Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
ГЛАВА VI
ДРУГОЙ СТРАННЫЙ КЛИЕНТ ПОХОРОННОГО БЮРО
Под вечер в похоронное бюро Trustiness зашел другой покупатель. Был он несколько грузноватым и стриженным наголо, лет под сорок. Говорил он по-английски. Сверяясь с бумажкой, посетитель назвал модель гроба, которую хотел бы приобрести. Это был точно такой же гроб, какой купил другой иностранец несколькими часами ранее.
Клерк за конторкой стоял тот же самый. Он удивился и обрадовался одновременно. Такие дорогие модели обычно покупали один раз в месяц, а тут - две штуки в один день. Предчувствуя хорошие премиальные, он заглянул в компьютер, и лицо его приняло огорченное выражение.
- К сожалению, такой модели нет на складе, - сказал он. - Не хотите ли взять другую? У нас имеются не хуже и даже лучше за такую цену.
- Мне нужна именно эта, - ответил покупатель.
Клерк развел руками:
- Таких сейчас нет. Вам придется подождать до завтра.
Покупатель презрительно скривился:
- До завтра я уже куплю в другом месте.
Клерк с сомнением покачал головой:
- Не думаю, что они есть еще у кого-нибудь в городе.
Покупатель ему не поверил:
- Что вы говорите? В самом деле? Вот мы и проверим.
Он повернулся и не спеша направился к двери. Клерк не мог отпустить его просто так. Как и все работающие в похоронном бизнесе, он привык бороться за клиента до последнего и продолжать борьбу даже после того, как надежда заполучить его казалась уже безнадежно потерянной.
- Подождите! - окликнул он клиента. - Я могу узнать, где они точно есть, чтобы вам не искать напрасно.
Тот остановился и вернулся к конторке:
- Это было бы кстати.
Клерк набрал номер знакомого из похоронной фирмы в соседнем Роттердаме. Он знал, что они закупали гробы у того же производителя из Италии. Между ними существовала негласная договоренность о перенаправлении клиентов, если тем требовалось то, чего в данный момент в данном похоронном бюро не было. За дополнительную плату, разумеется.
Звонил он не с рабочего телефона, а с мобильного. Оглянувшись на нетерпеливо переминавшегося с ноги на ногу клиента, он отошел к окну и понизил голос. К счастью, знакомый в это время был на работе. Быстро выяснилось, что именно такой гроб в продаже имеется. Клерк попросил его придержать, оговорил свои комиссионные и нажал отбой.
Клиент смотрел на него вопросительно.
- Все в порядке, - улыбнулся ему клерк.
Он написал на листочке координаты роттердамского похоронного бюро и отдал клиенту. Тот отблагодарил его купюрой в пятьдесят долларов.
- Можно вопрос? - спросил клерк.
Клиент, уже собравшийся уходить, посмотрел на него с удивлением, но после секундной паузы кивнул:
- Валяйте.
- Зачем вам этот гроб? - выпалил клерк, чувствуя, что вопрос звучит по-дурацки и он нарушает сейчас неписаные правила похоронного бизнеса.
- Я набью его конфетами и отправлю детишкам на день рождения, - мрачно ответил посетитель, глядя ему в глаза.
От этого взгляда у клерка мороз пошел по спине. Он замер с полуоткрытым ртом. Клерк всегда считал, что черный юмор - привилегия работников похоронного бизнеса. Но вот и клиент выискался, готовый пошутить в том же духе. Не очень-то он походил на убитого горем родственника.
Совладав с замешательством, клерк натянуто улыбнулся:
- Смешно. У вас хорошее чувство юмора.
- Спасибо.
- А если серьезно?
- Чтобы положить туда покойника. А что, вы кладете туда живых? - Клиент смерил клерка взглядом, как бы прикидывая, как тот будет смотреться в гробу.
- Нет. - Клерк уже корил себя за длинный язык.
Он подумал, что если клиент пожалуется на его болтливость начальству, то его, пожалуй, и с работы могут уволить.
Клиент пошел к выходу. Клерк смотрел ему вслед. У него совсем вылетело из головы, что надо было бы спросить об участке на кладбище, организации похорон, костюме для покойника, венках и тому подобном. Он подумал также, что надо было бы на всякий случай записать номер машины посетителя, но не посмел выйти на улицу и посмотреть, на чем тот приехал. "Опасные люди, - подумал он об обоих покупателях, которые почему-то объединились в его сознании. - Их не видно, пока с ними не заговоришь. Но потом сразу понимаешь, с кем имеешь дело".
Некоторое время он колебался, не сообщить ли о странных типах в полицию, но в итоге отказался от этой мысли. Во-первых, сообщать было особенно нечего. Ну купил один очень дорогой гроб, не заказав при этом ни церемонии, ни атрибутов, ни места на кладбище. А другой хотел купить точно такой же и на другую модель не соглашался. Ну и что? Это не преступление.
А во-вторых, не стоило привлекать внимание полиции к похоронному бюро. Это не способствует нормальному функционированию бизнеса.
ГЛАВА VII
ПОСТАНОВЛЕНИЕ ДУМЫ
Дума припомнила Гаагскому трибуналу все: и прежние смерти заключенных, в основном сербов, и необоснованные оправдания тех, кто противостоял сербам, и оскорбительный отказ отпустить Слободана на лечение в Москву. Не посмотрели даже на гарантии российского правительства о его возвращении обратно после излечения. России не поверили. И кто? Какой-то странный трибунал, созданный Совбезом ООН, не имевшим на это права, и какие-то третьестепенные чиновники ООН. Впрочем, все понимали, что решали конечно же не они.
В среду 15 марта Дума приняла постановление, призывавшее к роспуску трибунала:
"11 марта 2006 года в Гааге в тюрьме Международного трибунала для судебного преследования лиц, ответственных за серьезные нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии с 1991 года (МТБЮ), скончался бывший Президент Союзной Республики Югославии Слободан Милосович, - говорилось в нем. - Депутаты Государственной думы Федерального собрания Российской Федерации выражают искренние соболезнования родным и близким С. Милосовича.
Из жизни ушел яркий политик, пик деятельности которого совпал с наиболее трагическим периодом в истории этого государства. Оценка личности С. Милосовича и его роли в событиях на Балканах 1991–1999 годов, по убеждению депутатов Государственной думы, должна быть дана прежде всего теми народами, к судьбам которых он имел непосредственное отношение. Очевидно, что объективной и взвешенной такая оценка может быть лишь по прошествии времени.
Государственная дума, опираясь на мнение международного консилиума, неоднократно выражала обеспокоенность состоянием здоровья С. Милосовича и исходя из соображений гуманности обращалась к МТБЮ с призывом о временном приостановлении судебного процесса над ним. Российская Федерация была готова принять С. Милосовича на лечение и предоставить МТБЮ гарантии его возвращения в Гаагу.
Однако трибунал проигнорировал эти обращения, взяв на себя тем самым всю полноту ответственности за жизнь С. Милосовича. В связи с этим необходимо в срочном порядке организовать проведение независимого международного расследования причин и обстоятельств смерти С.Милосовича. Причины его смерти, будь то халатность или злой умысел, должны быть названы, и виновные предстать перед судом.
По мнению депутатов Государственной думы, МТБЮ так и не удалось реализовать идею своего создания. Принятые за все время существования трибунала решения отличает крайняя степень политизированности и предвзятости. Двойные стандарты стали нормой его работы.
Совершенно недопустимы факты грубейшего нарушения прав человека в гаагской тюрьме МТБЮ, выразившиеся, в частности, в неоказании квалифицированной медицинской помощи нуждающемуся в ней заключенному. Смерть С. Милосовича - не первый случай гибели заключенного - представителя бывшего сербского руководства. Немногим ранее этот печальный список пополнил лидер хорватских сербов Милан Бабич. Такая трагическая цепь событий находится в явном диссонансе со звучащими в Европе призывами к безусловному соблюдению прав человека и отказу от двойных стандартов, в том числе при осуществлении правосудия.
Государственная дума вновь заявляет о необходимости прекращения в кратчайшие сроки расследования всех находящихся в настоящее время в производстве МТБЮ дел в рамках так называемой стратегии завершения работы, утвержденной Советом Безопасности ООН, а также о нецелесообразности дальнейшей деятельности МТБЮ".
ГЛАВА VIII
МИРА СОБИРАЕТСЯ НА ПОХОРОНЫ
16 марта Мире, вдове Слободана, позвонил ее адвокат из Белграда. Он был юридическим советником не только у нее, но и у Слободана, когда тот еще был президентом.
- Ну, что там? - спросила она. - Он согласился на мой приезд?
Адвокат понял, что она имела в виду президента страны, и замешкался с ответом.
- Он сказал, пусть решает суд, - наконец произнес он.
- Не согласен, значит, - резюмировала Мира. - Ты сам с ним говорил?
Адвокат скептически хмыкнул:
- Я еще не достиг таких высот.
- Однако же со мной ты разговариваешь, - парировала Мира.
- Да, конечно, - поспешно согласился адвокат. - Но вы - совсем другое дело. Вы же знаете эти новые власти.
Мира знала их даже слишком хорошо. Да и немудрено, если вся политическая кухня разворачивалась прямо перед ее глазами.
Это был позор - фактическое похищение ее мужа и выдача его Гаагскому трибуналу. Выдать трибуналу бывшего национального лидера, да еще и вывезти его из страны! Тот случай, когда впоследствии забываются все причины, а помнится лишь одно - выдали. И от этого на душе у любого современника становится скверно, чтобы не сказать - мерзко. Национальных лидеров предавать не годится, чем бы это для страны ни обернулось. А обернулось все совсем плохо.