Всего за 309.9 руб. Купить полную версию
- Там бабушка! - в один голос сказали сестры. Теперь они обнялись и плакали уже вместе, плакали тихо, а это значит - плакали по-настоящему горько. Остальные сидели молча, не зная, чем их утешить.
Молчали и Ангелы, с жалостью и тревогой глядя на своих подопечных.
А бесы молчали, потому что издали, с берега, им было никак не разобрать, о чем там идет разговор на Пятачке, хотя они и догадывались, что происходит там что-то необычное.
Но дальше случилось нечто уже совсем неожиданное. Аннушка достала из кармашка носовой платок, утерла сначала свое лицо, а потом принялась вытирать лицо Юльке, приговаривая:
- Не плачь, сестренка, не надо. Мы что-нибудь придумаем…
- Ни мамы у меня не было, ни бабушки не будет! - пожаловалась Юлька сестре.
- Будет, будет тебе бабушка, только не плачь. Ладно уж, поеду я вместо тебя в эту самую Ирландию. Ты только не расстраивайся так, а то у меня прямо сердце разрывается. У тебя же сегодня день Ангела!
Юлька еще крепче обняла сестру и еще сильнее заплакала - теперь уже от радости, а следом за ней снова прослезилась и Аннушка. А Гуля, естественно, поддержала их своим задушевным басом. Юрик пошарил в карманах, но платка не нашел.
- Я сколько раз говорил, что надо держать на нашем острове запас бумажных салфеток, - сказал он Кире. - У тебя есть платок?
Но Кира не ответила, продолжая сердито швырять в воду мелкие камешки.
Ангелы тоже молчали. Они, честно говоря, растерялись.
Когда вечером сестры улеглись, Юлька сказала:
- День Ангела мне понравился даже больше, чем день рождения.
- Вот и правильно. Рождаются ведь и котята, а крестятся только люди.
- Крещение этим отличает нас от животных?
- И от язычников, и от тех, кто не верит в Христа Спасителя.
- Ясно. Значит день Ангела - это мой личный христианский праздник. Буду гордиться!
- Лучше спи!
- Сейчас усну, сейчас… А знаешь, Аннушка, кто мне сегодня сделал самый лучший подарок?
- Кто?
- Ты! Подумать только, я скоро увижу нашу бабушку. Какое счастье!
Аннушка в ответ только вздохнула.
- А еще я увижу дом, в котором жила наша мама, увижу все ее фотографии, ее вещи, может быть, с ее учениками познакомлюсь… Но первым делом я схожу к ней на могилку и отнесу ей цветы.
Аннушка обняла сестру.
- Так все и будет, Юленька.
Поцеловав и перекрестив на ночь сестер, Ангелы Хранители Иоанн и Юлиус оставили их под присмотром Димитриуса, Акопуса и Павлоса, а сами полетели на очень важную встречу в центр города.
Петрус, могучий и прекрасный Ангел Хранитель Санкт-Петербурга, уже поджидал их на балюстраде Исаакиевского собора в окружении бронзовых Ангелов Хранителей.
- Приветствую вас, братия!
- Благослови, Градохранитель!
- С чем пожаловали, Хранители?
- Беда у нас!
И они поведали Петрусу о своей беде.
- Аа, задали вам задачку сестрички! И чего же вы ждете от меня, какой помощи?
- Мы совета просим, - сказал Юлиус. - Как бы нам заставить их отказаться от этой опасной затеи?
- Заставить? Я не ослышался? Вы хотите людей, созданных Господом свободными, пусть даже отроковиц неразумных, заставить поступить против их воли? - Голос Петруса стал строг и даже грозен. - Такой власти нет у вас от Бога, братья-Хранители! Ваше дело сестричек охранять, подсказывать, увещевать, спасать - но никогда не действовать против их воли! Да вы и сами это знаете. Сумеете подсказать, уговорить - их счастье и ваша заслуга. Но свободы принимать решения вы у них отнять не можете. Это только бесы стремятся подчинить себе человека против его воли.
- Да мы же по-отцовски за них тревожимся…
- У отцов есть власть ограничивать волю своих детей, а у вас такой власти нет! Вразумлять и направлять любовью, тихим шепотом в сердце - вот ваше право! Им и пользуйтесь.
Ангелы опустили головы.
- Сколько времени у вас осталось?
- Двадцатого августа отец собирается везти Аннушку обратно к бабушке, - сказал Иоанн, - но если вместо нее поедет Юлия, то моей бедняжке уже тридцатого придется лететь в Келпи.
- В Келпи…Слыхал я про это старинное колдовское гнездо, про эту школу для маленьких ведьм. Да, это и в самом деле большая беда, - Петрус глубоко задумался.
Ангелы молчали, глядя на него с ожиданием и надеждой. Потом Градохранитель сказал:
- Вот что, братия, возвестите от меня Ангелу Димитриусу: пусть попытается внушить своему Мите благую мысль отменить поездку отроковицы Юлии в эту самую школу. Может, он сумеет… А сами твердите сестричкам день и ночь, что нехорошо обманывать отца и бабушку. Но если вам, братия, не удастся ничего сделать, тогда уж, прости, Хранитель Иоанн, лучше пусть в Келпи летит твоя подопечная. Она в вере крепка, она духом сильна, и я думаю, что ее ведьмы тамошние не одолеют. А вернувшись из Келпи на зимние каникулы, она расскажет отцу, что это за школа такая, и он ее больше туда не пошлет. А вот за отроковицу Юлию я бы не поручился.
- Моя Юленька не глупее сестры, и смелости ей не занимать… - начал было Ангел Юлиус, но Градохранитель остановил его легким взмахом руки.
- Нам доподлинно вестимо, Юлиус, как ты свою отроковицу любишь. Но и тебе, и нам неведомо, что с нею будет, если она попадет в колдовскую школу. Современные дети так падки на магические приманки! А еще поразмысли, разве ей не полезно провести какое-то время с бабушкой Настей?
- Это верно, - согласился Ангел Юлиус.
- Когда у бабушки Переход?
- Ее Хранитель Анастасий говорил, что Переход намечен на весну.
- Получается, что Юлия напоследок перед тем поухаживает за умирающей бабушкой, получит от нее последние духовные наставления, - задумчиво проговорил Юлиус.
- Да ведь моя-то Аннушка как горевать будет, если не простится с бабушкой! - воскликнул Иоанн.
- Почему не простится? На зимние каникулы твоя Аннушка приедет к отцу и все ему про Келпи расскажет, и он, надо думать, больше никого из сестер туда не отпустит. Вот твоя Аннушка и вернется в Псков.
- Может, он тогда и Жанну прогонит? - с робкой надеждой спросил Юлиус.
- Ну, это сомнительно, - сказал Петрус. - Вашу Жанну каленой молитвой из лома выжигать надо, а вот ее-то у Дмитрия Мишина пока и нет. В будущем разве что появится, ну да не будем вперед забегать… Еще вот что я тебе, Иоанн, советую: ты в оставшееся время займись-ка с отроковицей Анной английским языком, а то с ее познаниями ей в Келпи трудно будет, запутают ее.
- Хорошо, я займусь, Петрус, коли уж никак нам с ней от этой поездки не избавиться.
- Да ты не опасайся, я с тобой всегда на связи буду и помогу если что.
- Ну, если так, то благослови…
- Господь да благословит тебя, Ангел Иоанн, пройти с отроковицей Анной грядущие испытания и невредимо и благополучно возвратиться домой.
- Аминь, - сказали Хранители.
- Ну, и тебе, Юлиус, счастливого путешествия в Псков с отроковицей Юлией. Присматривай там, чтобы она не капризничала и бабушку не огорчала.
- Буду стараться изо всех сил. Да у нее сердечко-то умное…
- Сердце умное, да язычок дурачок! Ангел Юлиус виновато склонил голову.
- Ладно, не скорби. Ей как раз полезно походить за больной бабушкой: нет лучшей духовной школы для юной души, чем дела милосердия.
- Вестимо, - согласился Ангел.
Иоанн и Юлиус простились с Градохранителем, взлетели с купола и полетели на северо-запад.
- А все-таки славные у них девочки, - сказал Градохранитель Петрус, задумчиво глядя им вслед.
Глава 3
Жанна собиралась повезти Аннушку на такси осматривать Лондон, съездить на Бейкер-стрит, где согласно туристической рекламе журнала "Домовой" находилась музей-квартира Шерлока Холмса, а самой ей хотелось взглянуть на королевский дворец. Но в самолете у Жанны настолько испортилось настроение, что когда они приземлились в аэропорту Хитроу, она забыла про все достопримечательности и заявила, что они первым же самолетом летят в Дублин. Аннушка не спорила. Она вообще ничего не говорила, а только плакала, приводя этим Жанну в негодование, доходящее до ярости.
- Юлия! Ты можешь вести себя прилично на публике? - шипела она.
Но Аннушка ничего не отвечала и только всхлипывала. А дело было в том, что во время полета она узнала ужасную новость.
Как только самолет поднялся в воздух, Жанна принялась вслух мечтать о том, что их ожидает в Лондоне. Аннушка сидела у окна и любовалась облаками под крылом самолета. Жанна, не переставая болтать, листала иллюстрированный журнал, который ей принесла стюардесса, и Аннушка ее почти не слушала. И вдруг Жанна спросила:
- Ну что, ты уже больше не скучаешь по своей сестре?
- Скучаю. Жаль, что мы не можем вместе жить и учиться.
- К сожалению, скоро придется, - вздохнула Жанна.
- Что придется? - не поняла Аннушка.
- Придется Мишину забирать Анну в Петербург насовсем. Скоро псковская бабулька помрет, так что надо будет решать судьбу твоей сестры.