В очереди у кассы я оказался самым первым.
Милиционер был очень вежлив и внимателен к людям, стоявшим в очереди за моей спиной.
- Очень прошу вас, товарищи, прижмитесь к стене. Вам же удобнее будет: никто не заденет, не толкнёт (он именно так и сказал - "не толкнёт"). И не волнуйте себя, пожалуйста. Билетов много, всем достанется.
Но я уже давно заметил, что даже самые воспитанные и вежливые люди как-то недоверчиво относятся к нам, к мальчишкам. Словно мы обязательно должны сделать что-нибудь плохое.
- Чего ты здесь разлёгся? - другим голосом, будто в нём сидело два разных человека, сказал мне милиционер. - Всё равно билетов не получишь.
Услышав эти слова, Витька, прятавшийся где-то в уголке возле автомата, очень обрадовался и даже глупо заулыбался: вот, дескать, ничего у тебя не получится. Сейчас вместе домой пойдём!
Я поверх маминых очков взглянул на милиционера, потом с презрением - на Витьку, вынул из бокового кармана Димин паспорт и помахал им в воздухе.
- Тогда извиняюсь, - сказал милиционер и зашагал по вестибюлю. - Сейчас будем кассу открывать, товарищи. Прижмитесь к стеночке, получше прижмитесь.
Милиционер, заложив руки за спину, как победитель, один расхаживал по вестибюлю, а все прижимались к стенке. Наконец кассирша убрала фанерную дощечку, закрывавшую окно, и по очереди пронёсся радостный ветерок: "Дают! Дают!.." Очередь ожила, зашевелилась.
Я поверх очков взглянул на кассиршу, которая, как все кассирши кинотеатров, была усталая, строгая и не глядела на людей, а только - на билеты и деньги.
- Какие у вас самые дешёвые? - спросил я, поверх очков изучая разложенные на столике синие билеты и план зала, в котором ещё не было зачёркнуто ни одного места.
Кассирша подняла на меня глаза (это было очень плохим признаком!) и каким-то безразличным голосом процедила:
- Есть по двадцать.
Я протянул в окошечко двадцать копеек, запотевших у меня в ладони. А взамен получил узкий синий билетик на своё самое излюбленное место - в первом ряду партера.
Когда Витька понял, что домой ему всё же придётся идти одному, он очень загрустил:
- Ну во-от. Всегда так получа-ается…
Мы стояли в тёмном углу, возле автомата. Молодой человек в пиджаке, зелёном, как скамейки на нашем бульваре, подскочил к телефону, быстро-быстро набрал номер и заворковал:
- Мусенька, я достал самые лучшие места. Восемнадцатый ряд! Как ты любишь… Самая серединка.
- Нашёл чем хвастаться, - тихо сказал я. - Восемнадцатый ряд! По пятьдесят, наверно. У меня вот по двадцать - это я понимаю!
Витька вздрогнул:
- По двадцать? Ты по двадцать достал? Так, значит, ещё двадцать копеек у тебя осталось? Ведь десять-то ты со вчерашнего дня сэкономил… Чего же ты мне билет не купил?
- Ой, не догадался!
- Ну да-а, не догада-ался. А ещё това-арищ называется. Теперь мне домой идти, да-а?..
Мне было стыдно перед Нытиком: "И как же я в самом деле не догадался?"
- А ты чего сам молчал? - набросился я с досады на Витьку. - Где ты сам был раньше?
- Я думал, у тебя ничего не вый-ыйдет… Я думал, не полу-учится… Да ещё по двадцать копеек… Откуда я знал?
Вдруг несчастный Витик оживился:
- Слушай, Котелок, а если тебе ещё раз в очередь стать? А? И мне билет достанешь. Тогда вместе пойдём. А?
- Да как же я второй раз?.. Нельзя.
Витька ничего не ответил, а молча, опустив голову и грустно постукивая себя портфелем по коленкам, побрёл к выходу.
Мне стало жаль бедного Нытика. "И как же я не догадался сразу попросить два билета? Очень уж внимательно кассирша Димин паспорт разглядывала… Вот я и растерялся. Но что теперь делать? Не идти же Витьке домой одному. Это нехорошо будет, не по-товарищески как-то".
И я снова стал в очередь. Но уж не к окошку, а в самый-самый конец. И по всем правилам, как требовал милиционер, прижался к стене. А ещё я прижался и даже слегка пригнулся для того, чтобы не слишком вылезать вперёд и не попадаться на глаза милиционеру. Но он, прохаживаясь перед очередью, как полководец перед строем, всё же заметил меня:
- Вам что, молодой человек, одного билета мало? Спекулировать собираетесь?
- Н-нет… Я не спекулировать. Я товарищу очередь занял.
- Товарищу? А где ваш товарищ? В Анапу уехал?
"При чём тут Анапа? - подумал я. - Вот радуется, вот торжествует: думает, припёр меня к стенке в прямом и переносном смысле! А я не поддамся!.."
- Товарищ мой в Анапу не ездил. Ему там делать нечего. Вон он стоит. - Я преспокойно кивнул на Витьку и вышел из очереди, как бы уступая ему место. Побледневший от страха Витик прижался к стене вместо меня.
- И ему тоже шестнадцать стукнуло? - немного растерявшись, спросил милиционер.
- Ещё как стукнуло! - бодро соврал,я. В самые трудные минуты на меня всегда находила отчаянная храбрость.
- И какая мелкота пошла! - буркнул милиционер. Он презрительно оглядел невысокого, а от страха уж совсем съёжившегося Нытика.
Проверять у Витьки паспорт милиционер всё-таки не стал: побоялся, что опять осечка выйдет.
Но кассирша-то обязательно потребует паспорт - в этом я был уверен. Голова моя работала, как говорится, с полным напряжением. А что-то внутри так и подмывало не сдаваться, добиться своего.
Я незаметно сунул Витьке Димин паспорт и шепнул:
- Покажешь кассирше. Только смотри не раскрывай, а так, издали помаши. Ясно?
- Я-ясно, - жалобным шёпотом ответил Нытик. Он до того перетрусил, что ему уж, наверно, и в кино идти не хотелось.
- А деньги? - вспомнил он. - По одному-то паспорту не дадут. Деньги нужны!
Я сунул ему в руку двадцать копеек.
- Ничего не полу-учится, - промямлил Витька.
Честное слово, смотреть на него было противно.
Через каждые две минуты он оборачивался и повторял:
- Вот уви-идишь, ничего не полу-учится…
Я бы с удовольствием вытащил несчастного Нытика из очереди, отобрал у него паспорт и деньги. Но у меня появился прямо какой-то спортивный интерес: надо получить ещё один билет, обязательно надо!
Чтобы не видеть кислой физиономии Нытика, я отвернулся к двери и стал смотреть на улицу. А в это время с грузовика в глубокую яму, вырытую на краю тротуара, осторожно опускали развесистую липу с длинными переплетёнными корнями и застрявшей в них землёй. Железные пальцы подъёмного крана цепко держали дерево за ствол.
"А вот интересно, откуда привезли эту липу? - подумал я. - И где она росла раньше? Наверно, где-нибудь на краю пёстрой полянки. Слушала она себе пение птиц и не думала, что привезут её сюда, на шумную улицу, и посадят прямо напротив кинотеатра. И что каждый вечер под её раскидистыми ветвями вместо птичьих песен будут раздаваться одни и те же слова: "У вас нет лишнего билетика? Лишнего билетика нету?"".
Мои мысли были прерваны громким возгласом Нытика:
- Это мой паспорт! Мо-ой!..
Я обернулся и увидел ужасную картину: кассирша привстала со своего места, от злости чуть не просунула голову в узкое окошко и, потрясая раскрытым Диминым паспортом, кричала:
- Я по этому паспорту уже продавала билет. Где ты его взял? Говори, где!..
- Это мой паспорт. Мо-ой!.. - бубнил бледный, растерянный Нытик.
- Нет, не твой! Пока владелец не найдётся, не отдам документ - и всё!..
Увидев, что Димин паспорт в опасности, я бросился к кассе.
- Владелец уже нашёлся! Нашёлся владелец! Я тут…
- Ах, это ваш? А как же к нему попал?
- Н-не знаю…
- Не знаете? А может, он украл у вас?
При слове "украл" милиционер грозно двинулся к кассе. Нытик съёжился. Надо было спасать его!
- Нет, он не украл. Вовсе не украл… - быстро заговорил я, обращаясь то к кассирше, то к милиционеру. - Он не украл. Это я сам дал ему. Просто так, на время… Поносить…
- Ах, поносить дали? - ещё сильнее возмутилась кассирша. - Так вы свой паспорт у администратора получите. Вход с улицы, за углом.
Кассирша уселась на своё место.
Вся очередь весьма неодобрительно оглядывала нас с Витькой. А одна ехидная гражданка, из тех, что всегда вмешиваются в чужие дела, поджала свои тонкие губы-полоски и спросила:
- У вас, что же, молодой человек, один паспорт на двоих? Очень оригинально!
Я снова навалился на знакомый уж мне деревянный подоконничек.
- Отдайте мой паспорт. Отдайте!
Но кассирша не обращала на меня никакого внимания. Она вновь глядела только на билеты и деньги да отрывисто повторяла:
- Вам какой ряд? Вам за какую цену?
- Отдайте мой паспорт!
Люди в очереди стали возмущаться и оттирать меня от окошка.
- Не мешайте, молодой человек. Не задерживайте очередь. Вам русским языком сказано: получите у администратора!..