Питцорно Бьянка - Послушай мое сердце стр 12.

Папа и дедушка принялись наводить порядок на могиле. Они вырывали сорняки, выскребали сухой мох, меняли воду в вазах… Мама им не помогала - боялась испачкать пальто - и болтала с синьорой Франки с соседней могилы. Приска увидела, что по аллее шествует синьора Сфорца под руку с каким-то господином, наверно, ее мужем. Вот она рассыпалась в любезностях, здороваясь с семьей Лопез дель Рио в полном составе. Вот остановилась поболтать с папой Вивианы Арто, препротивным синьором, который страшно задирал нос, потому что был профессором в университете. А вот синьора Сфорца наткнулась на группку одетых в черное женщин, с ними шла Аделаиде. Аделаиде потянула за подол платья самую старую из них, и они все вместе поздоровались с учительницей, поклонившись чуть ли не до земли. Но синьора Сфорца прошла мимо с высоко поднятой головой, как будто их там вовсе не было. Даже с такого расстояния Приска увидела что Аделаиде очень расстроилась. Тогда-то ей в голову и пришла блестящая мысль: "А что, если учительница сама подлиза?"

Глава третья,
в которой Приска узнает кое-что удивительное

У выхода Приска заметила в толпе Реповик Иоланду.

- Привет! Я пришла навестить бабушку Приску. А ты?

Иоланда начала перечислять, загибая пальцы:

- Моего брата Адриано, сестер Луизу и Винченцину…

- У тебя умер брат и две сестры? - в ужасе спросила Приска. - Сколько им было лет?

- Ну, не знаю… - ответила Иоланда, - три или четыре месяца… Или нет; Луиза уже умела ходить… Может быть, три года…

- И отчего они умерли?

- Не знаю! Мама говорит, что Бог ей помог… - и она стала равнодушно перечислять дальше: - Еще тетя Кармела, дядя Торе… А вот дедушку мы больше не нашли.

- Как это больше не нашли?

- Его вырыли из могилы и положили туда кого-то другого. Мама говорит, что он теперь в братской могиле.

Приска ничего не понимала.

- В братской могиле?

- Хочешь посмотреть? - спросила Иоланда заговорщицким шепотом. - Это совсем близко. Побежали!

И не дожидаясь ответа, она схватила Приску за руку, втащила ее обратно на кладбище и повела в дальний конец главной аллеи, где Приска никогда не была.

Здесь не было ни тенистых аллей, ни статуй. Могилы были просто земляными холмиками с деревянными крестами, как в вестернах. А в центре стояло невысокое беленое строение, смахивающее на большую цистерну, с крестом наверху.

- Иди сюда! - сказала Иоланда. Потом остановилась и пристально посмотрела ей в глаза. - Клянись, что никому не расскажешь!

- Клянусь, - сказала Приска.

- Пусть у меня рука отсохнет.

- Пусть у меня рука отсохнет.

Они огляделись, нет ли кого вокруг, и подошли к строению. На деревянной двери была надпись:

БРАТСКАЯ МОГИЛА

БУДЬТЕ ПОЧТИТЕЛЬНЫ!

МЫ БЫЛИ ТАМ ЖЕ, ГДЕ ВЫ.

ВЫ БУДЕТЕ ТАМ ЖЕ, ГДЕ МЫ.

Высоко в двери было окошечко с железной решеткой. Девочки по очереди приподняли друг друга и заглянули внутрь.

"Мне все равно никто не поверит, если я расскажу, что видела такую кучу человеческих костей, сваленных как попало, - подумала Приска, - решат, что я это выдумала".

- Мой дедушка там, внутри, - с важным видом заявила Иоланда.

- Который из них? - спросила Приска.

- Черт его знает! Не видишь что ли, какой тут бардак? На площади перед кладбищем Приску отчитала мама.

- Где тебя носило? Посмотри! Ты испачкала пальто в чем-то белом!

- Давайте скорее в машину! - позвал дедушка.

Перед самым домом Приска, которая всю дорогу задумчиво молчала, спросила:

- А когда кости бабушки Приски перенесут в братскую могилу?

Дедушка резко затормозил.

- Что за вздор ты несешь? Почему вдруг их куда-то перенесут?

- Дедушку одной моей подруги уже перенесли.

- Твоей подруги? - удивилась мама. - Какой еще подруги?

- Реповик Иоланды.

- А! Ну, она не твоя подруга. Она твоя одноклассница, а дружить с ней не надо.

- Почему?

- Потому что. Не хватало еще, чтоб она заразила тебя вшами или научила ругаться.

- Не бойся, бабушку Приску из могилы не унесут, - примирительно сказал папа, - это наша могила, уже много поколений. Мы заплатили за эту землю и можем в ней оставаться до скончания веков. Дедушка твоей одноклассницы, видимо, был гостем в могиле на участке для бедных. Гостеприимство по закону длится только девять лет, после чего нужно освободить место для другого покойника и перебраться в братскую могилу.

- Все равно, если ты мертв, ты ничего даже не заметишь, - утешал сестру Габриеле.

- Но не так же! Все вперемешку! А если кто-то в день Страшного суда возьмет по ошибке чужую ногу? - возразила Приска, вспомнив беспорядок в этих бедных костях.

- Фу, какая гадость! Прекратите немедленно! - велела мама. - Я больше не хочу слышать ни слова об этих костях. Вы мне весь аппетит испортите.

Действительно, уже подошло время обеда, и Антония по случаю Дня поминовения наверняка приготовила традиционные сласти.

Глава четвертая,
в которой Антония оказывается прекрасной рассказчицей

Антония была большим знатоком не только сладостей но и страшных историй о покойниках, призраках и дьявольских кознях.

Когда Габриеле и Приска были маленькими, они обожали эти ее истории. Дни напролет они торчали на кухне и слушали Антонию, которая гладила и рассказывала, лущила горох и рассказывала, мыла посуду и рассказывала, а детям все было мало.

- Еще одну, ну пожалуйста!

Была история о черном коне смерти. Глубокой ночью конь смерти три раза проносится галопом мимо дома того, кому суждено умереть наутро. Так что если в тишине услышишь цокот его копыт и печальное ржание, готовься - тебя или кого-то из домочадцев, никто не знает, кого именно, скоро заберет смерть.

Еще была святая Урсула, стучащая в дверь. Один удар означает, что тебя подстерегает страшная болезнь или несчастный случай. Два удара - что пора исповедаться в грехах, составить завещание и привести все свои дела в порядок. Но если раздастся три удара, спасения нет. Смерть придет еще до рассвета, и остается только доверить свою душу Господу.

А одна старуха каждую ночь приходила на кладбище, обкрадывала только что похороненных мертвецов и продавала потом их вещи. И вот однажды она хотела снять с трупа носок и оторвала всю ногу. Старуха испугалась, что ее застукают, и побежала домой прямо вместе с ногой. На следующую ночь мертвец пришел за тем, что принадлежало ему. В комнату, где спала старуха, вела лестница. В темноте она услышала звон колокольчика, который мертвец носил на шее, и замогильный голос:

Динь-дон, прыг-скок,
Дай мне ногу и носок!
Динь-дон, погоди,
Одна ступенька позади!

Потом было две ступеньки позади, три ступеньки позади, четыре, пять, потом он входил в комнату, а воришка все не могла пошевелиться от ужаса, и труп утащил ее в ад прямо в заштопанной ночной рубашке и с матрасом, в который она вцепилась, но это ей не помогло.

Еще была история о Джованнино Бесстрашном, который на спор с друзьями пошел на кладбище ночью, чтобы отнести похлебку из хлеба и укропа только что погребенному покойнику. Когда мертвец в саване поднялся из могилы и протянул к нему крючковатые руки, Джованнино протянул ему миску и ласково сказал:

- Подуй, а то обожжешься!

На руках и ногах Антонии часто были большие темные синяки, она объясняла детям, что это следы от пальцев мертвецов, которые по ночам бродят вокруг ее кровати и щекочут ее.

Приска и Габриеле наслушаться не могли этих страшилок.

- Еще! Еще одну! - упрашивали они, а по спине бегали мурашки, и сердце очень приятно билось от страха, но на самом деле не так уж они и боялись, ведь был день и все они вместе сидели на теплой кухне.

Но зато ночью они ни за что не хотели тушить свет и прятались друг у друга в кровати, а когда наконец засыпали, им снились кошмары, и они с криком просыпались.

Мама, докопавшись до причины этого страха, строго-настрого запретила Антонии забивать головы детей этими "невежественными и суеверными" глупостями. Обидевшись, старая служанка пообещала:

- Пусть у меня язык отсохнет, если я им еще что-нибудь расскажу!

Но было уже поздно. Эти истории Приска и Габриеле не забудут никогда.

Глава пятая,
в которой Приска пишет жуткий рассказ

В тот вечер, когда пора было ложиться спать, Приска поняла, что совершенно не хочет оставаться в комнате одна. Она была уверена, что как только выключат свет, все эти разбросанные скелеты, которые она видела утром в братской могиле, придут к ней. А может быть, один из них уже прячется под кроватью и только ждет, чтоб схватить ее за ногу.

Она прекрасно знала, что на самом деле такого не бывает и что все эти страхи - плод ее воображения, но не могла победить их.

Поэтому, надев пижаму и почистив зубы, она вместо того, чтобы пойти в свою комнату, зашла в комнату Габриеле, который собирал портфель на завтра.

- Можно, я посплю у тебя сегодня ночью?

- Еще не хватало! Ты уже слишком большая, мы в кровати не поместимся. И вообще ты пинаешься!

- А если я посплю в кресле?

- К утру у тебя все тело онемеет. Ну как хочешь, дело твое.