Лара никогда не думала, что дело зайдёт так далеко и Валю исключат из пионеров. Она раскраснелась и смотрела то на Валю, который сидел бледный, с трясущимися губами, то на Нину: она стучала кулаком в стол и кричала: "Исключить!"
- Нина, ты не кричи! - наклонилась к ней Лара. - Сходи, пожалуйста, к Антонине Тихоновне и скажи ей, чтобы пришла. Только поскорее.
Нина пожала плечиками и вышла.
- Зачем же исключать? - выскочил на трибуну Миша. - Вы что, с ума посходили, что ли? Да кто у нас учится лучше Вали? Кто? Молчите? Да никто!
- Ну это положим, - выкрикнул Артёмка. - Нина Звездина даст ему три очка вперед.
- А из мальчиков кто? Молчите? Так как же его можно исключать?
- Чья бы корова мычала, а твоя, Миша, молчала, - засмеялся Артёмка. - Ты сам вместе с Бочкарёвым яйца собираешь. Ведь собираешь?
- Собираю, ну так что? Я пока ни одного гнезда не разорил. А вот ты, наверно, столько гнёзд поразорял, что и сосчитать невозможно!
- А ты посчитай, посчитай, а потом говори!
- И посчитаю! А исключать только за то, что кто-то собирает яйца, нельзя!
- Было предложение исключить Бочкарёва из пионеров, так давайте голосовать! Голосование покажет! - кричал, сверкая глазами, Артёмка.
Лара стучала линейкой о стол, просила, чтобы высказался ещё кто-нибудь, а сама всё время посматривала на дверь, ожидая, что придёт Антонина Тихоновна, а её всё не было.
- Голосуй! Голосуй! - слышалось со всех сторон.
Лара вынуждена была проголосовать. За исключение были все, кроме Миши и Лары.
После этого решили организовать охрану птичьего городка и выбрали начальником охраны Петю Улыбина.
Валя сидел бледный и безучастный ко всему, когда Артёмка вдруг прошептал ему на ухо:
- Всё, Моргунок! Давай снимай пионерский галстук!
- Ещё что? - не глядя на него, сказал Валя.
- Снимай, говорю!
- Не сниму!
- Ах, ты не снимешь? - Артёмка вцепился в его галстук.
- Уйди! - прошептал Валя и попытался разжать цепкие пальцы Артёмки.
Артёмка бросился на Валю. Они покатились под парту, и оттуда слышалось их пыхтение. Ребята повскакали с мест, но в это время в дверях показалась Антонина Тихоновна.
- Это что такое? - спросила она.
Валя и Артёмка вылезли из-под парты. Нина пыталась отряхнуть пыль со спины у Вали, но он только повёл плечами:
- Уйди ты!
Он взял свои книги и пошёл из класса. Лара со слезами на глазах рассказывала учительнице о том, как прошёл сбор.
Петя, Нина и другие ребята окружили Артёмку и спрашивали, из-за чего началась драка. Вдруг Миша, глянув в окно, крикнул:
- Машина! Это кто же на "Волге" к нам приехал?
Все бросились к окнам. Петя узнал Николая Николаевича и молча выскочил на улицу. За ним хлынули остальные.
Из машины выходили Николай Николаевич, Дмитрий Феофанович и маленькая девочка лет семи-восьми с огромным голубым бантом в чёрных волосах. Николай Николаевич на этот раз был в простом белом костюме и панаме. Девочка, напуганная массой ребят, крепко схватила профессора за руку.
- Ну вот, Иринка, - сказал профессор, - знакомься! Это всё твои друзья. Да, да, друзья. Как, ребята, будете дружить с Иринкой?
- Конечно, будем, - живо подхватил Петя. Он нагнулся к ней и спросил: - Иринкой тебя зовут?
Она подняла на него большие карие глаза, и, словно убедившись, что с ним стоит разговаривать, сказала ему на ухо:
- Меня зовут Ира. Иринкой меня только дедушка зовёт.
- А меня зовут Петя. А вот этот черноголовый, да? Это Артёмка. А рядом с ним стоит Лара, - так же на ухо шепнул ей Петя.
И маленькая Ира отцепилась от руки дедушки и ходила теперь, держась за руки, только с Петей и Ларой.
На крыльцо вышла Антонина Тихоновна с Дмитрием Феофановичем.
- Ребята, вот Дмитрий Феофанович хочёт поговорить с вами. А может, и Николай Николаевич что-нибудь скажет. Где будем разговаривать, здесь или пойдём в класс?
Но на улице было до того хорошо, так ласково пригревало солнышко, до того приятный ветерок тянул с моря, что ребята закричали:
- Давайте здесь!
- Вот, ребята, какое дело, - заговорил, приглаживая свои непокорные волосы, председатель колхоза. - Вы знаете, нас совсем одолели вредители. Завелись разные златогузки, боярышницы. А вот Николай Николаевич говорит, что лучше всего в этом деле помогут птицы. К нам скоро привезут больше сотни синиц. Ну выпустим мы их, а они возьмут и улетят. Такое дело. Чтобы задержать их, нужно приготовить для них гнёзда. Вот наши колхозники и решили обратиться к вам: не поможете ли вы в этом деле? Завтра, говорят, День птиц, вот и хорошо, чтобы вы в этот день пришли к нам в сад. А что делать и как, об этом вам расскажет профессор Букавин Николай Николаевич.
Ребята повернулись к профессору. Он стоял, опираясь на тросточку.
- Прежде всего, я хочу спросить у вас: кто имеет рогатки?
Ребята переглядывались. Миша Григорьев крикнул:
- У Артёмки есть.
- Что ты говоришь? - зашумел Артёмка. - У нас есть рогатка, но это не моя, а брата. Пашина рогатка.
Профессор улыбнулся и посоветовал сегодня же рогатку сдать Антонине Тихоновне.
- Принесёшь? - спросил он, наклоняясь к Артёмке.
- Конечно, принесу.
- Вот и хорошо. Чтобы никаких рогаток! А теперь поговорим о том, как надо строить домики для птиц.
И Николай Николаевич рассказал, что птицы ищут удобные места для гнёзд. Дятел предпочитает дупло, но такое, чтобы только он мог пролезть в него, причём на высоте не менее четырех метров. Синица тоже любит дупла, но только не на большой высоте, до одного метра. Вот и надо строить и привязывать гнёзда к деревьям на такой высоте. Сбивать птичий домик лучше из пяти дощечек. Отверстие для летка делать не более трёх-трёх с половиной сантиметров.
- А у нас в птичьем городке, - сказал Петя, - уже есть коноплянка и пеночка. Жёлтенькая такая. Так она поселилась, знаете, где? Под кустиком туи, совсем на земле. Хотите, покажу?
Профессор распрощался с ребятами, и вместе с Петей и Иринкой поехал на мыс Доброй Надежды.
Машина быстро доставила их к мысу. Они пошли по траве, в которой мелькали маленькие солнышки ромашек да голубели незабудки.
- А хорошо здесь, - шумно вдохнул в себя морской воздух Николай Николаевич.
А Иринка, схватившись за руку Пети, тянула его всё вперёд и вперёд.
- Это что за дерево? - спрашивала она.
- Это граб.
- А это?
- Это бук.
- Какие-то всё чудные названия: граб, дуб, бук. А вот у нас есть бе-рё-за, че-рё-му-ха, - смешно растягивая слова, говорила она.
- А у нас тоже есть чи-на-ра, бе-ло-лист-вен-ни-ца и даже ро-до-ден-дрон.
- Ой, ой, ой, - засмеялась Иринка. - Дедушка, ты слышишь? Как ты сказал? Ро-ден-дрон?
- Ро-до-ден-дрон. Это кустарник такой, горный. Цветёт большими фиолетовыми цветами.
Петя показал профессору домики пеночки и коноплянки.
- Это очень хорошо, - сказал профессор. - Но только из-за этих двух птичек не стоило городить такой огород.
Он посоветовал Пете, как можно скорее приготовить гнёзда для серой мухоловки.
- Займитесь разведением серых мухоловок. Это очень увлекательное занятие. И мыс с его большими деревьями очень хорош для мухоловок.
А ещё профессор посоветовал засадить пустые места на мысу каким-нибудь кормом для птиц.
- Ведь зимой-то многие останутся у вас. А чем их кормить будете?
Петя вспомнил, что однажды зимой видел около хлебного магазина зябликов, которые подбирали крошки под ногами у людей.
- А что надо сажать?
- Можно подсолнух, кукурузу, мак… Если растолочь кукурузу, то её все птицы будут охотно есть.
- Так это мы посадим, - вскричал Петя. - Пара пустяков!
- Посадите? - переспросил профессор. - Тогда вот что. Надо посадить ещё десятка три обыкновенных лопухов. В их цветочных корзинках очень любят копаться щеглы.
Глава девятая
День птиц. Разрыв между друзьями. Последние работы в птичьем городке
На долю Лары выпала тяжёлая обязанность отнести коллекцию яиц Вале. Он, бедняга, так и ушёл домой, не взяв со стола своё сокровище, которое собирал несколько лет. Лара не знала, как она встретится со своим бывшим пионером.
- Не представляю, как бы я сама чувствовала себя на месте Вали, - говорила она сопровождавшей её Нине.
- Заслужил, так получай! - невозмутимо отвечала та.
- Так что же, он, по-твоему, так и должен теперь жить один, как дикарь? Мы же должны воспитывать!
- А мы его и воспитываем, - возразила Нина. - Пусть помучается, а потом… Потом мы его снова можем принять в пионеры. Да, ты знаешь, Лара, наш Николай устраивается на работу, - радостно сообщила Нина. - Завтра идёт в рыбацкую артель… Мы с мамой так рады, так рады!
- Значит, помогли наши плакаты, - улыбнулась Лара.
- Ага…
Лара остановилась в нерешительности перед калиткой Бочкарёвых.
- Не знаю, не знаю, Нина, как к нему зайду.
- Иди, Лара. Ничего. Я тебя подожду.
У Бочкарёвых никого дома не было. В окно вливался широкий поток света и нестерпимо жарко отражался от большого трюмо. На его столике лежали ракушки, какой-то очень красивый камешек, обкатанный до блеска, и фигурка морского конька. Всё это было добыто Валей в море. А над ковром бросалось в глаза красивое чучело фазана и яркой солнечной иволги.