Всего за 109 руб. Купить полную версию
Лола тяжко вздохнула и ушла к себе, заявив, что отказывается от еды и вообще от всего, и собирается умереть от горя. И убедительно просит всех своих сожителей, чтобы ей не мешали это сделать.
- Видишь, до чего ты довел свою хозяйку? - Леня решил провести некоторые воспитательные мероприятия. - Что ты устроил в салоне?
Пу И вспомнил, как орала чужая тетка, потрясая описанной сумочкой, и на морде его отразилось явное блаженство.
- Ах ты, разбойник! - умилился Леня и постучался к Лоле.
Но его несчастная подруга не ответила. Лола пыталась плакать, но от слез еще сильнее щипало щеки. Тогда Лола поворочалась немного и заснула. Не дождавшись ответа, Леня за дверью пожал плечами и ушел на кухню.
Лола сладко потянулась и открыла глаза.
Из открытого окна доносилось щебетание птиц и легкий аромат цветущей сирени, к которому примешивался доносящийся из кухни чудесный запах свежезаваренного кофе. В ногах у Лолы копошился Пу И, пытаясь забраться под одеяло и укусить хозяйку за большой палец ноги. В общем, жизнь была прекрасна.
- Пу И, негодник, прекрати! - воскликнула Лола со смехом.
Песик понял, что хозяйка проснулась, радостно взвизгнул и просеменил к подушке, чтобы приветливо лизнуть Лолу в нос и щеки… но вместо этого он неожиданно зарычал, как настоящая собака, испуганно попятился, свалился с кровати и немедленно напустил лужицу.
- Пу И, дорогой, что с тобой? - озабоченно проговорила Лола. - Ты не заболел? Ты что - не узнал меня?
Она соскочила с постели, чтобы взять песика на руки и внимательно осмотреть… но Пу И, истошно взвизгнув, уполз под кровать и оттуда снова зарычал на хозяйку.
- Пу И, что с тобой? - повторила Лола.
Она всерьез заволновалась и, как всегда в минуту волнения, вспомнила о своем верном друге и компаньоне:
- Леня! Ленечка! Иди скорее сюда! Пу И, кажется, взбесился! Он меня не узнает!
Но в эту самую минуту Лола случайно бросила взгляд в зеркало… и квартиру огласил душераздирающий вопль.
- Лолочка, ты меня звала? - проговорил, появившись в дверях, Леня Маркиз. В руках у него был поднос с чашкой горячего кофе и парой свежих круассанов, на губах - приветливая и несколько озадаченная улыбка. - Зачем же так кричать? Ты проголодалась? Я уже несу твой завтрак…
Леонид Марков, широко известный в узких кругах как Леня Маркиз, называл себя мошенником экстра-класса, наследником незабвенного Остапа Бендера и первоклассным специалистом по безболезненному и почти законному отъему денег у тех личностей, у которых этих самых денег чересчур много.
Обычно он работал один, время от времени привлекая к работе кого-нибудь из своих друзей, но с некоторых пор они с Лолой составили замечательный творческий дуэт, прекрасно дополняя друг друга. Для удобства они и поселились вместе, хотя по взаимной договоренности ничто, кроме работы, их не связывало.
- Что с тобой, дорогая? - озабоченно повторил Маркиз, предусмотрительно поставив поднос на прикроватный столик. - На тебе просто лица нет!
- Конечно, нет! - воскликнула Лола хорошо поставленным трагическим голосом, примерно таким, каким в трагедии "Мария Стюарт" шотландская королева произносит свой монолог перед казнью. -Конечно, на мне нет лица! Разве это можно назвать лицом? Меня даже собственная собака не узнала!
- Да, действительно… - протянул Леня, приглядевшись к своей верной подруге. - Немножко не того… а я тебе всегда говорил, что от этой Розы Тиграновны одни неприятности!
Лицо Лолы было покрыто красными пятнами и опухло, как подушка. Ну, конечно, не как большая диванная подушка, но по крайней мере как вышитая подушечка для иголок.
- Я ждала от тебя поддержки и понимания, - всхлипнула Лола. - А ты вместо этого только злорадствуешь… ну да, разве мужчины способны на на стоящее сочувствие?
Леня уже и сам устыдился вырвавшихся в запальчивости слов и дал задний ход:
- Ну дорогая, все не так уж плохо! Все это можно слегка замазать тональным кремом, припудрить…
- Не успокаивай меня! - воскликнула Лола с новой энергией. - Какой крем? Какая пудра? Это что-то ужасное! Мне уже ничего не поможет! Разве можно в таком виде выйти из дому?
- Думаю, ничего ужасного нет… прими еще одну таблетку от аллергии, и все пройдет…
- Как быстро? - заволновалась Лола.
- Надеюсь, к завтрашнему дню от этого не останется даже воспоминаний. Но сегодня дома посидеть действительно придется.
- Это ужасно!
Леня, который по-своему понял последний возглас, проговорил с самой заботливой интонацией:
- Не беспокойся, я выведу Пу И на прогулку. Заодно мы с ним купим тебе пирожных.
- Пу И можно уже не выводить, - горестно вздохнула Лола, покосившись на лужицу на ковре.
Однако у Пу И на этот счет было совершенно другое мнение.
Он выскочил из-под кровати и возмущенно затявкал. Если бы хозяева понимали по-собачьи, они узнали бы, что песик хочет сказать:
- Как это - не выводить? На улице прекрасная погода, я, может быть, встречу там ту симпатичную скочтерьершу из соседнего дома, узнаю все собачьи новости… нет, утренняя прогулка - это святое!
Вы не можете лишить прогулки собаку древней мексиканской храмовой породы!
Леня, конечно, собачьего языка не знал, но общий смысл выступления, а самое главное, наполнявшие его эмоции, он понял превосходно.
- Ладно, Пу И, старичок, никто не собирается лишать тебя законной прогулки! Лолочка, дорогая, каких пирожных тебе купить?
- Никаких! - Лола всхлипнула от жалости к себе. -Неужели ты думаешь, что пирожные могут примирить меня с жизнью, этой обителью скорби и несправедливости?
- Ну, я не знаю… может быть, не всякие пирожные, но тирамису или ореховые трубочки…
- Что я - Пу И? - возмутилась Лола. - Это Пу И обожает ореховые трубочки!
Пу И возбужденно залаял, услышав о любимых пирожных.
- И вообще, - продолжила Лола с нарастающей обидой, - ты что, хочешь, чтобы я ко всему прочему еще и растолстела? Сидеть дома и есть пирожные -этак я скоро ни в одну дверь не пройду! Никакого тирамису! Никаких ореховых трубочек! Самое большее, на что я могу согласиться - фруктовый флан. Ежевичный, в самом крайнем случае - вишневый!
- Хорошо, - быстро согласился Леня. - Но ореховых трубочек я тоже возьму, для Пу И. Он на них очень настаивает.
Оставшись одна, Лола приняла таблетку от аллергии, села перед зеркалом и грустно вздохнула.
Лицо ее было ужасно. Ну, то есть, может быть, не так ужасно, как ей показалось вчера… или таблетка уже начала действовать… но на люди, конечно, в таком виде не покажешься!
И в это время зазвонил телефон.
Лола сняла трубку и протянула:
- Слушаю вас!
- Мне дала ваш телефон Роза Тиграновна, - проговорил самоуверенный мужской голос. - Меня зовут Эдуард. Мы могли бы с вами встретиться прямо сегодня?
- Сегоодня? - Лола покосилась на свое отражение, мучительно придумывая вежливый повод для отказа.
- Да, я хотел бы увидеть вас прямо сегодня! - напирал Эдуард. - Завтра я буду очень занят…
"Занят он! - думала Лола, наматывая на палец телефонный шнур. - Хам какой! Думает, что все женщины должны мчаться к нему на свидание по первому зову! Значит, это тот, который богатый и противный… а зачем мне такой? У меня и самой денег достаточно… но если отказаться - Роза мне этого никогда не простит, будет смертельная обида… Конечно мы с ней поссорились из-за маски, но что делать, если само лицо не очистится? Все равно придется идти к Розе… А может, это другой, который не такой богатый, но и не такой противный? Как бы узнать? Ведь не спросишь же его?"
- Давайте встретимся в кафе "Персикофф" на Невском, - не сдавался Эдуард. - Знаете, которое напротив Думы…
"Кафе на Невском! - мысленно фыркнула Лола. - Ну и выбор! Он бы еще в "Макдоналдс" меня пригласил! Наверное, это второй, тот, который не такой богатый… значит, не такой противный. Черт! Ну как же все-таки узнать?"
- Как я вас узнаю? - проговорила она вслух.
- Я… м-м-м… я буду держать в руке газету "Коммерсант".
"Коммерсант! - снова засомневалась Лола. - Значит, все-таки это номер первый, тот, который богатый и противный… но все-таки пока не увижу, точно не узнаю!"
Договорившись о времени и повесив трубку, она снова уставилась в зеркало.
Что же делать?
Придется, как и говорил Ленька, замазать самые заметные пятна тональным кремом. А если потом еще надеть черные очки - тогда вид будет не самый страшный…
Через полчаса Лола вышла из дома в темных очках, светлом парике и кожаной курточке с высоко поднятым воротником. Она была так не похожа на саму себя, что соседка Маргарита Степановна, с которой она столкнулась перед лифтом, прошла мимо, не поздоровавшись.
Около кафе "Персикофф" часть тротуара была отгорожена и заставлена столиками. Лола окинула посетителей заинтересованным взглядом и увидела за одним из столиков мужчину лет сорока в светло-сером костюме. Мужчина что-то выговаривал официантке, неприятно оттопырив нижнюю губу. На столике перед ним лежал свежий номер газеты "Коммерсант".
"Он! - подумала Лола, медленно проходя мимо. -Наверное, это номер первый! Который богатый и противный! Вон как он кричит на бедную девушку! Нет, надо сначала к нему как-то приглядеться…"
Она прошла еще несколько шагов и увидела свободный столик. Этот столик был не слишком близко к столику "объекта", но удобно расположен -можно было наблюдать за мужчиной с "Коммерсантом".
Лола устроилась за этим столом и заказала кофе по-венски.