4. Тебе нравится эта кофта?
Спустя недели две на обеде я взяла поднос с едой и остановилась посреди столовой, не зная, как поступить. Сабина и Фанни сидели возле окна с мальчишками. Место возле Сабины было свободно, и она наверняка видела меня, но не позвала. Просто продолжала есть.
Сначала я хотела устроиться за другим столом, но потом увидела, что Эмма и другие ребята смотрят на меня и шушукаются. Тогда я подошла к столу Сабины и села рядом, как будто так и было надо.
- Привет, - сказала я. Сабина поздоровалась, не взглянув на меня.
Фанни, как всегда, хвасталась командировками отца. Сейчас он был в Нью-Йорке и обещал в следующий раз взять Фанни с собой. А на рождественские каникулы их семья поедет в Австралию. Эмиль смотрел на Фанни с восхищением, а Тобиас хмурился. Я думаю, ему не нравится Фанни, но он ее терпит, ведь она подруга Сабины. И еще потому, что она нравится Эмилю, если это, конечно, так. Во всяком случае, он ей нравится, это видно всякому.
Вдруг Тобиас открутил крышку солонки и высыпал соль в стакан Сабины.
- Ты что?! Перестань! - пискнула она притворно сердитым голосом, но Тобиас только того и ждал. Перегнувшись через стол, Сабина попыталась его ударить. Он поймал ее руку и не отпускал. Сабина старалась освободиться, но Тобиас был сильнее. Со стороны казалось, что они дерутся, но оба смеялись.
Фанни терпеть не может, когда ее прерывают.
- Бросьте, ну что вы как маленькие! - недовольно сказала она.
"Маленькие" для Фанни, похоже, самое обидное слово. Она постоянно так говорит. Я взяла стакан Сабины и вылила его туда, куда сбрасывают остатки еды и где стоит грязная посуда. Потом налила новый стакан молока. Когда я вернулась к столу, Тобиас уже отпустил Сабину и она сидела, потирая запястье.
- Спасибо, очень мило с твоей стороны, - сказала она и улыбнулась.
Фанни подняла на меня глаза:
- Тебе что, нравится эта кофта?
Я была в голубой толстовке с надписью. Самая обычная толстовка, ничего особенного. Я не слишком задумывалась о том, в чем ходить. Во всяком случае, до этого момента.
- Да, а что?
- Нет, ничего, просто спросила, - ответила Фанни. - Ты ее уже четыре дня носишь.
- Да?
Я почувствовала, как у меня запылало лицо, и отвернулась, чтобы они этого не заметили.
Сабина ничего не сказала, не знаю даже, слышала ли она наш разговор.
5. Майка с серебряным рисунком
В тот день я пошла домой мимо универмага и посмотрела на манекены, стоящие в витринах. Все они были одеты в узкие короткие маечки, облегавшие их пластмассовую грудь и оставлявшие открытой полоску живота над джинсами - совсем как у Сабины.
Одна из этих маек была черной с серебряным рисунком. Очень красивая.
- Мама, - завела я разговор за ужином, - а ты не можешь купить мне новую майку? Короткую?
Мама подняла ложку, которую Калле уже в двадцатый раз бросил на пол, вытерла и принялась кормить брата.
- Деньги получим, тогда, может, и купим, - сказала она.
- Но мама, это будет еще нескоро!
- А что за майка?
- Черная, с серебряными буквами. В "Импульсе" продается.
Мама спросила, сколько майка стоит, но я этого не знала. Потом она спросила, кто - я или Антон - будет мыть посуду.
- Сегодня очередь Антона, - сказала я.
- Ты кое-что забыла, - возразил он.
- Что?
- Когда я помог тебе во вторник с математикой, ты обещала всю неделю мыть за меня посуду.
- Но мне надо вывести Куки!
- И к тому же у меня завтра контрольная по инглишу, - продолжал Антон. - Мне нужно готовиться.
- Мама!
- Договаривайтесь сами, - сказала мама.
- А ты не можешь помыть? - спросила я, хотя знала, что мама скажет "нет". Мытье посуды - наша с Антоном обязанность.
- Нет, - сказала мама, - мне нужно уложить Калле, а потом…
Она сделала паузу.
- …потом у меня есть кое-какие дела.
- Феликс? - спросил Антон.
Маме тридцать семь лет, но она, не поверите, по краснела, когда Антон упомянул Феликса. Она всегда такая, когда влюбляется. Поначалу. Она поет у плиты и покупает одежду, которая ей не по карману. Время проходит, мама становится нервной и раздраженной, гремит кастрюлями и ругает нас ни за что. Затем все заканчивается, мама плачет и курит больше обычного. Потом жизнь входит в обычную колею. До следующего раза.
- Значит, ты не поможешь мне с английским? - спросил Антон.
- Никак не могу, - ответила мама и улыбнулась.
- Тогда я помою посуду, когда вернусь, - сказала я и пошла в прихожую за Кукиным поводком. Она тут же примчалась и стала скакать вокруг меня. Куки обожает гулять.
- Принеси мне пачку сигарет, - попросила мама и дала мне пятьдесят крон. - А на сдачу можешь купить конфеты.
6. "Продукты из Стамбула"
Киоск Измета находится сразу за углом. На самом деле это не киоск, а маленький магазинчик, и называется он "Продукты из Стамбула". А Измет хоть и турок, но не из Стамбула, города, который даже больше Стокгольма, а из какого-то горного села. Теперь он живет в Альбю и держит у нас в Сёдере свой магазин. Не знаю, когда он отдыхает - его магазин открыт почти круглые сутки.
Когда я вошла, Измет был за прилавком. Перед ним стояла Карин. Она купила молоко и бананы и теперь расплачивалась.
- Нора! - воскликнул Измет. - Здравствуй! Когда придешь ко мне работать?
- Ты же знаешь, я плохо считаю, - ответила я.
Карин медленно сложила в пакет молоко и бананы и пошла к двери, но звука дверного колокольчика я не услышала.
- Что будешь покупать? - спросил Измет.
- Сигареты для мамы.
Я могла не уточнять, какие - он и так знал, что мама курит желтые "Blend". Он достал пачку, я протянула деньги.
- На сдачу конфеты, - сказала я. Какие - Измет тоже знает, главное, чтобы не кисло-сладкие, от них у меня мурашки по коже бегают.
Протягивая мне пакетик с конфетами, Измет сказал:
- Держи и не забудь угостить Куки и подружку.
Я обернулась и увидела, что Карин до сих пор не ушла. Она стояла возле стеллажа с прессой и листала журнал.
Я удивилась. Вот не думала, что Карин читает глянцевые журналы. В другом магазине ей бы сказали: "Купи, а потом читай", но Измет не такой.
Проходя мимо Карин, я заглянула ей через плечо. И обалдела. "Что нравится мужчинам", а ниже помельче - про ноги, про попу. И, конечно, про грудь.
Карин почувствовала мой взгляд и быстро закрыла журнал. Я вышла из магазина, она тоже.