешался его брат. - Можете трепаться, сколько угодно, а я ложусь!
И, не обращая ни на кого внимания, он отправился в постель.
- Если того, кто напал на Даниэля, интересовали именно слитки, он может в любую минуту явиться сюда снова, - заметил Мишель. - Пока в его руках не окажется последний слиток, он не успокоится.
- Может, все-таки пойдем спать? - предложил Артур.
- Хорошо. Только сначала нужно как следует забаррикадироваться.
Друзья заложили окна скамьями и с чувством выполненного долга улеглись в свои кровати. Было уже так поздно, что, несмотря на все пережитые волнения, они почти мгновенно заснули.
* * *
Первым проснулся Мишель. Он не выспался и чувствовал себя разбитым. Дрожа от утренней прохлады, мальчик пошел умываться к роднику.
К нему сразу вернулись все тревоги прошедшей ночи. Мысленно он опять увидел ювелира, разговаривающего с ним из окна второго этажа.
"Пожалуй, он вел себя как-то странно,-подумал парнишка. - Может, ему кто-то угрожал?"
Однако самым странным ему казался тот интерес, который проявлял кто-то неизвестный к серебряным слиткам. "Уж разумеется, не из-за их стоимости!" К тому времени, когда он вернулся в дом, его приятели уже проснулись. Неожиданно для них Мишель, начавший было натягивать брюки, хлопнул себя по лбу и скорчил смешную гримасу.
- Эврика! - воскликнул Артур. - Наш Архимед-Мишель что-то нашел[15].
- Что нашел? - ворчливо спросил еще не окончательно проснувшийся Даниэль, заботливо ощупывавший свою голову.
- Думаю, что способ, как заставить наш фонарь гореть поярче, - отвечал Мишель.
Он не мог отказать себе в невинном удовольствии и заставил друзей немного помучиться ожиданием.
- Сначала сядем за стол. Мой план я объясню вам за завтраком.
Для порядка Даниэль и Артур принялись возражать, требуя, чтобы им обо всем рассказали немедленно, но вынуждены были подчиниться.
Мишель же напустил на себя самый таинственный вид. Его приятели, как ни старались, так и не смогли догадаться, что он придумал на этот раз.
* * *
Мишель приступил к рассказу только тогда, когда чашки ребят опустели.
- Так вот… Думаю, мы сразу поймем, что к чему, если найдем другого ювелира и покажем ему наш слиток.
- Другого ювелира?! - переспросил Артур. - А чем тебе не нравится мсье Фертель?
- Его поведение кажется мне довольно странным. Я пока не знаю причину его поступков, но не хотел бы отдавать ему в руки последний из наших слитков… Кажется, мэр говорил еще об одном ювелире. Его фамилия, если не ошибаюсь, Боразиль, а живет он в Нантене. Это километрах в десяти от Курвежа.
Приятели Мишеля полностью одобрили его план.
- Только постарайтесь, чтобы у вас не увели последний слиток, - посоветовал Артур.
- Как, ты разве не поедешь с нами?
- Вообще-то, если вы ничего не имеете против, я предпочел бы остаться здесь и еще раз попытаться выудить из воды мой мопед.
- В этом есть смысл, - признал Даниэль. - Вполне может случиться так, что мы не увидим больше наших слитков и не получим за них ни гроша.
- Все может быть, - кивнул Мишель.
Помыв посуду и одевшись, Даниэль и Артур отправились на озеро. Даниэль должен был помочь приятелю столкнуть в воду тяжелую лодку, которую папаша Рикло зачем-то вытащил на берег. Было решено, что Мишель сам запрет дверь и будет дожидаться двоюродного брата на деревенской площади.
* * *
Мсье Боразиль встретил мальчиков с нескрываемым любопытством. Это был невысокий толстенький человечек с розовой лысиной, окруженной венчиком редких рыжеватых волос. Пока Мишель объяснял причину своего визита, он постоянно трогал свои очки, то поднимая их на лоб, то снова отпуская на нос.
- Значит, вы приехали из Монтраваля? - переспросил он, подбрасывая на ладони серебряный слиток.
- Да, мсье, - подтвердил Мишель.
- Тем не менее вы почему-то не обратились к моему коллеге мсье Фертелю, хотя он живет совсем недалеко от вас.
- Дело в том, мсье… Видите ли, это пришлось бы слишком долго объяснять, и…
- Ваш поступок, молодые люди, кажется мне очень странным! Вы утверждаете, что получили этот слиток в качестве платы за работу… Мне очень хотелось бы вам верить, но вынужден предупредить: людям моей профессии приходится быть недоверчивыми.
- Мы просим вас только об одном, мсье: скажите, из какого металла этот слиток. Может, что-то в нем покажется вам необычным. Мы вовсе не предлагаем вам купить его у нас.
Слова Мишеля заставили ювелира задуматься. Он забыл о своих очках и, сильно наморщив лоб, принялся теребить мочку левого уха.
- Даже не знаю, - проговорил он наконец, внимательно наблюдая за реакцией ребят. - Может, сначала нужно посоветоваться с мэром Монтраваля…
- В самом деле, позвоните ему! - подхватил эту мысль Мишель. - Мэр присутствовал при обнаружении клада и видел, как мсье Лакуа заплатил нам за работу этим слитком.
Видимо, уверенность мальчика убедила мсье Боразиля. Лицо его прояснилось, и он с облегчением воскликнул:
- Что же вы мне этого сразу не сказали?!
Ювелир открыл стоящий позади прилавка шкаф и достал из него небольшую коробочку. В ней находились три пузырька и черная, толщиной около сантиметра пластинка, похожая на часть грифельной доски.
- Сейчас вы все узнаете, господа, - пояснил он. - Это пластинка из черной яшмы. Так называемый пробный камень. Я провожу слитком по камню, вот так. Видите след? Теперь при помощи стеклянной палочки переношу на камень каплю кислоты и размазываю ее по следу, оставленному слитком. Итак, могу сказать точно: он не серебряный. Честно говоря, я сразу так и подумал, принимая во внимание соотношение между его весом и размером. Остается попробовать другую кислоту. Вот так. Похоже, мы имеем дело с платиной. Да, никаких сомнений. Может быть, вам хотелось бы узнать примерную стоимость слитка?
- Пожалуй… Хотя бы приблизительно, если вас это не затруднит, мсье.
- Нет ничего проще, - отвечал ювелир.
Он положил слиток на одну чашечку весов, уравновесил их гирьками, что-то быстро подсчитал и назвал сумму.
- Недурно, правда?! За такую плату вам, должно быть, пришлось немало потрудиться!
- Вы правы, мсье. Мы очень старались, - признал Мишель.
- Может, вы хотите узнать еще что-нибудь.
- Да, мсье. У вас не сложилось впечатления, что в этом кусочке платины есть что-то необычное или даже исключительное? Не показалась ли странной его форма или что-нибудь еще?
- Гм… Признаюсь, нет. Впрочем, мне приходится иметь дело с платиной не каждый день. Что-то я мог и пропустить. Вы позволите, я загляну в справочник?