Тесс Герритсен - Умереть снова стр 3.

- Я переволновался. Я забыл, - бормочет мистер Мацунага, виновато склонив голову.

- Послушайте, я всего лишь стараюсь уберечь вас. - Джонни делает глубокий вдох и тихо произносит: - Простите за то, что накричал. Но в прошлом году мой коллега поехал на сафари с двумя клиентами. Прежде, чем он успел их остановить, они оба выскочили из внедорожника, чтобы сделать фотографии. Львы схватили их в мгновение ока.

- Вы имеете в виду… они убили их? - спрашивает Эллиот.

- Это то, что львы запрограммированы делать, Эллиот. Так что, наслаждайтесь видом, на здоровье, но внутри машины, договорились?

Джонни издает смешок, чтобы снять напряжение, но мы все еще напуганы, - группа непослушных детей, которые внезапно стали дисциплинированными. Теперь щелчки фотокамер вызывают противоречивые чувства, эти снимки маскируют наш дискомфорт. Мы все в шоке от того, как Джонни накинулся на мистера Мацунагу. Я разглядываю спину Джонни, которая находится прямо передо мной, вены на его шее вздулись, словно толстые побеги лозы. Он снова запускает двигатель. Мы покидаем львов и направляемся к месту нашей следующей стоянки.

На закате приходит время для выпивки. Разбив пять палаток и разведя костер, следопыт Кларенс открывает алюминиевый ящик с алкоголем, который весь день грохотал в задней части грузовика, и расставляет бутылки с джином и виски, водкой и "Амарулой". Последний я особенно любила - сладкий сливочный ликер из плодов африканского дерева марула. На вкус он был как тысяча пьяных калорий кофе и шоколада, как то, что ребенок глотнул бы тайком, пока его мать отвернулась. Кларенс подмигивает мне, словно непослушному ребенку, протягивая стакан, потому что все остальные потягивают взрослые напитки вроде теплого джина с тоником или чистого виски. Это та часть дня, когда я думаю: "Да, хорошо быть в Африке". Когда все трудности этого дня, насекомые и напряженность между мной и Ричардом растворяются в приятной хмельной дымке, я усаживаюсь на складной стул и наблюдаю за тем, как садится солнце. За тем, как Кларенс готовит незамысловатый ужин из тушенки, хлеба и фруктов, а Джонни натягивает проволоку с колокольчиками вокруг периметра, которая предупредит нас, если кто-то забредет в лагерь. Я замечаю, как силуэт Джонни, двигающийся против закатного солнца, внезапно поднимает голову, словно принюхиваясь и впитывая тысячи запахов, о которых я даже не подозреваю. Он словно еще одно создание буша, так органично вписывающееся в это дикое место, что я почти ожидаю, что он откроет рот и заревет как лев.

Я поворачиваюсь к Кларенсу, который помешивает в котелке бурлящее рагу.

- Давно Вы работаете с Джонни? - спрашиваю я.

- С Джонни? Первый раз.

- И прежде Вы никогда не были его следопытом?

Кларенс энергично посыпает перцем рагу.

- Мой кузен - следопыт Джонни. Но на этой неделе Абрахам поехал на похороны в свою деревню. Он попросил меня заменить его.

- А что Абрахам говорит о Джонни?

Кларенс усмехается, его белые зубы сверкают в сумерках.

- О, мой кузен рассказывает о нем множество историй. Множество. Он считает, что Джонни следовало бы родиться шангааном, потому что он такой же, как мы. Только белолицый.

- Шангааном? Это Ваше племя?

Он кивает.

- Мы пришли из провинции Лимпопо. Из Южной Африки.

- Так вот на каком языке вы с ним иногда разговариваете?

Он издает виноватый смешок.

- Когда мы не хотим, чтобы вы знали, о чем мы говорим.

Полагаю, ни о чем приятном. Мистер и миссис Мацунага старательно разглядывают фотографии, которые они сняли сегодня на свою камеру. Вивиан и Сильвия откинулись на стульях в своих топах с глубокими вырезами, источая феромоны, заставляющие несчастного неуклюжего Эллиота, как обычно, лебезить перед ними. "Девчонки, вы не замерзли? Может, принести ваши свитеры? Хотите еще джина с тоником?"

Ричард вылезает из палатки в свежей рубашке. Его ждет пустой стул возле меня, но он проходит мимо. Вместо этого он садится рядом с Вивиан и принимается распушать перья. "Как вам нравится наше сафари? Вы когда-нибудь бывали в Лондоне? Я был бы счастлив отправить тебе и Сильвии экземпляр "Блэкджека" с автографом, когда ее опубликуют".

Разумеется, теперь все они знают, кто он такой. В их первую встречу Ричард сразу же невзначай упомянул, что он Ричард Ренвик - автор триллеров, создатель героя Джекмена Триппа из "Миссия невыполнима - 5". К несчастью, ни один из них никогда не слышал о Ричарде или его персонаже, что сделало его раздражительным в первый день сафари. Но теперь он вернулся в форму, и занялся тем, что ему лучше всего удавалось: очаровывать свою аудиторию. Думаю, он слишком уж разошелся. Даже чересчур. Но если я потом выскажу ему это, то точно знаю, что он скажет. "Именно так должны поступать писатели, Милли. Мы должны быть общительными и привлекать новых читателей". Забавно, что Ричард никогда не старается быть общительным со старушками, предпочитая симпатичных девушек. Я помню, как он обрушил на меня это очарование четыре года назад, подписывая экземпляры "Уничтожить объект" в книжном магазине, где я работаю. Когда Ричард в ударе, перед ним невозможно устоять, и теперь я вижу, что он смотрит на Вивиан так же, как смотрел на меня несколько лет назад. "Голуаз" скользит между его губ, он наклоняется вперед, прикуривая от своей зажигалки из стерлингового серебра, в стиле своего мужественного героя Джекмена Триппа.

Пустой стул рядом со мной кажется черной дырой, высасывающей всю радость из моего настроения. Я собираюсь подняться и вернуться в палатку, когда внезапно Джонни садится на стул подле меня. Он не произносит ни слова, лишь рассматривает группу, словно изучая нас. Я полагаю, он постоянно нас изучает, и мне интересно, что он видит, когда смотрит на меня. Такая же я покорная, как и все остальные жены и подружки, которых притащили в буш фантазии их мужчин?

Его взгляд смущает меня, и мне приходится нарушить молчание.

- Эти колокольчики вокруг лагеря действительно работают? - спрашиваю я. - Или они там лишь для того, чтобы внушить нам чувство безопасности?

- Они служат первым предупреждением.

- Когда прошлой ночью леопард вошел в лагерь, я их не слышала.

- Я слышал. - Он наклоняется вперед, подбрасывая дрова в огонь. - Вероятно, сегодня ночью мы услышим их вновь.

- Вы считаете, за нами наблюдают еще леопарды?

- На этот раз гиены. - Он указывает в темноту за пределами нашего лагеря. - Около шести наблюдают за нами прямо сейчас.

- Что? - Я вглядываюсь в ночь. Только теперь я замечаю отблеск чьих-то глаз в кустах.

- Они терпеливы. Выжидают, останется ли еда, которой можно будет поживиться. Выйдете наружу в одиночку, и сами станете едой. - Он пожимает плечами. - Именно для этого вы и наняли меня.

- Для того чтобы не дать нам стать чьим-то ужином.

- Мне бы не заплатили, если бы я потерял слишком много клиентов.

- А слишком много - это сколько?

- Вы стали бы всего лишь третьей.

- Это же шутка, правда?

Он улыбается. Хотя он примерно ровесник Ричарда, жизнь под африканским солнцем выгравировала морщины вокруг глаз Джонни. Он ободряюще накрывает ладонью мою руку, и это поражает меня, потому что он не тот человек, который любит излишние прикосновения.

- Да, это шутка. Я никогда не терял клиентов.

- Мне трудно понять, когда Вы говорите серьезно.

- Когда я буду серьезен, Вы это поймете. - Он оборачивается к Кларенсу, который что-то говорит ему на языке шангаан. - Ужин готов.

Я бросаю взгляд на Ричарда, чтобы понять, заметил ли он, что Джонни разговаривает со мной, а ладонь Джонни покоится на моей руке. Но Ричард настолько поглощен Вивиан, что я с таким же успехом могла бы быть невидимкой.

- Именно так должны поступать писатели, - предсказуемо поясняет Ричард, когда той ночью мы лежим в своей палатке. - Я всего лишь привлекаю новых читателей.

Мы говорим шепотом, потому что стенки тонкие, а палатки стоят близко друг к другу.

- Помимо этого, я отчасти чувствую себя защитником. Они тут сами по себе, две девушки в буше. Отправились за приключениями, когда им всего по двадцать с небольшим, тебе так не кажется? Тебе стоило бы ими восхищаться.

- Очевидно, ими восхищается Эллиот, - замечаю я.

- Эллиот восхищается всеми, у кого есть две Х-хромосомы.

- Вообще-то они здесь не сами по себе. Он подписался на эту поездку из-за них.

- И это чертовски утомительно для них. Он все время торчит неподалеку с этими своими коровьими глазами.

- Девушки пригласили его. Эллиот сам так сказал.