Мистер Оберон завел пространно-неспешный рассказ о том, как он купил в Париже книгу, недавно обнаруженную рукопись из собрания Роже де Гарнье. Трой знала, что за эту книгу ему пришлось выложить безумную кучу денег, и, несмотря на отвращение к рассказчику, с жадностью выслушала его рассказ об иллюстрациях. Оберон перешел на другие темы: календарь Карла Ангулемского, индийское искусство и, наконец, современные художники - Руо, Пикассо и Андре Дерен. "Но конечно, Андре не авангардист, он откровенно подражает Рубенсу. Спросите Карбэри, если мне не верите".
Трой едва не подскочила на месте. Неужто он говорит о Карбэри Гленде, художнике, которого она отлично знала и который, увидев ее здесь, непременно набросится с пылкими приветствиями? Мистер Оберон больше не смотрел ни на нее, ни на кого другого, однако у Трой было ощущение, что он рассказывает специально для нее и рассказывает, надо отдать ему должное, хорошо. Далее последовало описание одной из работ Гленда. "Вчера он писал на сарацинской наблюдательной вышке. Его любимые переливы лимонно-желтого, сдобренные единственным ярко-красным мазком. Картина получилась очень цельной, ее эзотерический смысл очевиден. Прекрасная вещь". Несомненно, речь шла о Карбэри Гленде. Ну, конечно же, конечно, операция уже наверняка закончилась, но почему же тогда не приходит Аллейн и не увозит их отсюда? Трой пыталась припомнить, известно ли Карбэри Гленду, что она замужем за полицейским.
- Хотела бы я получше разбираться в картинах Карбэри, - сказала Джинни Тейлор. - Ничего в них не понимаю. Все, что я могу сказать, это жуткие банальности, вроде того, что они выглядят такими простыми, что любой мог бы так нарисовать. - Она дружелюбно взглянула на Трой. - А вы разбираетесь в современном искусстве?
- Я всегда готова поучиться, - прибегла Трой к увертке, подсказанной страхом.
- А я, сколько бы ни старалась, все равно не научусь, - вздохнула Джинни и вдруг зевнула.
Скулы всех присутствующих, за исключением мистера Оберона, дрогнули в ответ.
- Прошу прощения, - сказала Джинни, непонятно почему она казалась испуганной. Робин Херрингтон скользнул пальцами по ее руке. - Не понимаю, отчего чиханье, кашель и зевоты так заразительны. Особенно зевота. Стоит о ней прочесть в книге, как уже начинаешь зевать.
- Возможно, это еще одно доказательство, хотя и совсем простенькое, того, что раздельность иллюзорна, - предположил мистер Оберон. - Наши тела, как и наши души, подчиняются общим импульсам.
Пока Трой недоумевала, как следует понимать философские изречения хозяина замка, Сати издала одобрительный возглас.
- Правда! Правда! - воскликнула она. Резко согнувшись, она вытянула вперед правую руку и ухватилась за пальцы ног. Левую руку она одновременно закинула за голову и вцепилась в правое ухо. Приняв столь диковатую позу, мисс Локк преданно уставилась на мистера Оберона. - Я правильно делаю, дражайший Ра? Мне продолжать упражняться в пране и пранаяме?
- Упражнения никогда не повредят, дорогая Сати, при условии, что дух также задействован.
Трой не удержалась и исподтишка глянула на Джинни Тейлор и Робина Херрингтона. Неужели подобные развлечения "старичков" их нисколько не изумляют? Джинни с сомнением взирала на Сати, а молодой Херрингтон, с облегчением отметила Трой, смотрел на Джинни, словно приглашая ее вместе посмеяться.
- Джинни? - тихо позвал мистер Оберон.
Зарождавшаяся улыбка увяла на губах Джинни.
- Прошу прощения, - торопливо сказала она. - Да, Ра?
- Ты подумала о том, что будешь делать сегодня?
- Нет. Хотя… возможно, днем…
- Если я не нарушаю ничьих планов, - вмешался Робин Херрингтон, - я хотел бы пригласить Джинни съездить в Дусвиль сегодня днем. Мне нужен ее совет, в какой цвет покрасить навес на задней палубе.
Но Джинни уже встала и, минуя Трой, подошла к мистеру Оберону. На белом, как простыня, лице девушки резко выделялись темные круги под глазами.
- Значит, ты едешь в Дусвиль? - спросил Оберон. - Ты выглядишь немного бледной, дитя мое. Вчера мы припозднились, развлекаясь. Не отдохнуть ли тебе сегодня днем?
Он смотрел на нее немигающим пристальным взглядом, каким прежде сверлил Трой.
- Наверное, мне следует отдохнуть, - произнесла Джинни бесцветным голосом.
- Наверное. Цвет навеса подождет, пока не восстановится цвет лица. Думаю, Аннабелла будет рада прокатиться в Дусвиль. Аннабелла Уэллс, - пояснил он для Трой, - гостит у нас. Она закончила съемки, а весной будет участвовать в постановке для братьев Дюран.
Трой не слишком заинтересовало присутствие скандально известной кинозвезды, хотя та и была выдающейся актрисой. Она наблюдала за угрюмо насупившимся Херрингтоном. Молодой человек встал и тоже подошел к Оберону. Руки, сжатые в кулак, он сунул в карманы. Из-за спины девушки он обратился к хозяину замка:
- Я полагал, что прогулка пойдет Джинни на пользу.
Но Джинни уже опустилась на матрац у ног Оберона. Она сидела неподвижно с видом послушной девочки.
- У Робина совершенно изумительная яхта, - сообщил мистер Оберон, взглянув на Трой. - Непременно попросите Робина показать ее вам. Уверен, он не откажет. - И мистер Оберон положил руку на голову Джинни.
- Буду счастлив, - свирепо произнес Херрингтон и, отвернувшись, громко добавил: - Но почему нельзя поехать сегодня днем? Джинни следует проветриться.
Трой догадалась, что между мистером Обероном и его гостями происходит нечто необычное и что Робин Херрингтон не только взбешен, но и напуган. Ей хотелось подбодрить его. Сердце бешено колотилось у нее в груди.
В наступившей мертвой тишине явственно послышались торопливые шаги, раздававшиеся на каменной лестнице башни. Когда Аллейн открыл дверь, глаза всех присутствующих уже были устремлены на него.
3
Аллейн подождал, пока глаза привыкнут к яркому свету. В продолжение этих нескольких секунд он и пятеро смотревших на него оставались неподвижны.
Человека, с которым долго живешь бок о бок, перестаешь замечать. Легче припомнить во всех подробностях лицо случайного знакомого, нежели лица близких и любимых. Трой никогда не могла по памяти нарисовать портрет Аллейна. Но сейчас пелена привычки спала, и она увидела мужа словно впервые.
"Никогда я так не радовалась его появлению", - подумала Трой.
- Это мой муж, - сказала она.
Мистер Оберон встал и направился к Аллейну. Хозяин замка оказался дюймов на пять ниже Аллейна, и Трой вдруг пришло в голову, что мистер Оберон не только отвратителен, но еще и смешон.
- Мы очень рады, что наконец познакомились с вами, - сказал Оберон, протягивая руку. - Вы принесли нам хорошие новости?
- Доктор Баради объяснит вам ситуацию лучше, чем я, - ответил Аллейн. - Она была в очень плохом состоянии, и доктор полагает, что о выздоровлении пока говорить преждевременно.
- Мы все станем ей помогать, - пообещал Оберон, указывая на старушку Сати, впавшую в ступор Джинни и рассерженного Робина Херрингтона. - Мы многое можем.
Взяв Аллейна за локоть, он повел его к гостям. За ними шлейфом стелился запах эфира. Аллейна представили всем по очереди, предложили присесть, но он отказался.
- С вашего разрешения, я хотел бы отправить жену и ребенка в Роквиль. Нам должны позвонить в гостиницу, звонок очень важный. Наш шофер освободился, он отвезет их, а потом вернется за мной.
Трой, боявшаяся столкнуться с Карбэри Глендом, догадалась, почему Аллейн именует ее "женой": он не хотел, чтобы Оберон услышал, как ее зовут. Но при этом Аллейн напустил на себя такой напыщенный вид, что Трой почти обиделась. Она быстро встала и подошла к Рики.
- Видимо, мне следует задержаться ненадолго, чтобы дождаться новостей о состоянии больной, - продолжал Аллейн. - Баради позвонит в Сен-Кристоф и вызовет сиделку, а пока будут дежурить две ваши горничные. Я уверен, сэр, что, если бы мисс Трубоди могла, она бы от всей души поблагодарила вас за гостеприимство.
- В этом нет нужды. У нас к ней особое отношение. Она в надежных руках. За сиделкой я пошлю машину, поскольку до вечера поезда не будет.
- Я поеду, - вызвался Робин Херрингтон. - Доберусь за час.
- Робин, - шутливо произнес Оберон, - участвовал в ралли в Монте-Карло. Будем надеяться, что у сиделки железные нервы.
- Отличная мысль, - обратился Аллейн к Робину. - Вы предупредите доктора Баради?
Он поднял Рики с качелей. Трой протянула руку Оберону. Тот медленно обхватил ее своей, сжал и вдруг резко отпустил.
- Вы обязательно должны навестить нас, - сказал он. - Если вы паломница духа, а я думаю, что так оно и есть, то вам будет небезынтересно побывать на одной из наших медитаций.
- Да, приходите, пожалуйста, - подхватила Сати, оставившая упражнения при появлении Аллейна. - Это безумно увлекательно. Не пожалеете. Где вы остановились?
- В Королевской гостинице.
- Оттуда добраться проще простого. И машина не нужна. Дусвильский автобус останавливается за углом. Каждые полчаса. Очень удобно.
Ее слова живо напомнили Трой о письмах мистера Гарбеля. Она пробормотала нечто ни к чему не обязывающее, попрощалась и направилась к выходу.
- Я провожу вас, - предложил Херрингтон, беря в руку массивную палку.