Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
Купание Венеры и Марса. Фрагмент декора Банных апартаментов
Таким образом, государи предписывали скромность в обхождении и речах, что вовсе не мешало изысканным дамам и господам вести себя очень вольно в обращении друг с другом. Королевский двор превратился в вожделенное место для всех, кто искал не только возможности возвыситься, но и получать удовольствие. Франциск I сам неоднократно подавал пример своим подданным уже хотя бы тем, что ни для кого не являлось секретом: в своем замке правитель обустроил апартаменты для дам, добиться благосклонности которых для него не составляло ровным счетом никакого труда. Ключи от этих комнат имел только сам король. В том случае, если у привлекшей внимание монарха прелестницы имелся не в меру ревнивый и любопытный муж, Франциск I сразу же напоминал такому, кто есть кто при королевском дворе, и что перечить королю – значит нажить лишние неприятности на свою голову. Достаточно скоро вместо девиц легкого поведения придворные начали пользоваться услугами прекрасных и благородных дам. Конечно, "товар" похуже все-таки оставался, но он почти не пользовался спросом.
Брантом в свойственной ему критической манере, граничащей с безжалостностью на грани фола, объяснял подобное поведение господ в своей книге "Галантные дамы": "Хотел бы я знать, что более предпочтительно для короля: иметь при своем дворе подразделение благородных дам и девиц или следовать порядкам королей прежних времен, которые обыкновенно допускали в свою свиту блудниц, находившихся под началом короля бесстыдников, обязанности которого исполнял прево замка, а тем женщинам отвели специальные помещения и комнаты?… Кажется мне, что подобной безнравственности, чреватой сифилисом, можно предаваться только под большим секретом, не болтая об этом и в тайне от наших дам, столь чистых и непорочных – по крайней мере некоторых из них, – кои столь не портят и не наделяют дворян импотенцией, как те из борделя".
Молодой король всеми силами утверждал при дворе своеобразную атмосферу галантности. По натуре воин, он, здоровый и крепкий, постарался окружить себя такими же сотоварищами – военными, для которых нормой были стремительные атаки. Они привыкли только к победам.
Большинство историков склоняются к тому, чтобы приписать Франциску I заслугу в феминизации королевского двора, хотя он всегда признавал первенство в этом отношении Анны Бретонской. И все же Франциск стал первооткрывателем новой традиции, которая после него стала естественной для института королевской власти: он ввел правило назначать избранную женщину на официальную должность фаворитки правителя. Правда, впервые подобная история уже наблюдалась во времена Карла VII, признавшего в качестве своей второй супруги любовницу, Агнес Сорель. Однако с тех пор Агнес являлась всего лишь исключением из правил до Франциска I, утвердившего новое правило: король должен иметь двух королев – официальную супругу, способствующую продолжению династии, и королеву красоты. При этом последняя обыкновенно имела большее влияние при дворе, нежели первая, и, кроме того, действительно являлась второй женой, только неофициальной.
Надо сказать, что далеко не все современники Франциска отнеслись положительно к новшеству, введенному монархом. Так, Жан де Сол-Таван считал, что король чрезмерно много внимания уделяет своим фавориткам, прочно обосновавшимся в Фонтенбло: "Возраст остудил в нем кровь, дух, разум, отважные порывы, и отчаявшейся монархии осталось только его сладострастие. Таким был король Франциск, сраженный дамами телесно и духовно. Всем заправляла немногочисленная банда мадам д’Этамп. Александр (Александр Македонский – прим. авт.) замечал женщин только в том случае, когда у него не было других дел. Франциск же обращал внимание на дела только в том случае, если не находилось подходящих женщин.
Аполлон и Пан. Гравюра по мотивам фрески галереи Улисса
При этом дворе все создавали женщины, даже генералов и военачальников". Для подобного мнения у господина Сол-Тавана, впрочем, имелись некоторые основания, например личное письмо Франциска I, где он откровенно оценивал свой брак с Клод Французской, дочерью Людовика XII и Анны Бретонской, как совершенный только в дипломатических целях: "В этой особе меня не прельщает ничто. Да в этом и нет никакой надобности! Я согласился на эту крошку из соображений государственной важности. Для любви есть другие, возле меня их число никогда не убывает. У меня будет достаточно времени, чтобы в изобилии собрать самые опьяняющие цветочки. И пока это доставляет мне удовольствие, я буду каждый день срывать розы наслаждения с женой адвоката Дизона".
Франциск стал королем в 20-летнем возрасте, поэтому вполне естественно, что он был пылким и жадным до удовольствий. Как только дворец в Фонтенбло стал его резиденцией, он немедленно начал выбирать в качестве истинно королевского обрамления множество прекрасных дам, и современники утверждали, будто он не брезговал ничем для осуществления своих целей, ему не были отвратительны даже публичные дома.
Что же касается супружеских отношений нового типа, то они были установлены в 1517 году, после чего король остепенился. Окружение Франциска решило, что должность постоянной королевской возлюбленной в любом случае полезна, главным образом из-за соображений гигиены, а смягчение нравов или соблюдение необходимых приличий тут совершенно ни при чем. Фаворитка сделалась сердцем двора, украшая и освещая собой все, олицетворяя блеск и великолепие. Так женщина превратилась в настоящий центр галактики, а вокруг нее вращались планеты – сильные мира сего, за ней тянулись, как шлейф за кометой, очаровательные придворные кавалеры. С тех пор началась эпоха правления фавориток.
В 1517 году первой королевской фавориткой была Франсуаза де Фуа, графиня де Шатобриан, ставшая для Франциска официальной дамой сердца. Поскольку она сделалась избранной, то в ее обязанности входило обязательное участие во всех увеселительных мероприятиях двора. Франсуазу выдали замуж в 14 лет за графа де Шатобриан. Редкостная красавица, она вместе со своими тремя братьями состояла при дворе королевы Анны, но в связи с замужеством была вынуждена удалиться на время от высшего света. Вновь она вернулась ко двору, будучи 20-летней ослепительной женщиной. Фрейлина королевы, она не могла не обратить на себя внимание короля. Франциск I начал атаковать эту вначале неприступную крепость. На первых порах Франсуаза мужественно удерживала оборону, но потом сдалась, покоренная этим привлекательным мужчиной, облеченным властью, да к тому же увенчанным лаврами военных побед.
Жизнерадостная остроумная красавица, фаворитка старалась как можно дальше держаться от государственных дел, решавшихся в Фонтенбло. Ее влияние ограничивалось тем, что она назначала родственников на престижные посты. Вскоре высшие командные посты в армии заняли ее трое братьев, как полагают историки, в ущерб государственным интересам страны, поскольку вину за поражения в итальянских походах обычно списывают на них – Лотрека, Лепара и Лекена. На этом, собственно, и закончилось влияние Франсуазы де Шатобриан. И все же ее искренняя привязанность к Франциску ни у кого, даже у самых жестоких на язык, не оставляла никаких сомнений.
Однако Луиза Савойская, как женщина властная и не терпящая конкуренции, решила устранить фаворитку, и удобный момент, по ее мнению, настал в то время, когда Франциск I находился в мадридском плену. Король не забывал даму сердца, страстно мечтал увидеть ее, и королева решила: удобный момент для устранения независимой и всемогущей любовницы настал. Луиза Савойская сказала сыну, что организует для него долгожданную встречу в Байонне, где король оказался после освобождения, однако, когда ожидавший свидания с Франсуазой Франциск явился на условленное место, дамы сердца там не оказалось. Вместо нее появилась королева в сопровождении очаровательной молоденькой девушки Анны де Писле. Она была прекрасна как ангел, да к тому же невинна и чиста. Ее полудетское личико и огромные ясные глаза немедленно пленили сердце Франциска; а что касается алчности, присущей Анне впоследствии, то она никак не отражалась в ее взоре. Вскоре к королю прибыла Франсуаза де Шатобриан и, к своему отчаянию, выяснила, что безнадежно опоздала. Между фавориткой и новой пассией короля развернулась дамская война. Когда же любовница, почувствовавшая близкую отставку, потребовала от возлюбленного немедленного прямого ответа на животрепещущий для нее вопрос, он ответил с чисто мужской прямотой и жестокостью: он может предложить Франсуазе только одно – стать его любовницей под номером 2. Любящая женщина с гневом отказалась, но после этого ей уже ничего не осталось, как вернуться к мужу в Бретань. Она увидела короля через 6 лет. Как оказалось, он не смог забыть ее, и они снова были вместе в течение трех недель. Прежние отношения между любовниками были восстановлены, но муж Франсуазы тоже не был сделан из камня: в течение долгих лет ему приходилось терзаться ужасными муками ревности. В конце концов он не выдержал и убил свою жену, вскрыв ей вены.
