- Понимаешь, у меня нехорошее предчувствие. Сегодня диктовка, ты ведь помнишь. Годовая. А тут мне ещё сон какой-то странный приснился. Будто у меня одно ухо выросло. Здоровое такое ухо. С капустный лист.
- Всё ясно. Дальше можешь не продолжать, - сказал Коля, производя последние лёгкие взмахи над сверкающими башмаками. - Только непонятно, почему у тебя ухо выросло, а не хвост. У наших предков, как известно, были хвосты.
- Будешь издеваться - я уйду, - угрюмо сказал Саша.
- Это я издеваюсь?! - взвился Коля. - А мне кажется, это ты издеваешься. Мы с тобой занимались?
- Ну, занимались.
- К диктовке готовились?
- Ну, готовились.
- "Ну!" "Ну!" А теперь, видишь, у него уши вырастают! И потом, не ты ли твердил, что тройка объективно отражает твои знания?! Вот и получишь свою тройку. Всё равно в этом году четыре тебе не светит, это уже ясно.
- Ха, если б тройку! Я б тогда и не дёргался. У меня предчувствие, что я схвачу два балла. Понимаешь, нервы, стрессы… Одна лишняя ошибка - и два очка в кармане!
- Хорошо. Что ты хочешь? - спокойно спросил Коля, надевая школьную форму. - Списать я тебе не могу дать: я сижу впереди. Проверить твою работу тоже не могу. Так что же?
- У меня план, - сказал Саша, оживившись. - Я полночи думал. Ты ведь знаешь, что Надежда нам всегда много времени на проверку даёт. Минут десять, а то и больше. Так?
- Так.
- Ну вот. Ты пишешь диктовку под копирку.
- Как это? - не понял Коля.
- Ну, очень просто. Возьмёшь у своей мамы лист копировальной бумаги, подложишь его вместе с чистым листком под свою работу - и вперёд! Потом, когда нам время на проверку дадут, ты, не оборачиваясь, понизу передаёшь мне копию. Гениально! Такого ещё нигде не было. Остаётся только сверить твою диктовку с моей - и дело в шляпе!
- Нет, - сказал Коля. - Не согласен. В конце концов, это просто нечестно. Для чего, спрашивается, мы тогда занимались?
- Да пойми ты, чудак человек, - заволновался Саша. - У меня предчувствие! А то, что мы занимались, - это хорошо. Это от меня никуда не денется. Тут же особый случай.
- Ты мне надоел со своими предчувствиями, - сказал Коля. - Просто тебе лень хоть немного пошевелить мозгами. Конечно, сдуть легче.
- Так, - набычившись, произнёс Саша. - Тогда последний вопрос: друг ты мне или не друг?
Коля опустился на тумбочку возле зеркала, помолчал и, вздохнув, сказал:
- Ладно. Чёрт с тобой. Но учти: во-первых, это последний раз в жизни. А во-вторых, я теперь с тебя не слезу. Будем каждый день по часу диктовки писать!
- Ну конечно будем! Что за вопрос! - радостно согласился Саша. - А теперь бери скорей копирку. И прошу тебя: пиши с нажимом.
- "Урчат и квакают лягушки… Квакают лягушки". Точка, - продиктовала Надежда Васильевна последнее предложение и оглядела притихший класс. - Теперь внимательно, не торопясь, проверяем. Времени у вас достаточно.
Учительница села за стол и открыла классный журнал. Она хотела предварительно, карандашиком проставить годовые отметки.
Как только Надежда Васильевна опустила голову, Коля дрожащей рукой выхватил листок с копией своего диктанта и, не оборачиваясь, протянул назад. Саша, с волнением ожидавший этого момента, быстро выхватил листок и жадно впился в него глазами. Но что это?! Нет, отпечаток получился хороший, всё чётко, ярко, прекрасно видны точки и запятые. Но в самом тексте невозможно прочитать ни единого слова! Буквы вроде бы и были, и в то же время их невозможно распознать. Они словно превратились в какую-то загадочную вязь! Саша ошалело смотрел на листок и решительно ничего не понимал. Он уже хотел было толкнуть своего друга в спину и покрутить пальцем у виска, когда наконец до него дошло. Ну конечно! Коля неправильно положил копирку и листок. Вместо того чтобы положить копирку между страницами, он сунул её под самый низ, и отпечаток получился зеркальным! Все буквы в словах как бы перевернулись. Ах как обидно! Вот перед ним лежит отличная диктовка, а он не может прочесть ни одного слова. Что же делать? И тут Сашу осенило. Раз текст получился зеркальным…
Он толкнул в бок свою соседку и прошипел:
- Гусева, дай зеркало!
Вика повернула голову и недоуменно посмотрела на беспокойного соседа. Она привыкла, что Саша вечно спрашивает у неё, как пишется то или иное слово, а тут вдруг - зеркало?
- Дай зеркало, говорю, - снова зашипел Саша.
Вика испуганно полезла в карман своего передника и подала зеркальце. Саша схватил желанный предмет и принялся торопливо пристраивать к листку. "Ищем нужный ракурс", - говорил он сам себе.
В это время Надежда Васильевна дошла в журнале до фамилии Оляпкин и внимательно просмотрела оценки, полученные им за четверть. "Три, два, четыре, четыре, три, - читала она. - Нет, на четвёрку он не тянет. Придётся ставить три. Хотя в последнее время и наметились сдвиги". И тут что-то яркое ударило по глазам учительницы. Она недоуменно подняла голову и оглядела класс. То, что она увидела, потрясло её. Ученик Оляпкин, о котором она только что думала и взвешивала его шансы на четвёрку, сидел за своей партой и пускал ей в лицо солнечные зайчики! Да, случалось, что он иногда выкидывал разные фокусы. Но такое!..
- Оляпкин! - ахнула Надежда Васильевна. - Ты что, с ума сошёл?! Подойди сюда и положи зеркало мне на стол!
Напуганный и расстроенный, Саша уныло поплёлся к учительскому столу. "А может, он и вправду заболел? Переутомился? - думала добрая учительница. - Не может же нормальный ребёнок, пусть даже немного разболтанный, пускать во время годовой контрольной зайчики?"
- Саша, как ты себя чувствуешь? - спросила она. - Ты… У тебя голова не болит? Ты, наверное, вчера долго занимался?
- Я, это, да… Чувствую себя, - забубнил растерявшийся Саша.
- Ты вот что, дружок, иди проверяй потихонечку свою работу. А на последний урок, на физкультуру, не ходи. Ступай домой. Я Игорю Михайловичу скажу, что тебя отпустила.
Саша сел на своё место и, сунув бесполезную копию в парту, принялся за проверку диктовки. Теперь приходилось рассчитывать только на себя.
Когда урок кончился и учительница унесла контрольные, Саша тряс перед носом друга злополучной копией:
- Что ты мне подсунул! Погляди! Это ж какие-то египетские иероглифы! Специально небось подстроил. Из принципа.
- Клянусь тебе, нет! - оправдывался Коля. - Случайно. Поторопился, вот копирка у меня внизу, под листочками, и оказалась. Но если честно, я даже рад, что так вышло. Не может же быть, что мы зря с тобой столько времени занимались.
Коля был прав: занимались друзья, конечно же, не зря. Диктант и на этот раз объективно отразил Сашины знания. Он получил тройку. Правда, с минусом.
Глава 15. Круг сужается
- Давай снова звонить, - сказал Коля, снимая телефонную трубку. - Не может же нормальный человек каждый день ходить в филармонию.
Дело в том, что ребята уже дважды пытались дозвониться до Елены Петровны Канарейкиной, но каждый раз им отвечали, что она ушла в филармонию.
На этот раз им повезло. Трубку сняла сама Елена Петровна.
- Ах, это вы, ребята! Но я вас больше огорчу, чем обрадую, - расстроенно сказала она. - У Кости, соседа моего, действительно был попугай. И он действительно говорил "Ишь ты!". Но Костя его недавно продал.
- Продал?! - взволнованно переспросил Коля, державший трубку. - Кому? Кому продал?
- Он и сам не знает. Всё, говорит, как-то стихийно вышло. Впрочем, у него всегда всё стихийно. Я вот что думаю. Раз вас этот попугай так интересует, то поговорите с Костей сами. Может, он вам чего и подскажет. Записывайте адрес. А я его предупрежу.
Костя оказался высоченным, не меньше двух метров роста, парнем с весёлыми голубыми глазами. "Вот кого искать-то хорошо, - подумал Коля. - Такого дылду мы бы с Ляпой в два счёта нашли".
Костя выслушал ребят и сказал:
- Да, да, мне Лена про вас говорила. Всё правильно. Продал я своего Карла, был грех.
- Как вы сказали? Карла? - спросил Саша.
- Ну да. Это я его так окрестил. Он долго вообще ничего не говорил, а потом вдруг каркать стал. Точно как ворона. Ну, я его Карлом и прозвал. Жаль, конечно, но он сам виноват. Понимаете, готовился я тут к зачётам. А зачёты, сами знаете, штука серьёзная. Не сдашь - к экзаменам не допустят.
- Это точно, - подтвердил Саша, впервые слышавший о зачётах.
- Ну вот. Засиживался допоздна. А у Карла моего прямо-таки фонтан прорвался. Вопит как оглашенный.
- Он у вас "Ишь ты!" кричал? - спросил Коля.