Она прошла к столу, взяла из сумочки деньги. "Видно, и магазин собралась", - решил Алька. И правда, через минуту хлопнула калитка. "А может, с Петром поедет? Ведь он заводил мотоцикл". Алька соскочил с тахты. Подставил стул, раскрыл форточку. Свежий ветер рванул занавеску. Алька увидел уже выведенный на улицу мотоцикл, Петра - в кожаной куртке, красном шлеме, в руке у него была какая-то стеклянная банка. Пальто на тете накинуто сверху, по-домашнему, и ехать, как видно, не собиралась. О чем тетя Кира и Валеркин брат говорили, Алька слышать не мог. Далеко было, в голых ветвях сирени посвистывал ветер, попыхивая голубым дымком, урчал заведенный мотор "ИЖа". А если бы он и услышал их разговор, то вряд ли бы что-нибудь понял.
- Петр, ты мне окажешь огромную услугу. Сама вчера никак не могла выкроить время. Да и мало в этом понимаю. Уж ты постарайся, пожалуйста. Прости, что обременяю такими заботами, но…
- Кирочка, да я для тебя!.. Не волнуйся, из-под земли достану. Будешь довольна.
- Ну, спасибо. Вот деньги.
- Да что ты! Найдутся у меня деньги. О чем разговор! Для тебя мой кошелек всегда открыт.
- Нет-нет, я обижусь! И так столько беспокойства доставляю. - Она сунула в его карман десятирублевую бумажку.
Петр пристроил в коляске, под брезентом, банку, натянул кожаные рукавицы и сел в седло.
Алька, озябший у форточки, побегал, высоко подбрасывая колени, по комнате, сделал пятнадцать приседаний и, когда почувствовал, что согрелся, так же, в трусах и майке, выскочил на кухню.
- Теть Кир, куда это Валеркин брат поехал?
- По делам. - Тетя разделывала на доске мясо. - Лучше вот почисти зубным порошком чайник. Гостей же скоро встречать. Все у нас сегодня должно быть красиво. Помнишь, какой день у тебя?
Алька взял потускневший чайник, насыпал на губку белого порошка и спросил:
- А о чем ты с ним разговаривала?
- Секретничала! - Кира показала Альке язык. - Разговор не для длинных ушей.
- А что за банка у него была?
- Алик! Ты любопытен и надоедлив, как первоклашка. А тебе уже двенадцать. Взрослый человек. Дамы в гости придут.
У Альки радостно забилось сердце: наконец-то двенадцать! Правда, в "дамах" он не был уверен. Хотя Гребешкова и отдала Динке его приглашение, но еще неизвестно, что стукнет той в голову. Галка уверяла: Котова обязательно придет, так, мол, и сказала, прочитав приглашение: "Поглядим, что за принц живет в палаццо!" Сказать-то сказала, а как поступит?..
День 1-й
С этого праздничного воскресенья, 10 марта, и поведем отсчет времени, протяженностью в долгих 169 дней.
Гостей Алька начал ждать с половины второго. На раздвинутом столе, накрытом белой скатертью, Алька, по просьбе тети, расставлял голубые сервизные тарелки, бутылки с лимонадом. Поручение он выполнял с удовольствием. Тарелки с тоненьким золотым ободочком блестят, бокалы для лимонада - тоже с золотой полосочкой - не просто блестят, а сверкают. А еще никелированные ножи, вилки, ложки. Красиво!
- Тетечка, - Алька просунул голову в дверь кухни. - Правильно: вилки - слева, ножи - справа?
Тетя на секунду оторвалась от салата:
- Ты у меня способный ученик. А ложка, разумеется, рядом с ножом.
- Разумеется! - Алька снова кинулся в столовую.
Наводит он последний блеск на столе, а сам все прислушивается: не звякнет ли у калитки колокольчик? Альке думалось, что первым должен прийти Толик Белявкин. На их же улице живет, дом № 27. И вообще Толик человек аккуратный. В школу никогда не опаздывает, наоборот, раньше приходит. И всегда всем нужен. Кто задачку не понял - к Толику обращается, словно он учитель и все должен знать. А Толик и правда много знает, особенно в математике силен. А еще про звезды его любят расспрашивать, о планетах Солнечной системы. Многие из ребят в его "обсерватории" побывали. Не настоящая, конечно, обсерватория, просто на чердаке у него стоит стол со всякими схемами движения планет, книжки по астрономии и тренога с самодельным телескопом. Алька два раза уже смотрел на Луну. В телескопе она была похожа на желтую круглую дыню с неясными, расплывчатыми пятнами. Толик же, глядя в свою трубу, перечислял какие-то моря, плато, горные хребты, будто и в самом деле видел все это…
- Ой-ля-ля! Шик, блеск, красота! - появившись в комнате, пропела тетя Кира и рядом с вазой, наполненной яблоками, поставила высокую бутылку вина. - Нам можно и покрепче.
Кому это "нам", Алька знал: тетя еще раньше сказала, что восьмой стул предназначен для Петра. Пригласила так пригласила, Алькино какое дело, у него свои гости. А вот и они! У калитки забренчал колокольчик.
- Встречай. Дамы!
Алька растерялся. Надо бы к калитке бежать, а он к окошку подскочил. Неужто и правда девчонки? Точно: в просветы штакетника виднелось красное пальто Динки и желтенький плащик Галки Гребешковой. Первыми пожаловали, вот не ожидал!
- Не бойтесь! - сбежав с крыльца, крикнул Алька. - Открывайте. У нас собаки нет.
Но девочки просовывать руку в круглое отверстие калитки не спешили. Алька повернул железную ручку и… чуть не попятился. Желтенький плащ был Галкин, а вместо Галки на Альку строго взирал красноносый дядька с рыжими усами, в больших круглых очках. А черные Динкины глаза смотрели сквозь узкие длинные прорези маски неземной красавицы.
- Этот палаццо - сеньора Алико? - спросила красавица.
Алька уже пришел в себя и охотно принял шутливый гон:
- Приношу глубокое извинение, что мои слуги не успели постелить ковровую дорожку.
- Извиняем, - милостиво молвила Динка и прошла в калитку, однако тут же боязливо оглянулась на Алика: - Но ведь где-то лает собака.
- Не бойтесь, это Буян, во дворе у Валерки Шмакова. Он наш сосед.
Красноносой, усатой Галка идти в дом постеснялась, быстренько сняла с себя маскировку, превратившись в обыкновенную знакомую девочку. Динка же так, в маске, с длинными глазами, и появилась в передней. И лишь когда из комнаты вышла тетя Кира в коричневом узком платье, с желтым янтарным камнем на бронзовой цепочке и с пышной прической, Динка сдернула с себя маску и, сделав легкий книксен, представилась:
- Диана Котова.
Алька удивился: Дина, Динка - это сто раз слышал, но "Диана" - что-то новое.
Галка тонкое воспитание демонстрировать не стала, а может, и не умела, и фамилию свою назвать посчитала лишним, просто сказала: "Галя".
- Алик, ты не только именинник, но и хозяин. Поухаживай за девочками, повесь их пальто, пригласи в комнату. А я должна извиниться: поварские заботы на кухне…
Когда дверь за тетей Кирой закрылась, Динка сказала:
- Твоя тетя? Какая красивая!
- Она в театре работает… - Альке было приятно говорить о Кире. Кто бы не хотел иметь такую тетю!
Ухаживать за девочками в общем не пришлось. Во всяком случае, за Гребешковой. Посмотрелась секунду в зеркало, одернула салатное платье в клеточку. Диана у зеркала задержалась, поправила у шеи белую кружевную вставочку, волосами тряхнула, даже гребень попросила. Алька мигом слетал в комнату. Подавая гребень, едва не вздрогнул: из прозрачного овала зеркала на него внимательно и с интересом глядели большие Динкины глаза. Причесала она волосы и подняла с полу что-то завернутое в газету.
- Нет, значит, у тебя собаки? Что ж, тем более кстати. - Динка развернула бумагу и подала Альке серого и такого лохматого пуделя, что, кроме глаз и красного пятнышка носа, ничего невозможно было рассмотреть. На шее у пуделя пышным бантом была повязана шелковая алая лента.
- Спасибо, - любуясь подарком, сказал Алька. - Симпатяга какой! Даже на цепь не стану сажать его, как Валерка своего Буяна.
- И еще возьми. - Это сказала Галка. И до того при этом смутилась, что Альке сделалось жалко ее. Вот тебе и звеньевая! Власть! Прорабатывать собиралась. И чего бы смущаться, самый обычный подарок - книга. Впрочем, хорошая книга - "Человек, который смеется". Слышал о ней. И прочитать собирался. Угадала.
- Ну, совсем меня задарили! - засмеялся Алька.
- Нос тоже возьми. - Гребешкова положила на книжку красный картонный нос с приклеенными рыжими усами.
- Может быть, сеньор покажет свое палаццо? - спросила Диана, посмотрев на дверь в залу.
Вид накрытого праздничного стола заставил Динку округлить губы и протянуть длинное, восхищенное "о-о!". Второе "о-о" касалось картины в золоченой раме, изображающей штормовое море. Постояла Динка возле картины, к пианино шагнула. И снова удивление - "о-о". Еще бы, старинное пианино знаменитой немецкой фирмы "Беккер". Наверное, и другие находящиеся в комнате вещи не оставили бы ее равнодушной, но узнать об этом Альке не довелось - с улицы вновь донесся колокольчик.
- Толик! - Алька побежал открывать.
И на этот раз ошибся - Игорек пришел. Редактор стенгазеты еще в калитке вручил подарок - картонную коробку с полным набором причиндалов для настольного тенниса.
- Учти, - на ходу объяснял Игорек, - пинг вырабатывает ловкость, быстроту реакции, точность, а самое главное - умение мыслить тактически… А-а! - заглянув в открытую дверь, удивился он. - Именинник, оказывается, один не скучает.
С приходом Игорька разговор оживился, именинника попробовали даже тянуть за уши, потом рассматривали танзанийские марки, красивые открытки, потом Динка подсела к пианино и бойко отстучала сонатину Моцарта из программы музыкальной школы за четвертый класс. Огромные часы пробили два удара - официальное время начала торжества, и Кира Павловна, румяная от жаркой плиты и хлопот, не раз посматривала в окно.