Всего за 15.58 руб. Купить полную версию
- Ага, значит, и он допустил промах! - воскликнуло явным удовольствием Джонс. - Даже лучшим из нас свойственно ошибаться. Конечно, эта телеграмма может оказаться ложной тревогой, но мой долг инспектора Скотленд-Ярда не упускать ни одного шанса. Я слышу шаги. Возможно, это Холмс.
На лестнице послышалось тяжелое шарканье ног, сильное пыхтение и кашель, как будто шел человек, для которого дышать было непосильным трудом. Один или два раза он останавливался. Но вот наконец он подошел к нашей двери и отворил ее. Его внешность вполне соответствовала звукам, которые доносились до нас. Это был мужчина преклонных лет в одежде моряка - старый бушлат был застегнут до подбородка. Спина у него была согнута, колени дрожали, а дыхание было затрудненное и болезненное, как у астматика. Он стоял, опершись на толстую дубовую палку, и его плечи тяжело поднимались, набирая в легкие непослушный воздух. На шее у него был цветной платок, лица, обрамленного длинными седыми бакенбардами, почти не было видно, только светились из-под белых мохнатых бровей темные умные глаза. В общем, он произвел на меня впечатление почтенного старого моряка, впавшего на склоне лет в бедность.
- Чем можем вам служить, папаша? - спросил я.
Он обвел комнату медленным взглядом старика.
- Мистер Шерлок Холмс дома? - спросил он.
- Нет. Но я его заменяю. Вы можете рассказать мне все, что хотели рассказать ему.
- А я хочу видеть самого Шерлока Холмса, - упрямо повторил старик.
- Но я же вам говорю, что я его заменяю. Вы пришли по поводу катера Смита, конечно?
- Да, я знаю, где он. Еще я знаю, где люди, которых он ищет. Знаю, где сокровища. Я все знаю!
- Расскажите мне; это все равно, что рассказать Холмсу.
- Нет, я должен рассказать только ему самому, - твердил наш гость со стариковским упрямством и раздражительностью.
- Тогда подождите его.
- Не хочу ждать. Не хочу даром терять день ни ради кого. Если мистера Холмса нет, пусть себе все узнает сам. А вам я ничего не скажу, больно мне ваши физиономии не нравятся.
Он поковылял к двери, но Джонс обогнал его.
- Подожди, приятель, - сказал он. - У тебя есть важные сведения, и ты не уйдешь отсюда. Придется тебе подождать, хочешь ты или нет, нашего друга Холмса.
Старик, рванулся к двери, но Этелни Джонс заслонил ее своей широкой спиной, и старик понял, что сопротивление бесполезно.
- Хорошенькое обращение с гостем, - сказал он, стуча палкой. - Я пришел сюда, чтобы поговорить с мистером Холмсом. А вы двое набросились на меня, хотя я вас знать не знаю. Хорошенькое обращение с человеком!
- Вам не сделают ничего плохого, - сказал я. - Садитесь сюда на диван и подождите. Холмс очень скоро вернется.
Он мрачно подошел к дивану и сел, подперев ладонями свою большую голову. Мы с Джонсом снова взяли наши сигары и продолжили разговор.
Вдруг голос Холмса оборвал нас на полуслове:
- Могли бы предложить сигару и мне.
Мы так и подпрыгнули в креслах. Прямо перед нами сидел Холмс и довольно улыбался.
- Холмс! - воскликнул я. - Вы здесь? А где же старик?
- Вот он, - ответил Холмс, протягивая в руке копну белых волос. - Вот он весь - бакенбарды, парик, брови. Я знал, что мой маскарад удачен, но не предполагал, что он выдержит такое испытание.
- Вот это класс! - с искренним восхищением воскликнул Джонс. - Из вас вышел бы отличный актер, первосортный! Вы кашляете точь-в-точь как постоялец работного дома. А за ваши дрожащие колени можно дать десять фунтов в неделю. Мне, правда, показался знакомым блеск глаз. Но уйти вы все-таки от нас не смогли.
- Я работал в этом маскарадном костюме весь день, - сказал он, зажигая сигару. - Видите ли, преступный мир уже довольно хорошо знает меня, особенно после того, как мой друг, сидящий здесь, взялся за перо. Так что я теперь могу появляться на передовых позициях только в переодетом виде. Вы получили мою телеграмму?
- Да, поэтому-то я здесь.
- Как подвигается ваша версия?
- Лопнула. Мне пришлось отпустить двух моих пленников, а против остальных двух нет ни одной улики.
- Не расстраивайтесь. Мы вам дадим парочку других взамен. Я только прошу вас на время целиком подчиняться мне, действовать по выработанному мной плану. Согласны? Конечно, вся заслуга в этом деле будет официально признана за вами.
- Согласен, если вы поможете мне взять этих двоих.
- Тогда, во-первых, мне необходима быстроходная посудина - полицейский моторный катер. К семи часам у Вестминстерского причала.
- Будет сделано. Там всегда дежурит полицейская лодка. Но, пожалуй, мне лучше пойти через дорогу и позвонить для верности.
- Затем два полицейских посильнее на случай сопротивления.
- В катере всегда есть два или три человека.
- Когда мы их возьмем, у нас в руках окажутся сокровища. Я думаю, мой друг будет очень рад доставить сундучок одной молодой леди, которой по праву принадлежит половина. Пусть она первая откроет его. А, Уотсон?
- Мне это было бы очень приятно.
- Нарушение процедуры, но дело такое необычное, что можно будет закрыть глаза. Но потом клад надо передать властям до окончания следствия.
- Конечно. Это будет легко сделать. Еще один момент. Мне бы очень хотелось услыхать о некоторых подробностях из уст самого Джонатана Смолла. Вы знаете, я люблю выяснять все до конца. Не будет возражений, если я с ним неофициально встречусь здесь, у меня, или в каком-нибудь другом месте, конечно, под надежной охраной?
- Вы хозяин положения, вам и карты в руки. Но у меня до сих пор нет никаких доказательств существования этого самого Джонатана Смолла. Однако если вы мне представите его, я не смогу отказать вам в вашей просьбе.
- Значит, решено?
- Решено. Еще что?
- Это уже последнее: я хочу, чтобы вы пообедали с нами. У нас есть устрицы, пара куропаток и небольшой выбор белых вин. Нет, Уотсон, вы не умеете ценить мои достоинства домашней хозяйки.
ГЛАВА X. Конец островитянина
Обед проходил очень оживленно. Холмс, когда хотел, мог быть исключительно интересным собеседником. А в тот вечер он был в ударе - сказалось сильное нервное возбуждение. Я никогда прежде не видел его таким разговорчивым. Он говорил о средневековой керамике и о мистериях, о скрипках Страдивари, буддизме Цейлона и о военных кораблях будущего. И говорил так, будто был специалистом в каждой области. Эта яркая вспышка была реакцией живого ума после мрачного уныния, которое завладело им накануне. Этелни Джонс в свободную от дел минуту оказался очень общительным человеком и за обедом доказал, что знает толк в жизненных радостях. Я тоже был в приподнятом настроении, предчувствуя конец дела и заразившись весельем Холмса. Никто из нас за весь вечер не упомянул о причине, которая собрала нас вместе.
Когда убрали со стола, Холмс посмотрел на часы и разлил в бокалы портвейн.
- Давайте выпьем, - сказал он, - за успех нашей маленькой вылазки. А теперь пора идти. У вас есть оружие, Уотсон?
- Мой старый боевой пистолет. Он в ящике стола.
- Возьмите его с собой. Это необходимо. Я вижу, что кэб уже у двери, он был заказан на половину седьмого.
У Вестминстерского причала мы были в семь с небольшим. Катер уже ждал нас. Холмс оглядел его критически.
- Есть на нем что-нибудь, что выдавало бы его принадлежность полиции? - спросил он.
- Да. Зеленый фонарь сбоку.
- Тогда снимите его.
Все было сделано мгновенно, мы вошли в катер и отчалили. Джонс, Холмс и я сидели на корме. Один полицейский стоял у руля, другой следил за топкой, впереди расположились два дюжих полисмена.
- Куда? - спросил Джонс.
- К Тауэру. Прикажите им остановиться напротив Джекобсон-Ярда.
Наше суденышко оказалось очень быстроходным. Мы промчались мимо вереницы груженых барж, как будто они не плыли, а стояли на месте. Когда мы догнали и оставили позади речной пароход, Холмс удовлетворенно улыбнулся.
- Можно подумать, что наш катер - самое быстроходное судно на реке, - заметил он.
- Ну, это вряд ли. Но катеров быстрее этого, пожалуй, найдется немного.
- Мы должны догнать "Аврору". А она слывет быстроходным судном. Сейчас я введу вас, Уотсон, в курс дела. Вы помните, как меня угнетала эта нелепая задержка.
- Помню.
- Так вот, я решил дать голове полный отдых и занялся химическими опытами. Один из наших великих государственных мужей сказал как-то, что перемена занятия - лучший отдых. И это правильно. Когда мне удалось наконец разложить углеводород, я вернулся к нашей загадке и все заново обдумал. Моя команда мальчишек обшарила всю реку не один раз, и безрезультатно. "Авроры" нигде не было - ни на причалах, ни дома. Вряд ли они затопили ее, чтобы замести следы. Хотя и эту возможность следует иметь в виду, если поиски в конце концов не приведут ни к чему. Я знал, что этот Смолл довольно хитер, но я думаю, что какая-нибудь особенно утонченная хитрость ему не по плечу. Ее ожидаешь, как правило, от человека образованного. Дальше, нам известно, что он жил несколько времени в Лондоне, вел наблюдение за Пондишери-Лодж, а это значит, что покинуть пределы Англии он сразу же не мог; чтобы уладить дела, нужно время - день, а может, на наше счастье, и больше. Такой по крайней мере напрашивается вывод.
- Вывод довольно слабый, - заметил я. - Он мог все уладить и до нападения на Пондишери-Лодж.