Всего за 159 руб. Купить полную версию
- Слушай, а отчего он умер? - спросила Настя, поддерживая разговор, чтобы отвлечься от неприятных мыслей о Денисове и тягостного ожидания телефонного звонка. - Он же молодой был.
- Верно, чуть за тридцать. Наркотики, наверное. Ты же знаешь, у них это модно, все подряд колются, нюхают, глотают.
- Но не убийство?
- Нет, в больнице умер. Угостила бы кофейком-то, жмотина. Сама пьешь, а я слюни глотаю.
- Ох, прости! - спохватилась она. - Сейчас сделаю.
Она как-то бестолково засуетилась, наливая из графина воду в большую керамическую кружку, долго искала кипятильник, который лежал прямо у нее под носом, неловко повернулась и смахнула на пол коробку с сахаром.
- Черт, да что это со мной, - с досадой пробормотала она, опускаясь на корточки и собирая рассыпавшиеся по полу кусочки.
- И в самом деле, мать, что это с тобой сегодня! - подхватил Коротков, не сводя с нее внимательного взгляда. - Ты прямо не в себе. Случилось что-нибудь?
- Нет, все в порядке. Просто настроение не то.
- Врешь ты, Аська, и не краснеешь. На тебе ж лица нет. Говори быстро, что стряслось.
- Скажу, если пообещаешь молчать.
- В смысле никому не говорить? Обижаешь, я - могила.
- Нет, в смысле не комментировать и не давать советы. Ты спросил - я сказала, и все.
- Ну, говори.
- Понимаешь, ко мне обратился Эдуард Петрович Денисов…
- Какой Денисов? - встрепенулся Юра. - Тот самый?
- Тот самый. Он посылает в Москву какого-то частного детектива и просит, чтобы я ему помогала. А я, естественно, боюсь, что он меня втемную хочет использовать в каких-то грязных делах.
- А отказать нельзя? Ты разве ему чем-то обязана?
- В том-то и дело. Помнишь прошлогоднюю историю с убийством милиционера Кости Малушкина?
- Помню. И что?
- У меня был единственный свидетель, который видел Костю вместе с убийцей. Но этот свидетель не хотел давать показания, он хотел сам убить этого парня, Ерохина, который застрелил Костю. У него к Ерохину был свой счет, очень давний. Короче, я боялась, что он действительно убьет Ерохина вместо того, чтобы дать на него показания и позволить арестовать. И попросила одного человека ходить за этим свидетелем по пятам и не дать ему совершить убийство. Ерохин, правда, оказался, проворнее и убил обоих - и свидетеля, и моего человека, который его оберегал. Так вот, этот человек был внебрачным сыном Денисова.
- Ох ты! Почему ты мне ничего не рассказывала? Аська, ты что, не понимаешь, что влипла на веки вечные?
- Да понимаю я!
От напряжения она даже повысила голос, сама того не замечая.
- Все я понимаю прекрасно. И что мне теперь прикажешь делать? Волосы на голове рвать? Что сделано - то сделано, Колобок меня заранее предупреждал, когда я только собиралась обратиться к Денисову за помощью, а я, дура, не послушалась. Теперь поздно. Потому я и сказала - без советов и комментариев. Если бы из этой ситуации был выход, Колобок бы мне еще год назад сказал, как и что нужно сделать, чтобы меня не смогли использовать. А теперь что? Прямо хоть увольняйся к чертовой матери из органов.
- Это тоже не выход, старушка, - резонно заметил Коротков. - Если ты будешь нужна, тебя все равно достанут. Заставят, уговорят. Есть железное правило: не подставляйся. А подставилась - все, жди неприятностей в любую минуту, хоть ты офицер милиции, хоть дворник.
- Вот я и дождалась, - удрученно констатировала Настя. - На свою голову.
Коротков ушел к себе, а она снова погрузилась в тупое оцепенение. Тарадин позвонил ровно в десять, и разговаривала Настя с ним сухо и сдержанно.
- Откуда вы звоните?
- Из гостиницы.
- Спуститесь к портье и попросите разрешения воспользоваться факсом. Я хочу сначала увидеть список, а потом решу, как мы с вами будем работать.
- Зачем? - В голосе Тарадина зазвучало насмешливое недоумение. - Вас просили помочь мне, если понадобится, а не возглавлять мое расследование и не руководить мной. Или вы чего-то не поняли?
- Судя по всему, я вообще ничего не поняла, - холодно ответила Настя. - Ваша фамилия Денисов?
- Нет, моя фамилия Тар ад ид. Владимир Антонович. Разве вам не сказали?
- Сказали. И поскольку ваша фамилия не Денисов, то диктовать свои условия вы мне не будете. На это есть право только у Эдуарда Петровича, но никак не у вас. Это понятно?
- Более или менее. Так что вы хотите, чтобы я сделал?
- Я хочу, чтобы вы передали мне по факсу ваш список и заодно вашу лицензию на частную сыскную деятельность. Хорошо бы еще у разрешение на оружие, если у вас есть. Запишите номер.
Она продиктовала ему номер факса, который стоял в секретариате. Не нравился ей этот Тарадин, впрочем, она отдавала себе отчет, что эта неприязнь мало связана с личностными качествами Владимира Антоновича. Ей не нравилась ситуация, в которой она оказалась, поэтому присланный Денисовым частный детектив раздражал ее уже заочно. А голос! Слушая низкий, глубокий, хорошо поставленный голос, Настя представляла Себе рослого, крупного, вальяжного мужика, взирающего на окружающих с презрительным пренебрежением. О Господи, век бы его не видеть, Тарадина этого!
Она позвонила в секретариат.
- Любаша? Это Каменская. Рыбочка, прими для меня факс потихонечку, ладно? Там должен быть какой-то список и лицензия частного сыщика. Может быть, будет и третий листочек - разрешение на оружие. Сделаешь? Только тихонько.
Забрав в секретариате документы, она поднялась в свой кабинет, чувствуя, как в ней нарастает злость. Ну черт знает что! Свалился на ее голову этот Тарадин со своим списком. Дурочку из нее хочет сделать? Посмотрим, как у него это получится.
Бросив бумаги на стол, она снова села за телефон и уже через несколько минут разговаривала с одним из руководителей линейного отдела милиции в аэропорту Шереметьево.
- Жорочка, ты меня сразу убивать будешь или погодишь малость, пока я подарок привезу?
- О-о-о, Настасья, пропащая душа! - расхохотался Георгий. - А мы тебя ждали, ждали, я народ целый час к столу не пускал, думал, ты вот-вот подвалишь, а ты, поганая, так и не появилась. Чем оправдываться будешь?
- Любовью, Жорик, чем же еще. Вечной моей любовью к тебе. Я, честно, собиралась приехать, подарок купила, он до сих пор у меня в сейфе булькает. Но не сложилось. Ты же знаешь нашу жизнь суматошную.
- Знаю, знаю. - Георгий и не думал обижаться, он прекрасно знал, что оперативник своему времени не хозяин. - Чего звонишь-то? В любви объясняться?
- Просьбу просить. Неприличную.
- Это интересно. Валяй, проси свою просьбу.
- Жора, я тебе перекину по факсу списочек, а ты проверь рейсы на Вену с 10 по 13 сентября. Меня интересует, сколько фамилий из моего списка улетело этими рейсами.
- Рейсы только на Вену или через Вену тоже?
- Тоже, конечно.
- И как скоро?
- Это и есть самая неприличная часть моей просьбы.
- Ну, ты пога-аная, - протянул Георгий. Это было любимое его словечко, он заменял им массу других существующих в русском языке прилагательных и произносил как-то по-особому, с фрикативным "г" и долгим выразительным "а", из-за чего звучало оно ласково и вовсе не сердито.
Договорившись с Георгием, Настя сделала еще несколько звонков и, воспользовавшись дружескими связями, попросила проверить лицензию Тарадина и его разрешение на хранение и ношение оружия. "Вот так, Владимир Антонович, - сказала она сама себе. - И я не буду с вами встречаться раньше, чем получу ответы на мои запросы".
Ребята из лицензионно-разрешительной службы отзвонились первыми и сообщили, что все в порядке: лицензия и разрешение на оружие подлинные, оба документа выданы в феврале 1995 года в УВД того города, где живет Денисов. Георгий из Шереметьево прорезался, когда было уже почти восемь вечера.
- Ну что, Жорочка? - с нетерпением спросила Настя.
- Похоже, они все улетели. Тю-тю.
- Точно? Все до единого?
- Точно. Разными рейсами, в разные дни, но улетели все. Во всяком случае в твоем списке нет ни одной фамилии, которая не попалась бы мне в списке пассажиров. Имена и годы рождения совпадают.
- Спасибо тебе. Ты меня порадовал.
- Да ну? А я думал, ты огорчишься, что они все свалили. Ну, бывай, Настасья, подарок мой никому не наливай, я днями сам заскочу, оказия будет.
Повесив трубку, Настя почувствовала, что напряжение немного отпустило ее. Пока все укладывается в ту легенду, которую ей выдал Денисов. Частный детектив Тарадин и в самом деле собирается проверять людей, вылетавших в определенный период в Вену. Но нельзя быть такой легковерной. А вдруг в Вену, как в былые времена на подмосковную дачу, съезжались какие-то "авторитеты" и воротилы? Вдруг они решили провести сходку-совещание-разборку-дележку в комфортабельных европейских гостиницах? Надо проверить список еще раз. Пусть его окинут опытным взглядом ребята из управления по борьбе с организованной преступностью. И если не скажут, что все имена в этом списке им знакомы, тогда все в порядке. Тогда, может быть, и вправду все дело в женщине, которую любил Денисов и которую убили в Австрии.