Либерти Стоун. Либби. Кэл повторил про себя ее имя и улыбнулся. Ему нравится, как звучит ее имя. Оно мягкое и нежное. Как ее глаза. Одно дело быть красивой; и совсем другое - когда у тебя такие прекрасные бархатные глаза. Цвет и форму можно менять по желанию, а вот выражение - нет. Может, именно поэтому она так привлекательна? Все ее чувства немедленно отражаются у нее в глазах.
Он рывком поднялся в кровати и подумал: а ему удалось пробудить в ней хоть какие-то чувства. Заботу, страх, веселье, желание. Она его по-настоящему волнует. Несмотря на травмы, его тело реагирует как надо, как реагирует всякий здоровый мужчина на близость красивой и желанной женщины.
Стены снова закружились перед глазами; Кэл зажмурился. Хотя Либерти Стоун очень взволновала его, он пока не готов перейти к действиям. Испытывая нечто большее, чем просто досаду, он рухнул на подушку. Ему не помешает еще немного отдохнуть. День-другой он будет просто лежать и выздоравливать. К нему постепенно вернется память. Главное, он уже знает, кто он такой и где находится. А остальное вспомнится потом.
Его внимание привлекла книга, лежащая на столике рядом с кроватью. Читать он всегда любил, почти так же сильно, как и летать. Он предпочитал бумажные книги записям и дискам. Вот и еще кое-что вспомнилось! Обрадованный Кэл схватил книгу - и тут же прищурился.
Заглавие его озадачило. "Путешествие на Андромеду". Какое дурацкое название! А на четвертой стороне обложки еще написано, что книга научно-фантастическая. Что тут фантастического? На Андромеду можно слетать в любой свободный выходной - если, конечно, вы не против зеленой тоски, от которой можно впасть в кому. Нахмурившись, он начал листать страницы. И вдруг взгляд его упал на оборот титула, где были напечатаны выходные данные.
Что- то не так. Он снова покрылся липким, холодным потом. Не может быть! Нелепость какая-то… Книга, которую он держит в руках, новая, не потрепанная, а страницы, похоже, и вовсе не переворачивали. Какая-то дурацкая опечатка, твердил он себе, хотя во рту снова пересохло. Опечатка, конечно опечатка… Иначе как он может держать в руках книгу, выпущенную двести с лишним лет назад?
Поглощенная работой, Либби не обращала внимания на привычную боль в спине. В принципе она помнила, что при работе за компьютером необходимо следить за осанкой. Но стоило ей погрузиться в мир древних или первобытных цивилизаций, как она сразу забывала обо всем на свете.
С самого завтрака она ничего не ела, а чай, который она захватила с собой, давно остыл. Вокруг валялись ее заметки и справочники, а еще вещи, так и не повешенные в шкаф, и газеты, захваченные в магазине по дороге сюда. Туфли она сбросила и сидела, зацепившись пальцами ног за ножки стула. Время от времени она переставала молотить по клавиатуре и поправляла круглые очки в черной оправе.
"Нельзя не согласиться с тем, что внедрение современной утвари оказало заметное, хотя и не во всем позитивное влияние на изолированные культуры, в частности на культуру Колбари. Вплоть до конца двадцатого века обитатели острова оставались на примитивном уровне и, как было указано в предыдущем разделе, не участвовали в процессе аккультурации, то есть не пытались вписаться в жизнь современного индустриального общества. Хотя некоторые ученые отмечают положительное влияние данного процесса на здравоохранение, развитие промышленности и образование, чаще всего…"
- Либби!
- Что? - недовольно буркнула она и только потом обернулась. - А-а… - На пороге стоял бледный, дрожащий Кэл. Одной рукой он оперся о дверной косяк, а в другой крепко сжимал книжку в бумажном переплете. - Хорнблауэр, ты зачем встал? Я же велела, если что-то нужно, звать меня! - Раздосадованная его непослушанием и тем, что ее прервали, Либби встала, собираясь усадить его на стул. Но едва она прикоснулась к нему, как он дернулся словно ошпаренный.
- Что это у тебя на лице?
У Либби пересохло во рту, когда она услышала его голос. Она невольно облизнула губы. Ярость и затаенный страх - опасное сочетание!
- Очки. Очки для чтения.
- Черт побери, я знаю, что это такое! Зачем ты их носишь?
Спокойно, приказала себе Либби. Она бережно взяла его под руку и заговорила тихо, ласково, как будто успокаивала раненого льва:
- Они нужны мне для работы.
- Почему ты их не настроила?
- Что не настроила - очки?
Кэл едва не заскрежетал зубами.
- Глаза! Почему ты не настроила глаза?
Либби поспешно сняла очки и на всякий случай спрятала их за спину.
- Может, лучше сядешь?
Кэл только головой покачал.
- Я хочу знать, что все это значит!
Либби испуганно покосилась на книгу, которой он тряс перед ее лицом, и откашлялась:
- Понятия не имею… Видишь ли, я таких книжек не читаю. Наверное, ее забыл отец. Он увлекается научной фантастикой.
- Да при чем тут… - Терпение, приказал себе Кэл. Правда, он никогда не отличался особой сдержанностью, но сейчас самое главное - не вспылить раньше времени. - Открой ее!
- Ладно-ладно. Открою, если ты сядешь. Вид у тебя не очень здоровый.
Он в два прыжка оказался у стула.
- Открой! Прочти дату на титуле!
Либби подумала: травмы головы часто приводят к непредвиденным последствиям. Вряд ли ее подопечный опасен, но все же его лучше отвлечь, успокоить. Она вслух прочитала год издания и улыбнулась - она надеялась, что беззаботно:
- Свеженькая, только что напечатали!
- Ты что, издеваешься надо мной?!
- Нет-нет, что ты! - Либби поняла, что ее гость кипит от ярости. И чем-то напуган. - Калеб! - тихо позвала она, садясь на корточки рядом с ним.
- Эта книга имеет какое-то отношение к твоей работе?
- К моей работе?! - Придя в замешательство, она нахмурилась, потом покосилась на компьютер, стоящий сзади. - Я антрополог. Антропологи изучают…
- Я знаю, что изучают антропологи! Просто объясни, что это такое!
- Самая обыкновенная книга. Насколько я знаю вкусы своего отца, это второразрядный научно-фантастический роман об инопланетных пришельцах. Ну, понимаешь… мутанты, бластеры, звездные войны… В таком вот роде. - Либби осторожно забрала книгу. - Давай-ка я провожу тебя обратно в постель. А потом сварю тебе супчик…
Кэл посмотрел на Либби в упор. В ее глазах мелькала тревога, и все же она робко улыбалась, словно старалась подбодрить его. Она чего-то боится. Он ее пугает. И все же она положила ему руку на плечо. Его словно ударило током. Неужели его и правда влечет к ней? Да нет, ерунда, не может быть. Такая же ерунда, как год издания, напечатанный на книжке.
- Наверное, я схожу с ума.
- Нет. - Забыв о страхе, Либби осторожно погладила его по щеке, как поступила бы со всяким растерянным и испуганным существом. - Просто у тебя травма.
Он крепко обхватил ее запястье.
- Повредился банк памяти? Да, наверное. Либби… - Взгляд у него сделался умоляющим, каким-то отчаянным. - Какой сегодня день?
- Двадцать четвертое мая… или двадцать пятое. Я забыла.
- Нет, не только число… Все остальное тоже… Пожалуйста!
- Ну ладно… По-моему, сегодня вторник, двадцать пятое мая. - Она назвала год. - Ну как?
- Отлично! - Кэл собрал последние крохи воли и улыбнулся. Один из них точно сумасшедший, и он от всей души надеется, что спятила Либби. - У тебя найдется что-нибудь выпить, кроме чая?
Либби ненадолго задумалась. Потом лицо у нее просветлело.
- Бренди! Немножко всегда есть внизу. Подожди минутку.
- Да, спасибо.
Он дождался, пока она спустилась вниз по лестнице. Потом осторожно встал и рывком выдвинул первый ящик, попавшийся ему под руку. В этом странном месте должно найтись хоть что-нибудь, что подскажет ему, что происходит.
Он увидел стопки аккуратно сложенного женского нижнего белья и удивленно насупился, разглядывая необычные фасоны и ткани. Либби уверяет, что не сочетанна, а сама носит трусики, способные свести с ума любого нормального мужчину. Очевидно, Либби склонна к романтизму во всем, даже в мелочах. Он без труда представил ее себе в крошечных шоколадных трусиках с кружевной отделкой и поспешно задвинул ящик.
В другом ящике лежали так же аккуратно сложенные джинсы и прочные туристские штаны. Некоторое время Кэл озадаченно разглядывал застежку-"молнию", несколько раз застегнул и расстегнул ее, потом положил джинсы на место. Раздосадованный, он направился к письменному столу, где по-прежнему тихо жужжал компьютер - древняя, устаревшая модель. Наконец, его взгляд упал на кипу газет. Наконец-то! Вот что развеет его сомнения! Кэл не стал тратить время на снимки и броские заголовки. Его взгляд сразу же упал на дату.
Сомнений не осталось: он действительно очутился в двадцатом веке!
Внутри у него все сжалось. Не обращая внимания на внезапный шум в ушах, он нагнулся и схватил верхнюю газету. Слова заплясали перед глазами. Какие-то переговоры об оружии - ядерном оружии… он невольно испытал ужас, хотя и притупленный. Разрушения на Ближнем Востоке… В маленькой, хлестко написанной заметке упоминалось, что "Моряки" одержали верх над "Смельчаками". Очень медленно, чтобы не упасть - ноги его не слушались, - он опустился на стул.
В голове мелькнуло: как жаль… Чертовски жаль, что с ума сходит не Либби Стоун.
- Калеб! - Увидев его лицо, Либби бросилась к нему. В руке она сжимала крошечную рюмочку с янтарной жидкостью. - Ты белый как простыня!
- Ничего страшного. - Ему нужно быть очень осторожным, очень осторожным. - Наверное, слишком быстро встал.