- Не ссорьтесь. Сейчас посмотрим, - разрезав бинт, Джин осторожно размотала повязку.
- Что вы торчите тут, глазеете? Спать пошли. Все по местам! - Ахмет прикрикнул на сыновей.
Три мальчика, почти одновременно вскочив, юркнули за небольшую ширму из корзин, разделявшую комнату на две части, и улеглись там на тюфяки.
- Воспаление серьезное. Рана загноилась. Его надо удалять, и как можно скорее. Нужна операция, - сообщила Джин, осматривая порез.
Она повернулась к Абии и Ахмету.
- Вы говорите, у них нет хирурга?
- Нет у них хирурга, - даже в темноте было заметно, как мать побледнела от страха. - Прежнего уволили, так как он в выступлениях протеста участие принимал, а нового из Дамаска еще не прислали. Не выживет моя девочка? - Абия закрыла лицо руками и всхлипнула.
- Не хнычь, - Ахмет стукнул женщину по плечу, но было видно, насколько он сам встревожен.
- Я вас обманывать не буду… Я не исключаю сепсиса, - сдержанно ответила Джин. - В домашних условиях справиться с сепсисом невозможно. Его можно лечить только в стационаре, но и там многое зависит от природного иммунитета девочки, от врачей, которые будут ее лечить, от их квалификации. В местной поликлинике, как вы говорите, даже нет хирурга, - она пожала плечами. - Одним словом, до сепсиса в любых условиях лучше не доводить. Чем скорее мы вскроем и вычистим рану, тем быстрее девочка поправится.
- Как мы можем это сделать? - Абия пожала плечами, и в отблесках света, исходящего от лампы, были видны слезы на ее лице.
- Я могу провести такую процедуру. Если вы мне поможете, то сделаю это прямо здесь, - ответила Джин, глядя на нее.
- Мы поможем, но как? - Абия поспешно вытерла фартуком глаза. - Правда, отец, поможем? - женщина взглянула на мужа. - Смотри, Аллах послал нам доктора. Я же говорила - надо молиться, молиться - и спасение придет.
- Да, поможем, - Ахмет на мгновение задумался и потом решительно кивнул. - Что нужно делать? - деловито спросил он.
- Во-первых, надо вскипятить воды. Во-вторых, у вас есть какие-то ягоды, свежие или сушеные? Надо сделать кислое питье - не горячее, но и не холодное. Сначала заварить, а потом остудить. У девочки высокая температура и сильное обезвоживание. Ей надо постоянно понемногу давать пить, - попросила Джин.
- У меня осталась моченая ежевика, я сейчас принесу, - вскочив, Абия побежала на террасу.
- Очень хорошо, подойдет, - одобрила Джин. - Заварите чай с ежевикой, можно еще добавить яблочного листа и остудите, потом дайте дочке попить. Пока девочка не восстановит водный баланс, делать что-то опасно. Организм может не выдержать. Теперь следующее. У вас есть какой-то нож с широким лезвием или широкий кусок металла? Также мне понадобятся щипцы, которыми можно его держать.
- Да, найдется, но зачем? - Ахмет с сомнением покачал головой.
- Мы обожжем рану. Это старый, даже можно сказать, древний способ дезинфекции, когда вообще ничего нет под рукой. Так спасались от заражения еще воины Александра Македонского, и я вижу, он до сих пор не утратил актуальности, - ответила Джин.
- Обожжете? Ей же больно будет, - Абия в шоке чуть не выронила кувшин с питьем.
- Другого выхода нет. Рана почернела по краям, посмотрите сами, значит, может начаться некроз. Отмершие ткани надо срочно удалить, чтобы они не заражали организм, иначе может случиться септический шок, сердце остановится - и все, никто уже не поможет. Да, будет больно, но все пройдет очень быстро, зато состояние девочки улучшится, - серьезно ответила Джин.
- Отец, у тебя где тот нож охотничий? Что-то я давно его не видела. Он тупой, наверное, - повернулась Абия к мужу.
- Мне острый не надо, - объяснила Джин. - Мне не лезвие надо, а сам металл. Я резать ничего не буду, резать нельзя, иначе инфекция распространится по организму. Выжигать - совсем другое дело. Покажите мне этот нож, - попросила она.
- Сейчас, сейчас, - Ахмет зашел за ширму. Было слышно, как он переставляет какие-то предметы.
- Питье готово? - спросила Джин женщину.
- Да, да, остыло, - откликнулась та.
- Дайте девочке попить. Видите, у нее губы потрескались, вся кожа суше пергамента. Что ж вы ей воды не давали хотя бы? - Джин приподняла голову больной.
- Так доктор сказал, нельзя.
- Как "нельзя"? Может, это и не настоящий доктор был? При любой высокой температуре надо давать питье, чтобы выходили токсины! - возмутилась Джин.
- Не знаю. Мне соседка сказала, он у вас в России учился, - Абия пожала плечами.
""У нас в России", - Джин повторила про себя с грустной иронией. - В России не самая лучшая медицина, конечно, но и там так не научат. Будущий доктор наверняка бездельничал, на занятия не ходил, болтался с девушками, а государство за него деньги платило. Раз заплачено, так и диплом дали. Не в России же он будет работать. Вот за холмами в Израиле подобного бы не допустили, как их ни ругай. Там врачи даже в шаббат работают, и никаких отговорок им не позволяется".
- Пей, пей, еще немного. Хорошо, еще чуть-чуть… - Джин осторожно поднесла чашку к губам девочки, и та жадно начала глотать кисловатую ягодную воду.
- Вот этот нож, - вышел Ахмет из-за ширмы. - Еще моего деда. Он был хорошим охотником и с этим ножом на рысь ходил. Она на него бросалась, а он на нее, этим кинжалом прямо в сердце ей…
- Пока одна такая рысь, которая ловчее оказалась, его самого в клочья не порвала, - мрачно добавила Абия. - Так ваша охота и закончилась. В хозяйстве теперь используем нож - порубить что, построгать, - объяснила она.
- Дайте взглянуть, пожалуйста, - Джин протянула руку и взяла нож, - а сейчас дайте девочке еще попить, - попросила она Абию. - Еще чашку или полторы. Пока не будет достаточно.
Разглядывая нож, Джин подошла к очагу.
- Лезвие хорошее, широкое, сталь дамасская. Значит, нож крепкий. Рукоятка, правда, деревянная, и нагреется, но надо ее тряпками обмотать. Пожалуй, этот нож нам подойдет.
Женщина повернулась к Ахмету.
- Вы будете нагревать его, сильно, добела, как говорится, чтобы раскалился, как следует. Не сейчас, чуть позже. Надо дать воде возможность распределиться по организму, - Джин взглянула на девочку, - вот как лицо немного посветлеет, уйдет желтоватый налет, то будет ясно - интоксикация снизилась. Тогда можно. Пока, скажите мне, какие у вас есть в доме фрукты, овощи?
- Зачем? Для еды? - хозяйка вновь пожала плечами.
- Нет, чтобы потом на рану положить и дезинфицировать ее, гной вытягивать, - ответила Джин. - Некоторые растения ничуть не хуже хороших лекарств действуют, надо их только применять правильно. Вот, морковь с ботвой, например, у вас имеется? - сосредоточенно спросила молодая женщина.
- Имеется. Сегодня утром с огорода сняла, с ботвой прямо, очистить не успела, - кивнула Абия.
- Очень хорошо, - улыбнулась Джин. - Сейчас девочка пусть немного полежит в покое, а вы, - попросила она Абию, - нарубите морковь вместе с ботвой очень мелко, а еще лучше - натрите, тоже мелко, и обязательно вместе с ботвой, - повторила она, - нужна зелень, хлорофилл, служащий природным антисептиком. Потом заверните небольшое количество в марлю или в хлопчатобумажную салфетку. Только хлопчатобумажную. Помните, любая синтетика исключается. Держите поблизости наше лекарство. Мы закрепим его повязкой. Морковь будет впитывать выделяющийся гной и дезинфицировать рану. Повязку надо менять раз в сутки, пока рана не очистится и не начнет затягиваться.
- Я порублю, порублю. Мне для девочки моей ничего не жалко! - воскликнула Абия, снова выбегая на террасу. - Вы, Ахмет, пока, если не боитесь змей, выйдите на улицу и соберите немного сосновой хвои, - поручила Джин отцу. - Мы ее заварим как дезинфицирующий настой, которым промоем рану сразу после операции. Он обладает хорошими дубильными качествами. Потом сразу начинайте нагревать нож. Видите, желтизна уходит, в тканях появляется влага. Скоро можно будет действовать, - Джин заглянула девочке в лицо.
- Не боится он, - ответила за мужа Абия. - Иди, Ахмет, скорее.
- Сейчас иду.
Накинув на плечи овечью телогрейку без рукавов, мужчина вышел из дома. Джин обратила внимание на его босые ноги. Она представила себе, как это - идти босиком по тропинке, по обеим сторонам которой, в кустах, кишат змеи. Она никогда бы не решилась.
- Палку, палку от змей возьми! - крикнула мужу вслед Абия. - Не хватает, чтобы тебя еще покусали. Ушел, - она махнула рукой. - Он, в отличие от меня, этих тварей не боится. Муж здесь вырос, с детства с ними живет. Это я из города приехала. Девочка слышит нас? - Абия подошла на цыпочках, держа в руках несколько морковин с длинной зеленой ботвой, и показала на дочку. - Я вот ей говорю, а она не реагирует.
- Давно так? - спросила Джин.
- Почти весь день…
- Она нас слышит, но сама не осознает, - Джин вновь прикоснулась ладонью ко лбу девочки. - Она в беспамятстве, и у нее развивается сильный токсический шок, отравление организма. Когда мы вскроем рану и гной выйдет, шок начнет спадать, ей станет легче, она придет в себя. Надо будет менять повязки, давать питье, а остальное природа, организм сделают сами. Им только надо немного помочь.
- Кто же вас научил такому детальному лечению? - сказала Абия. Она вернулась на террасу и резала морковь.