Матвеев Герман Иванович - Тарантул стр 21.

Дом колониста был по-прежнему оцеплен, а внутри шел обыск. Чекисты добросовестно перетряхивали тряпки, листали книги, переставляли мебель.

- Где сержант? - спросил майор, входя в комнату.

- Он в подполе… вот здесь.

Майор спустился вниз и застал сержанта за странным занятием. Опустившись на колени около бочки, он выслушивал ее, как врач больного, плотно прижимаясь к ней ухом.

- Что случилось, Замятин?

- Часы… - сказал сержант, поднимая палец кверху.

Майор наклонился к бочке и, затаив дыхание, прислушался. Действительно, еле слышно тикали часы.

- Слышите?

- Слышу. Но они не здесь. Не в бочке.

- Я с ног сбился… и туда и сюда. Тикают где-то, проклятые, а понять не могу.

- Надо искать.

Они стали переходить с места на место, останавливаясь и прислушиваясь.

- Здесь. Где-то здесь, - сказал наконец майор, присев на корточки около закрома с картошкой. Сержант перешел к нему.

- Точно. Тут.

Начали разгребать картошку и сразу обнаружили три тяжелых чемодана заграничной работы. В одном из них тикали часы. Майор осторожно открыл чемодан.

- Что за багаж? - с удивлением пробормотал сержант, освещая лежавший внутри серый плоский пакет, размером как раз по чемодану.

- Этот багаж я давно ищу. Свети, свети, Замятин, а то как бы он не улетел наверх… - говорил майор, разглядывая пакет. - Вот этим кружочком они и закрыты. Ну, господи благослови, как говорится.

Он отодвинул кружок, под которым лежали часы.

- Пронесло пока что… Теперь надо их вынуть. Не привязаны ли они, черт их подери… Держись за воздух, Замятин.

Он осторожно приподнял сначала один край часов, затем другой, наконец решился и вынул их из углубления.

- Ну вот мы и живы с тобой, - сказал майор, вздохнув с облегчением.

- Хорошие часики! - простодушно заметил сержант.

- Да. Эти часики мы потом подарим тебе, мой дорогой, на память. Не найди ты их сейчас… Вот видишь этот шпенек… Он стоит на пяти. Значит, в пять часов этот домик со всеми потрохами должен был взлететь на воздух.

- Бомба, товарищ майор? - шепотом спросил сержант.

- Да. Двадцать минут нас отделяло от того света… Майор вдруг замолчал, невидящими глазами глядя в лицо сержанта. Замятин смутился, вытер нос рукавом.

- Замазался, наверно, я, товарищ майор…

Майор, казалось, не слышал его слов.

- Так. Сейчас без двадцати минут пять, - как бы очнувшись, сказал майор своим обычным тоном, взглянув на часы. - Времени у нас хватит. Товарищ Замятин, никому ни слова об адской машине. Сейчас вы возьмете двух бойцов и приведете сюда арестованного, однорукого инвалида. Видели его?

- Как же. До сих пор бок саднит, как он лягнул, когда мы навалились.

- Приведете сюда, а сами встанете у дверей снаружи. Я его допрошу. Здесь допрошу. Понятно вам?

- Понятно.

- С арестованным ни одного слова. Давайте быстро.

Когда они поднялись наверх и сержант, приказав двум бойцам следовать за собой, вышел из дома, майор прибрал на столе, достал из буфета хлеб, масло, открыл захваченную из подпола банку с маринованными грибами и приготовился встретить гостя.

21. Пять часов

Поимка шпиона совсем не означала, что он немедленно сознается в своих преступлениях. Майор и не рассчитывал на это. Наоборот, он готовился к напряженной психологической борьбе. Теперь у него в голове сложился новый план, настолько увлекательный, что стоило попробовать.

Шпион уверенно вошел в комнату и насмешливо уставился на майора.

- Товарищ майор, по вашему приказанию… - начал докладывать сержант.

- Хорошо. Оставьте нас вдвоем.

Сержант откозырял, сделал знак конвоирам и вышел вместе с ними.

- Садитесь, Петр Иванович, - любезно предложил майор, указывая на стул.

- Почему вы нас не отправляете?

- Скоро отправлю. Вызвал санитарную машину за ранеными. Ваш друг неважно себя чувствует. Садитесь, поговорим. Время у нас есть.

- А сколько сейчас времени?

- Без четверти пять, - сказал майор, взглянув на свои часы.

Однорукий сердито посмотрел на вещи, в беспорядке разбросанные кругом, и криво усмехнулся.

- Что вам дал обыск? Нашли что-нибудь?

- Я и не рассчитывал что-нибудь найти у такого практика… Да вы присядьте.

Однорукий неохотно сел на предложенный ему стул.

- Хотите поесть? Я вас рано поднял, - наверно, и позавтракать не успели.

- Зачем вы привели меня сюда?

- Имею несколько вопросов.

- Я не буду отвечать здесь. Везите, куда следует, там и поговорим.

- Это само собой, но мне, знаете ли, очень хотелось познакомиться с вами скорей. Много о вас я слышал. Человек вы умный, сами понимаете, что карта ваша бита, так я рассчитываю на вашу полную откровенность.

- Нет. Отправляйте в тюрьму, а там будет видно.

- Чего вы так в тюрьму торопитесь? Успеете.

Шпион посмотрел на него долгим холодным взглядом, видимо рассчитывая минуты.

"Что, если он скажет об адской машине?" - мелькнуло в голове майора.

- А у вас, я вижу, кошки на сердце скребут, - злорадно сказал он и усмехнулся.

- Почему кошки?

- Трусите. И пальцы дрожат… Да, спета ваша песенка, Петр Иванович.

Эти слова и тон, каким они были сказаны, больно хлестнули по самолюбию шпиона. Он откинулся на спинку стула и высокомерно взглянул на майора.

- Вы хотите от меня откровенности? Пожалуйста. Скажу откровенно, что вы глупы, как пробка.

Майор расхохотался.

- Неужели я таким выгляжу? Раньше мне говорили другое… Но все-таки как же это случилось, что я вас поймал? Вы умны, а я глуп, и вдруг…

- Что ж, повезло вам.

- Ах, вот в чем дело!

- Да, но только ненадолго.

- Неужели рассчитываете убежать?

- Эх… убежать! - сказал шпион.

Он сжал руку в кулак так, что захрустели суставы, и этим немного успокоил себя.

- Трусите, трусите, - со смехом сказал опять майор. - Я вашу натуру немного знаю. "Молодец против овец"… Слышали такую пословицу?

Не стоило больше дразнить его. Однорукий засунул руку в карман и слегка покачивался на стуле. Он не слушал майора. О чем он думал? Что за борьба происходила в его душе? Угадать было трудно.

Драгоценные минуты уходили бесполезно. Майор уже решил, что все потеряно, план его провалился, как вдруг инвалид вздрогнул и, подняв мутные глаза, хрипло спросил:

- Что вы хотите от меня?

- Система вашей работы - раз, ваши соучастники - два, ваши задания, кроме ракет, - три… Ну, и пока хватит.

- Сколько времени?

- Без восьми минут пять часов.

- Уже без восьми… - откашлявшись, горько заговорил шпион. - Самое неумолимое в жизни - это время. - Он неожиданно встал и запел: - "Что час, то короче к могиле наш путь…" Такая песня была в дни моей молодости, - пояснил он. - Теперь только я понял эти слова. Нет. Я не боюсь смерти… Я знал, куда иду и зачем иду. Обидно только то, что плоды будут пожинать другие. Не завтра - послезавтра Ленинград падет, и в этом есть и моя заслуга. Я ждал этой минуты давно. Я готовился к ней…

- Выпейте воды.

Однорукий вытер пену, выступившую у него на губах, выпил залпом предложенную воду и безумными глазами посмотрел на майора. Лицо его было бледно, и верхняя губа чуть подергивалась.

- Сколько времени?.. А впрочем, не надо… не говорите… Вы справедливо сказали, - моя карта бита… Да, бита, только не вами. У вас еще нос не дорос, чтобы меня обвести вокруг пальца. И сейчас вы это узнаете. Да, да… сейчас… скоро…

- Ближе к делу, - сухо заметил майор.

- Ближе к делу? Извольте… Я вам скажу. Все, все… Но предупреждаю, что вы не воспользуетесь этими показаниями. Не понимаете? Не верите мне? А я говорю правду, сущую правду. Этого вы ведь и хотели от меня? Так вот: в нашей игре мы оба проиграли. Итак, - система? Моя система - это круги. Я прибыл в Ленинград и окружаю себя людьми: Семен, эти немцы - хозяева дома…

- Воронов с племянником, - подсказал майор. - Ага… Вы уже пронюхали? Да, Воронов.

- А еще?

- Записывайте, гражданин следователь. Фрост из Электротока, Шварцер из Петрорайгужа, - начал он торопливо перечислять фамилии предателей, давая им хлесткие циничные характеристики, указывая адреса и приметы.

- Записывайте. Это мой круг. Эти люди общаются со мной и больше никого не знают. Друг с другом они почти не знакомы. Кроме меня, есть в Ленинграде другие круги, в центре их - другие люди, но я о них ничего не знаю.

- Кто же руководит вами?

- Его здесь нет. Он за линией фронта и приедет сюда вместе с германской армией.

- Каким путем вас снабжают?

- Самолетом.

- Где сбрасывают груз?

- На Всеволожской, на совхозном поле.

- Есть определенный день?

- Мы вызываем самолет по радио.

- Где находится приемник?

- У Семена на чердаке. Там же спрятаны боеприпасы. Пишите скорей… Что вы еще хотите знать? Что я задушил свою собственную дочь… Что я пытал ваших людей…

- Об этом - в другой раз. Кроме ракет "зеленые цепочки", какие у вас еще были задания?

- Откуда вы знаете о "зеленых цепочках"?

- Отвечайте.

- Да, были… Литейный мост мы взорвем в день штурма и отрежем отход… Мы собираем военные сведения и по радио передаем в штаб разведки. Составляем списки… Вам хочется иметь шифр? Да? Он у Шварцера, о котором я говорил, спрятан в несгораемом шкафу вместе с советскими документами. Мы уже начинаем путать свое с вашим… Скоро все будет наше.

- Почему вы убили вашего сообщника у Сиверской?