Но заметил: дети задумчивы. Крепко держатся за руки. Отец не знал, что Володя придумал игру: обойти цепью весь дом.
Но о чём-то отец догадался и о чувством сказал:
- Мои дорогие, дружите всегда, как сейчас.
ЛЕТНИЙ ДЕНЬ
Лето - золотая пора! Летом в Симбирске жарко, сухо. Зреют в садах яблоки. Симбирск полон садов.
Позади дома Ульяновых тоже есть сад. Небольшой, а чего только в нём нет! Серебристая аллея из тополей. Вязы раскинули шатры, в самый зной под ними не жарко. Разрослись акации, название у них "Жёлтый бор".
Семь утра. Солнце скользнуло в окно, тёплый луч лёг на подушку. Володя проснулся. Открыл глаза, секунда - и на ногах. Гимнастика - раз, два, три! Умылся - и вихрем в сад, под яблони. Особенное удовольствие опередить братьев и сестёр, собрать упавшие за ночь яблоки и потом всех угощать. И поддразнивать:
- Сони, лежебоки, проспали!
Впрочем, в доме Ульяновых все поднимаются рано. У Саши и Володи обязанность: натаскать из колодца воды в кадки для поливки цветов. Не натаскали с вечера, давайте сейчас. Иногда поливать цветы выйдет мама. Иногда дети управятся сами.
А потом в столовой на столе кипит самовар. И мама напоминает за завтраком: сегодня французский день. Значит, за столом говорят по-французски. Завтра - по-немецки.
Конечно, легче бы каждый день говорить по-русски. Но мама хочет, чтобы дети знали иностранные языки.
- Что ты будешь делать после завтрака? - спросила Оля Володю.
- Как Саша.
- Я буду читать, - сказал Саша.
Как всегда, Саша будет читать. Он читает серьёзные книги: Сашу интересует химия, естественные науки. Саша устроил химическую лабораторию во дворе.
Завёл живой уголок: там копается в листьях ёжик, белка скачет по жёрдочкам в клетке.
Раздолье летом! С утра забирай какую пожелаешь книжку, найди в саду потенистее уголок - и всё на свете забыто. До обеда только птицы слышны в саду. Да стук маминой машинки долетает из дома: постоянно мама кому-нибудь из шестерых детей что-то шьёт. И девочек научила шитью.
После обеда, вволю начитавшись, Оля зовёт Володю:
- Идём играть.
- В чёрную палочку, палочку-застукалочку! "Чёрная палочка пришла, никого не нашла, кого первого найдет, того с палочкой пошлёт".
Все врассыпную по саду. Кто-то водит. Неслышно крадётся. Вон качается зелёный зонт лопуха…
Когда солнце уйдет со двора, на крокетной площадке крокет. Строго по правилам. Нельзя вести шар. Надо бить коротким ударом. Нельзя… Надо… Володя и папа - самые азартные спорщики. Самые хохотуны. Смеху во время игры!
Между тем солнце клонится к западу, близко вечер, спала жара.
- Сыновья, на Свиягу! - слышна команда отца.
Вся семья Ульяновых отправляется на Свиягу купаться. Мальчики с отцом, девочки с мамой.
Свияга - тихая речка, мирно течёт в зелёных берегах.
С разбегу, с мостков, бултых в воду, брызги фонтаном, и Володя наперегонки с папой и Сашей плывёт.
Небо ещё светлое, розовое от зари, а над горизонтом уже зажглась первая звезда.
Володя и Саша идут после купания вдвоём, впереди.
- О чем ты задумался, Саша?
- Обо всём. Видишь звезду? Откуда она? Как она началась? Как началась жизнь на Земле? Зачем мы живём? В чём наша цель?
Володя слушает. "Зачем мы живём? В чём наша цель? Интересно жить, думать, спрашивать, узнавать, что-то делать. Умный Саша. Хочу быть, как Саша".
НА ПАРОХОДЕ
Двухпалубный пароход стоял у пристани. Окна кают горели на солнце. Надраенная медь сверкала как золотая. Всё было чисто, парадно. Капитан отдавал в рупор команду с капитанского мостика.
"Не опоздать бы", - в беспокойстве подумал Володя. Но папа и мама не беспокоились, и Володя молчал. Только нетерпеливо сжимал ручку корзинки с продуктами да вертел головой, боясь пропустить что-нибудь интересное.
"Скорее бы всё-таки на пароход, вдруг отчалит…"
Папа проверил билеты. Пересчитал вещи. У каждого корзинка или свёрток по силам. А один узел поднял на плечо матрос и, не согнувшись, понёс в каюту. Пароход прогудел басистым гудком. Закрутились колёса, забилась, зашумела вода под плицами, пароход отошел от Симбирска. Поплыли в Казань.
Каждое лето они уплывали в Казань. Оттуда сорок вёрст на лошадях в деревню Кокушкино. Володя с зимы начинал ждать это путешествие по Волге в Казань и Кокушкино.
Симбирск позади. Долго виднеются его красные крыши в садах на высокой горе. Волга повернула, и Симбирска больше не видно.
Стая чаек провожает пароход. Кто-то из пассажиров кормит чаек, они на лету ловят хлеб или камнем падают к воде и снова ввысь, в небо.
Володя тоже побросал чайкам крошек и побежал к машинному отделению. Паровая машина, блестя медью и маслом, дрожа от напряжения, шумно работала. Шатуны без остановки ходили, горячие струйки пара со свистом вырывались из клапанов. Голый до пояса кочегар, чёрный от копоти, работал у жаркой топки. Ручейки пота текли у него по спине.
- Живей поворачивайся! - подгонял машинист.
Кочегар схватил кружку, зачерпнул из ведра, жадно напился. Провёл ладонью по мокрому лбу, вытер ладонь о штаны. Шлёпая плицами, пароход усердно бежал вверх по Волге. На палубе гуляли пассажиры, любовались прекрасными видами. Папа вышел из каюты с шахматной доской. Шахматы удивительно были красивы, папа вырезал их из дерева, каждую фигуру сделал по-разному.
- Сразимся? - предложил отец Володе.
После папы Володя был первым шахматистом в семье.
Отец играл с ним на равных, хотя Володе всего десятый год. Впрочем, не так уж мало, в августе держать экзамены в гимназию - прощайся с волей, казак!
- Милостивый государь, не угодно ли шах? - объявил отец.
- Уважаемый противник, нам шах не угоден.
Володя живо двинул коня на защиту.
- Хитёр! В таком случае идём этой пешкой.
- А мы от вашей пешки ускачем.
Володя сделал неожиданный ход.
Ветер шевелил Володины каштановые с рыжеватинкой волосы. Солнечная Волга слепила глаза.
- А в машинном отделении так жарко! - хмурясь, вспомнил Володя. - Кочегар обливается потом. Неужели как-нибудь нельзя облегчить?
Отец промолчал. Подошел Саша и, пожав плечами:
- А кто будет об этом заботиться? Хозяину парохода безразлично, тяжело кочегару или нет.
- Но ведь несправедливо! - воскликнул Володя.
- Справедливостей не так много на свете.
Оба мальчика поглядели на отца.
- Папа, ты защищаешь справедливость, мы знаем! - горячо сказал Саша.
- Каждый на своём месте должен защищать справедливость, - ответил отец.
Пароход загудел широко, на всю Волгу. Шёл встречный, пароход слал приветствие встречному. Волга сильней закачалась, покатила к берегам длинные волны.
КОКУШКИНО
Сутки на пароходе, сутки в Казани, на третий день к вечеру приехали в Кокушкино. Всю дорогу Володя рассказывал Оле и Мите о жизни в Кокушкине. Оля и Митя слушали, будто никогда не видали Кокушкина, уж очень увлекательно Володя описывал. Катания по реке Ушне на лодке. Извилистая, быстрая Ушня! Рыбы в Ушне! В круглых омутах ходят зубастые щуки. Шныряют проворные ерши. Окуни жадно хватают наживку.
- Митя! Клюнуло, вытаскивай, Митя, окунь, толстенный!
Митя едва не выпрыгнул из тарантаса. Возница подхлёстывал лошадь вожжами, одобрительно хмыкал:
- Расписывает-то как, ишь сказочник, а!
Сказочник, расцветая от похвалы, расписывал дальше. Кокушкинские грибные леса. Красные от земляники вырубки. Малинники в ближнем овраге. Сенокосы на лугах. Ночное, когда после вечерней зари деревенские ребята скачут верхами, гонят коней пастись до утра на лесные поляны.
В Кокушкине есть дом, оставшийся после смерти деда маме и маминым сёстрам. Мама приезжает в Кокушкино пожить летом с детьми. И мамины сёстры приезжают с детьми. Весёлое собирается общество!
Вон и Кокушкино показалось, небольшая деревенька с соломенными крышами на крутом берегу реки Ушни. А вон, чуть поодаль, в саду, деревянный дом с колоннами и мезонином.
Здравствуй, Кокушкино! Володя первым соскочил с тарантаса, стремглав помчался обежать любимые места, оглядеть сад, поздороваться с кустами сирени, лужайками, клумбами. Оля летела за ним.
- Смотри, Оля, ещё пышнее стал сад!
- А вон смотри, Володя, скамейка наша под липами, низенькая, будто в землю вросла.
- А вон спуск к реке. Спустимся?
Спустились. Узнали Ушню. Ольхой и плакучими ивами заросли берега. Из воды смотрят золотые кувшинки. Может быть, в одном таком жёлтом цветке жила Дюймовочка из андерсеновской сказки. Старая лодка привязана к колышку, уткнулась носом в берег. Хочется покататься. И в лес сбегать хочется.
- Пойдем, Оля, в лес.
- Сейчас? Одни? Вечер, Володя.
- Ну и что же, что вечер? Не беспокойся, ты ведь со мной.
Оля шагала рядом, хотя было немного ей страшновато. Особенно в овраге. Овраг довольно глубокий. Сюда не доходило вечернее солнце, было сыро и сумрачно.
Поднялись из оврага. Перед ними раскинулся скошенный луг, тесно уставленный копнами сена. А там, совсем близко, и лес. За зиму Володя и Оля отвыкли от леса, ветвистых берёз, косматых елей, непроходимой чащобы орешника. Лес показался Володе и Оле дремучим. Солнце зашло. У Володи стало на душе неспокойно. Но отступать нельзя. Он шёл впереди. Оля за ним. Темнота леса надвигалась на них. Деревья их окружили. Неба не видно, луга с копнами сена не видно. Под ногой треснул сучок.
- А вдруг разбойники на нас нападут? - спросила Оля.