Багров Кирилл - Страху вопреки стр 12.

- Да, хорошо, - рассеянно ответила девушка.

Катя собрала всю свою волю в кулак и направилась к месту старта. Но ее самообладания хватило только на этот поступок. Встав на самой вершине склона, девочка замерла, как вкопанная, не решаясь сделать хоть какое-то движение.

- Ну что же ты? - удивилась Маша.

- Мне кажется, я не смогу, - Катя почувствовала дрожь в своем голосе.

- Да это не сложно, - уверенно произнес Илья. Он так был рад собственному успеху, что хотел того же и для других. - А если и упадешь, то в снег - не больно.

Все наперебой начали уговаривать подругу, отчего она еще сильнее почувствовала страх. Катя отодвинулась подальше от спуска, чтобы ненароком не соскользнуть с него, и безнадежно смотрела вниз. Если бы не это дерево и яблоко, она бы сейчас может быть и решилась бы, а так…

- Знаешь, быть тебе пыжником, а не сноубордистом, - потеряла терпение Маша.

Кто такие пыжники, Рита не знала, но за подругу ей стало вдруг обидно. Со вчерашнего дня ее челка поменяла свое направление и теперь свешивалась с левого края, багровая как закат. Сине-зеленые тона успели девочке порядком поднадоесть и, как только Рита это поняла, она в тот же вечер исправила сложившуюся ситуацию. А что медлить?

Теперь красная челка все время лезла на глаза, пытаясь занять свое привычное положение, и по этому поводу Рите постоянно приходилось ее откидывать рукой. Вот и сейчас она сделала это движение и с вызовом посмотрела на Машу.

После совместного написания сочинения отношения между Ритой и Катей стали еще более крепкими. Рита делилась своими впечатлениями и своим мировоззрением, когда работала над сочинением, Катя рассказала о своих переживаниях. И вдруг Рита поняла, что у нее есть единомышленник. А Рита думала - она одна такая ненормальная. Как же можно было допустить обидные слова в адрес подруги?

- По какому праву ты решила оскорблять кого-то в нашей компании? Сама здесь без году неделя, а командует, словно папаша у себя в кабинете, - по правде сказать, не только обида за Катю повлияла на эти гневные слова Риты. Ссора назревала уже давно.

- Если ты считаешь, что командовать и тренировать - это одно и то же, то я тебе могу сказать по какому праву я это делаю, - отпарировала Маша. Она давно уже чувствовала косые взгляды, бросаемые на нее Ритой: - По праву более опытного сноубордиста.

- И оскорбляешь все по тому же?

- Девочки, не надо ссориться, - сказала Катя. Она переживала из-за того, что размолвка между Машей и Ритой произошла по ее вине. Пожалуй, Катя сейчас смогла бы съехать вниз и прыгнуть, лишь бы никто не ругался.

- Катя права, это нам ни к чему, - подтвердил Игорь.

- Как это ни к чему? - возмутилась Рита. - Она будет нас называть как ей вздумается, а мы будем все это глотать? Может, еще спасибо скажем?

- Марго, только не надо сцен, здесь тебе не Гранд Опера, здесь только лишь невысокий склон и полное отсутствие зрителей, - попытался перевести все в шутку Костя, но сделал еще хуже. Девочка восприняла это как очередное оскорбление.

Рита зло сверкнула глазами на своего друга, гордо откинула резким движением челку назад и взяла доску под мышку.

- Вы все здесь пляшете под ее дудку, - со злостью сказала она. - Но меня не купишь папочкиными деньгами, так и знай, - бросила она в лицо Маше. - И если ты немного лучше нас катаешься, то это еще не значит, что во всем другом мы тебе уступаем. Я с тобой больше тренироваться не буду, так и знай.

Последние слова Рита прокричала, повернувшись к ребятам спиной и удаляясь от них. Гордая походка говорила - девочка ни за что не согласится на примирение.

- Куда ты идешь? - спросил вдогонку Игорь.

- Тренироваться. Я буду заниматься там, где нет ее.

* * *

Девочка продвигалась по пустынному склону холма, нервно пиная встречающиеся на пути ветки. Даже неровная местность не могла притормозить ее быстрого шага. Челка на непокрытой голове (Рита и при наступлении холодов осталась верной своей индивидуальности и не носила шапки) не слушалась и лезла прямо в глаза. Рита же ее не отстраняла: пусть будет такой же непокорной.

Счастливая семья - родители и малыш лет шести - каталась на лыжах в стороне от Ритиного пути. Девочка видела довольные лица всей троицы. Отец, осторожно поддерживая сына, учил его скатываться с небольшого спуска, а мать, видно соскучившись, набрала в ладони побольше снега и бросила в них снежком. Все засмеялись и свалились в снег в шуточной борьбе. А с Ритой родители никогда так не играли.

Обида еще сильнее нахлынула вслед за воспоминаниями. Рита всегда мечтала, чтобы они, с мамой и папой, собирались хоть иногда вместе, шутили и вот так дурачились. Но всегда, когда родители оказывались вместе, между ними вспыхивали ссоры. И Рита, глядя на свою семью, сама стала ершиться. На глаза навернулись слезы обиды, которые она с трудом сглотнула и поругала себя за такую слабость.

В сердцах пнув сильнее обычного лежащий на дороге камень, девчонка отвернулась от лыжников и быстрее пошла мимо, чтобы больше не видеть эту чужую идиллию. Камень, подпрыгнув, взвился в воздухе и, описав дугу, врезался с разбегу в сугроб. В снегу осталась ровная круглая дырка, но Рита этого уже не видела, она уже шла далеко впереди.

Когда боль обиды немного утихла, девочка огляделась. Просто так ходить она не собирается - это слабость. Нужно им всем доказать, что она, Рита, ничуть не хуже этой выскочки. Только бы найти подходящий склон и она покажет, кто из них лучше.

Как назло, все время то там, то здесь попадались какие-то кочки, пеньки и ухабы.

- Эта гора когда-нибудь станет ровной? - в сердцах бросила девочка.

Когда Рите стало казаться, что она уже обошла гору кругом и вот-вот выйдет на площадку с самодельным трамплином, природа над ней сжалилась, явив ровный пологий спуск. Он словно специально был создан для сноубордиста: достаточно ровный и с небольшим козырьком.

"Это и будет моим трамплином", - обрадовалась девчонка.

И начинающий сноубордист, после недолгого размышления, понял бы, что данная местность была далеко не идеальной для спуска: козырек был не достаточно ровен, площадка, на которую следовало приземляться, явно уступала в размерах той, что расчистили вчера ребята, а прямо напротив выбранного Ритой трамплина росла березка.

И от Ритиного внимания не ускользнула некоторая неподготовленность площадки, но повторять монотонную работу вчерашнего дня по подготовке спуска - это выше ее сил. Она уверенно встала над козырьком и закрепила ботинки на доске.

"Он не такой уж и большой, чтобы чего-то бояться", - подумала Рита и оттолкнулась. Ветер трепал волосы, сначала осторожно, затем все с большей силой. Колени немного согнулись, удерживая равновесие, козырек кончился и Рита полетела. Время словно замерло. Были только ветер и ощущение полета. Удар от соприкосновения с землей пустил опять стрелки часов и время пошло. Риту покачнуло, она неуклюже взмахнула руками, но равновесие удержала и притормозила у самой березы.

- И без помощи доморощенных тренеров обошлась, - с вызовом сказала она горизонту, словно тот с ней спорил.

Ей отозвалась испуганная ворона, мирно дремавшая на ветке старого клена, расположившегося в стороне от Ритиного трамплина. Она явно не ожидала такого беспардонного нарушения тишины, потому сильно возмутилась заявлению девочки, и тяжело взлетела, обрушив снег с ветки на молодую поросль клена.

Рита ликовала. Она взобралась еще раз по склону и на большой скорости ринулась вниз. Страха как не бывало. Толчок. Полет. Гораздо выше, чем первый раз, гораздо более уверенней. Рита делала все правильно: точно как говорила Маша сгруппировалась, правильно оттолкнулась, уверенно пошла на посадку и вскрикнула. Прямо на нее надвигалась березка. Рита все рассчитала верно, забыв об одном: выше прыгнешь - дальше улетишь.

Березка сломалась под тяжестью тела незадачливой сноубордистки и, отомстив, поцарапала ей лицо. Раздался еще один хруст, и по спине девочки пробежали мурашки. Проехав щекой по холодному снегу, Рита, наконец, остановилась и прислушалась к своим ощущениям. Горела содранная кожа на щеке и только. Значит, никаких серьезных повреждений. Она подумала о том хрустящем звуке, и закрыла глаза. Хотелось никогда не подниматься, чтобы не знать, что это на самом деле случилось.

Все-таки Рита подняла голову. Так и есть, вдоль доски проходила широкая трещина. Девочка повернулась и села прямо на снег, уткнула голову в колени, и ее плечи задрожали.