Всего за 510 руб. Купить полную версию
– Мы хотели, чтобы он стал особенным, – сказал Юрасик, вздохнув с облегчением – он уж было подумал, что его затея провалилась по непонятным причинам. – Чтобы ты сегодня стала настоящей именинницей.
– Вы специально пришли, все приготовили, украсили, – всхлипывала Лена, – и все ради меня?
– А еще, – сообщил Саша, – Глеб и Андрейка вымыли подъезд. И ты сегодня вечером не будешь работать!
Это известие вызвало у Лены новый поток слез.
12 мая 2013, воскресенье
В последний праздничный выходной в парке было оживленно и весело. Гремела музыка, работали аттракционы, повсюду продавали яркие воздушные шары, надутые гелием, и разноцветные клубы сахарной ваты. Глеб, Юрасик и Лена сидели на лавочке возле площадки с надувным детским городком и наблюдали за резвящимися там младшими Зюзиными. Саша, Вова и Анютка катались с мягких горок, лазали по туннелям и прыгали в бассейн, наполненный маленькими пластиковыми мячиками. Не хватало только Андрейки, он предпочел остаться во дворе – у них намечался важный футбольный матч между дворовыми командами.
Пойти в воскресенье в парк предложил Юрасик. Он был не в силах находиться дома, в тоске и скорби, вместе с семьей, которая никак не могла прийти в себя. Ведь для них прошло всего два дня после похорон деда и четыре дня после его смерти.
Походу в парк Лена сначала воспротивилась. Она сказала, что дети обязательно будут клянчить сладости и захотят кататься на каруселях. А она никак не может позволить, чтобы Юрасик тратил на них свои деньги второй день подряд. Глеб засмеялся и сказал, что Карасев – хитрый жук и собирается тратить на них те же деньги, что и вчера. Ведь утром они все вернулись к нему. Он теперь каждый день может их тратить на что угодно, может каждый день покупать Лене продукты, а ее больной маме лекарства и все равно нисколько не обеднеет. Лена тут же заявила, что она не позволит их содержать, она и сама со всем отлично справляется, но в парк пойти согласилась.
Глебу и Юрасику немного странно было осознавать, что дети, с которыми они вчера подружились, смотрят на них как на незнакомцев. Ведь для младших Зюзиных еще ничего не произошло – они не готовили вместе с ребятами праздничный стол, не искали Анютку и не мыли подъезд. Но все равно день был великолепным. Правда, радужное настроение подпортили появившиеся в парке одноклассницы – Громова, Текаева и Дорошевич. Заметив Лену, сидящую на лавочке с Глебом и Юрасиком, они не смогли пройти мимо.
– Ой, смотрите-ка! – воскликнула Громова. – Вот это наша Зюзина отхватила! Сразу два жениха.
– И каких! – подхватила Текаева. – Один Винни-Пух, а второй – лохматый домовенок Кузя.
– Она живет как в сказке, – жеманно добавила Дорошевич.
– Шли бы вы отсюда, обезьяны раскрашенные, – вступил с ними в перепалку Глеб. – А то как бы по репе не схлопотали!
– Ой, какой жених агрессивный! Зюзина, экстрим любишь? – издевались одноклассницы.
– Глеб, сядь, – сказала Лена, видя, что тот уже готов вскочить с лавки. – Нашел с кем связываться. Они же просто глупые, у них детство в ушах свистит. А у Дорошевич интеллект вообще как у нашей Анютки.
– Совсем охамела! – возмутилась та. – Смотри, Зюзина, завтра весь класс узнает про этот странный любовный треугольник. Увидишь, что будет.
Ребята переглянулись.
– А, ну если завтра, тогда это серьезно, – сказал Глеб.
– Это очень страшная угроза, – добавила Лена. – Только запишите где-нибудь, а то забудете ненароком.
– Не поможет. Даже если запишут, все равно забудут, – уверил Юрасик.
– Факт, – подтвердил Глеб.
Три девицы презрительно фыркнули и гордо удалились, пообещав напоследок, что Зюзина завтра пожнет плоды своего хамства и отныне в классе ей совсем не будет житья.
– Самый кретинский класс во всем поселке, – сказал Глеб. – И как нас угораздило попасть именно в него? Надо было идти в пятую школу, а не в тринадцатую.
– С чего ты решил, что там было бы лучше? – пожала плечами Лена. – Дураки есть везде.
– Слушайте, что я вспомнил! – неожиданно вскрикнул Юрасик. – Со мной вчера случилось то же самое, что и с Леной!
– В каком смысле? – не понял Глеб. – С Леной вчера случился день рождения с сюрпризом. А при чем здесь ты?
– Глеб! Вечно ты перебиваешь! – сказала Лена.
– Да послушайте вы! – нетерпеливо замахал руками Юрасик. – Я вчера вечером лег спать, но долго не мог уснуть. Ворочался, ворочался, потом встал и пошел на кухню…
– Чего-нибудь захомячить, – подсказал Глеб.
– Нет, я решил попить компота. Так вот, я налил его в стакан, поднес ко рту… – Юрасик сделал театральную паузу, – и все!
– Чего – все?
– Все. Больше ничего не помню. Я не попил, не вернулся в комнату, не лег в кровать. Вот так. Поднес стакан с компотом к губам и проснулся утром.
– У тебя тоже?! – обрадовалась Лена. – Я же говорила! А вы не верили.
– Так он от тебя и заразился, – сказал Глеб. – Только я как-то устоял.
– С чем это может быть связано? – задумчиво проговорил Юрасик.
– А вы не думаете, что просто забываете происходящее дальше? – спросил Глеб. – Вернулись, легли, заснули, а к утру забыли.
– Нет! – в один голос воскликнули Лена и Юрасик.
– Но почему у меня такого не бывает?
– У меня тоже не было. Вчера первый раз.
– А у меня каждый день!
Ребята замолчали, потому что к ним подлетел красный взлохмаченный Вова.
– Лена, сколько времени? На представление не опоздаем?
В полдень на главной аллее парка планировалось шоу мыльных пузырей. Лена посмотрела на часы:
– Не опоздаем. У нас еще двадцать минут.
Вова радостно кивнул и умчался.
– Идея! – провозгласил Глеб, не отрывая взгляда от Лениных часов. – Кажется, я знаю, в чем дело. Юрок, вспоминай с точностью до минуты, во сколько ты пошел пить компот.
Юрасик сосредоточенно уставился в одну точку.
– Ну, вроде в двенадцать.
– А без "вроде"? Точнее!
– Около двенадцати. Точнее не помню.
– Так. А ты во сколько обычно ложишься? – обратился Глеб к Лене.
– Я по-разному. В час, полпервого. Иногда полвторого.
– Вот вам и разгадка!
– Да в чем разгадка-то?
– Ровно в полночь переключается число. В ноль часов ноль минут наступает предыдущая дата. Все действия этого дня прерываются и нас отбрасывает во вчера. Поэтому вы и не помните, как оказываетесь в кровати. Понятно? Лена ложится после двенадцати, поэтому с ней этот прыжок происходит постоянно. А Юрок обычно ложится до двенадцати, и с ним такого не было. А вчера он пошел пить минуты за три до полуночи, и дата переключилась именно в тот момент, когда он взял стакан. Все сходится.
– Если предположить, что все так, то почему с тобой этого не происходило? – спросил Юрасик.
– Я засыпаю рано, – сказал Глеб. – Мне вечером делать нечего. Да и я привык рано ложиться и рано вставать. Я же раньше бегом занимался по утрам, с отцом.
– Погодите, а что же происходит в тот промежуток, когда день уже переключился, а мы еще не проснулись? – заинтересовалась Лена.
– Наверное, мы спим. А может, этого промежутка и вовсе нет. Сразу после двенадцати наступает момент пробуждения во вчерашнем дне. Неизвестно. А хотите проверить мою теорию?
– Как это можно проверить?
– Нам надо собраться всем вместе и дождаться наступления полуночи. Чтобы у нас были одинаковые условия. Будем сидеть и ждать переключения даты. А потом сравним наши воспоминания, – азартно предложил Глеб. – И если я прав, они оборвутся в одну и ту же минуту, а мы проснемся каждый у себя в постели. Нам даже домой идти не придется.
– Как же мы сможем собраться все вместе в полночь? – засомневался Юрасик. – Что мы скажем дома? Меня никуда не отпустят.
– А я и сама никуда не пойду. Я ночью одних детей не оставлю, – твердо сказала Лена.
– Значит, мы придем к тебе, – категорично заявил Глеб. – Я смогу уйти, когда отец дежурит. А дежурит он… Точно, в праздник, Девятого мая, его не будет!
– А я? – спросил Юрасик. – У меня ведь никто не дежурит. Все ночью дома.
– Думай, шахматист, шевели мозгами! Перебирай варианты. Когда еще ты сможешь поучаствовать в научном эксперименте? – подзадорил его Глеб. – Хочешь, я тебя отпрошу? Твоя бабушка мне верит.
– Не надо. Я вспомнил. Десятого мая у нас были похороны, а девятого меня отправили ночевать к крестной на Солнечную улицу, – сказал Юрасик.
– Отлично! Значит, исследование назначаем на девятое мая, у Лены дома, – вынес решение Глеб.
– Эй, а меня кто-нибудь спросил? – возмущенно поинтересовалась Лена. – Очень вы мне нужны в квартире в двенадцать ночи!
– А разве ты против научных экспериментов? – удивился Глеб и, не договорив, вдруг вскочил с места. Перемахнув через скамейку, он присел на корточки и укрылся за спинами ребят. Те удивленно обернулись.
– Сядьте прямо и закройте меня, – зашипел Глеб, – вон от той парочки.
По соседней аллее медленно шли высокий мужчина и красивая женщина с длинными волосами. Женщина весело смеялась, а мужчина нежно обнимал ее за плечи. Ребята проводили их любопытными взглядами.
– Кто это? – спросила Лена, когда пара скрылась в глубине парка и Глеб вернулся на лавку.
– Мой отец, – нехотя ответил Глеб.
– А с ним кто?
– Это Вера, врач из нашей поликлиники.
– При чем здесь врач? Тебе она кто?
– Мне – никто! Отец с ней встречается. Вместо того чтобы проводить время со мной. В кино – с ней, в парк – с ней! А меня только спросит: уроки сделал? И даже ответ не слушает! – в сердцах выпалил Глеб.
– А почему ты от них прячешься? – спросил Юрасик.