Всего за 12.39 руб. Купить полную версию
Аннотация: Как изысканно прекрасна эта дама, новая приятельница его прямолинейной, грубоватой тётушки! Кто она? Вдова? А кем был её муж?
Впрочем, вправе ли виконт Линфорд задавать себе эти вопросы? Ведь он женат, хотя его молодая жена вот уже шесть лет как сбежала и о судьбе её виконту ничего не известно…
---------------------------------------------
Глава первая
Виконт Линфорд, наслаждавшийся покоем в своей тихой библиотеке, недовольно поморщился, когда дом содрогнулся от решительного грохота дверного молотка. Не отрываясь от бокала с вином, он прищурился. Так колотить в дверь может только один человек — его самая общительная родственница. И если предчувствия его не обманывают, с покоем и тишиной теперь придётся распроститься надолго.
Дверь открылась, и сконфуженный Пеплоу объявил о прибытии леди Барнсдейл. Виконт неохотно покинул любимое кресло и с ленивой грацией прошёл к столику с графинами. Его протянутая рука застыла между мадерой и бургундским.
— Как приятно снова видеть вас, тётя Хенриетта! — тепло приветствовал он тётку, вплывшую в библиотеку под шелест атласных нижних юбок и взмахи огромных перьев, украшающих вычурную шляпу.
— Не лги, Линфорд! — ответила она с обычной прямотой. — Если бы ты действительно хотел меня видеть, то потрудился бы сообщить о своём приезде в город. Налей-ка мне мадеры.
— Хетти, вы всегда каким-то образом умудряетесь обнаружить моё местонахождение. Зачем же мне утруждать себя? — вежливо возразил виконт, вручая гостье бокал с вином и усаживаясь напротив. — Но сегодня ваша армия шпионов превзошла себя! Я приехал менее трёх часов назад.
Губы тётки дёрнулись.
— Я знаю. Эми Фицпатрик видела твою двуколку на Беркли-сквер, — объяснила леди Барнсдейл и умолкла на минуту, отхлебнув изумительного вина и пристально разглядывая племянника. — Довольно странное время для приезда в Лондон. Сезон уже близится к концу. Что привело тебя сюда? Или мне не следует задавать вопросы?
— Не следует, но не могу припомнить, чтобы вас это когда-либо останавливало.
— Ха! Готова поклясться, что у тебя новая пташка! — Тётка фыркнула совершенно неподобающе для светской дамы. — Я всё знаю, о той парижской шлюхе, с которой ты провёл прошлый год.
Линфорд уставился на воображаемое пятно на стене за спиной леди Барнсдейл, и его мысленному взору предстало очень соблазнительное видение.
— Не отрицаю, она была восхитительна, но любые прелести приедаются, в конце концов.
Его замечание побудило любимую родственницу снова иронически фыркнуть:
— Думаешь, я этого не знаю? Ни одна из них ничего для тебя не значила. Но я удивилась, как легко ты отпустил ту девушку, Линфорд. Она тебя обожала.
— Но любила графа, — возразил виконт. — И если вы воображаете, что в прошлом году я отправился за границу лечить разбитое сердце, то очень сильно ошибаетесь.
— В таком случае с чего вдруг ты сорвался и уехал?
Виконт нахмурился. Тётя, по опыту знавшая, что это значит, решила, что упрямец откажется удовлетворить её любопытство, — но ошиблась.
— Действительно, Ребекка Стэндиш очаровательна. В неё очень легко влюбиться, но я не влюбился. Однако она заставила меня задуматься над моим положением. Невозможно далее оставлять все, как есть. — Его чёрные брови насмешливо изогнулись. — Что я мог предложить ей?…
Леди Барнсдейл задумчиво смотрела на племянника. Таинственное исчезновение жены продолжало мучить его. Он старательно прятал отчаяние и чувство вины под маской притворного безразличия, но уж от тётки он не мог скрыть своей тревоги.
— Доминик, прошло шесть лет, — с редкой для неё кротостью сказала леди Барнсдейл.