Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
Б. Челлини. Диана-охотница
Желая успокоить короля, Диана сказала: "Ваше Величество, доверьте своего сына мне, и вы не узнаете его. Он станет моим рыцарем". Естественно, женщина говорила об отважном кавалере из рыцарских романов, сердце которого наполнено целомудренной, чистой и бескорыстной любовью к Прекрасной Даме. Вскоре юный Генрих ближе познакомился с Дианой-охотницей, она стала принцессой его снов и любовных фантазий. Юношу не пугала
20-летняя разница в возрасте, неотразимая красавица стала для него богиней, небожительницей, любовь к которой может быть лишь платонической. Юный герцог Орлеанский постоянно думал о Диане, боясь приблизиться к ней и в то же время страстно желая оказаться в ее объятиях. Молодой принц становился мужчиной, в нем пробуждались чувственные желания. По совету Дианы Генриха вскоре женили. Его законной супругой стала представительница богатого флорентийского рода Медичи, 14-летняя Екатерина. Этот брак был выгоден не только французской короне, но и дяде новобрачной, папе римскому Клементу VII, получившему поддержку со стороны могущественного европейского государства.
За шумной свадьбой последовала первая брачная ночь. Согласно некоторым источникам, "Франциск I сам уложил молодоженов в постель, пожелав и дальше наблюдать их "упражнения", и дети мужественно справились с испытанием". Екатерина, получившая с замужеством высокое положение в обществе, была счастлива. Генрих стал ее первой большой любовью, и она беспрекословно подчинялась его приказаниям.
Амур и Психея
Однако молодая супруга не вызывала у принца никакого интереса, он по-прежнему боготворил свою даму сердца, прекрасную и неотразимую Диану-охотницу. Генрих не скрывал своих чувств, давая им выход в турнирных поединках. Преклоняя свое знамя перед возлюбленной, принц тем самым признавался ей в своей страстной любви. Однако отношения Дианы и Генриха оставались целомудренными, в духе куртуазной литературы. В этом не сомневался никто из придворных, и подтверждением тому служит свидетельство венецианского посла, который в своем письме Светлейшей Республике сообщал: "Принцу двадцать восемь лет, он совершенно не питает склонности к женщинам, своя его вполне устраивает. Для беседы он предпочитает общество вдовы сенешаля Нормандии (Дианы де Пуатье), сорока восьми лет. Он испытывает к ней истинную нежность, но полагают, что их отношения лишены сладострастия, как отношения матери и сына. Говорят, эта дама наставляет, направляет и консультирует господина дофина, именно она вдохновляет его на все достойные поступки, и ее участие имеет поразительный эффект".
Судьбе было угодно, чтобы этот юноша, охваченный любовным жаром, возглавил могущественнейшую европейскую державу. Генриха не готовили к занятию трона, наследником французской короны должен был стать его брат Франциск. Но последний, заболев воспалением легких, скончался, не достигнув 20-летнего возраста. Генрих стал дофином, наследным принцем Франции. Вероятно, это событие и сознание собственной власти над будущим королем побудили 37-летнюю Диану вступить в любовные отношения с 17-летним Генрихом. О своем грехопадении дама, возраст которой во Франции XVI века считался преклонным, даже сочинила очаровательные стихи:
Амур однажды преподнес
Мне в дар букет прекрасных алых роз.
Представьте, аромат любви -
Диана пала без борьбы.
Известны вам и день, и час
Того, о чем веду рассказ.
Первую ночь любовники провели в замке Экуен у коннетабля Монморанси. Диана не случайно выбрала этот замок с его знаменитыми эротическими витражами, приводившими в состояние шока даже знаменитого низвергателя устоявшихся традиций Рабле. Витражи, иллюстрировавшие любовь Психеи и Амура, должны были недвусмысленно намекнуть Генриху, что его возлюбленная – не бесплотная богиня, а чувственная женщина, способная чутко отозваться на его ласки. Несколько дней провели любовники в замке, прежде чем принц решился войти в спальню Дианы…
Фонтенбло. Бальный зал
Так начался знаменитый любовный роман. Лишь познав страсть полного сил юноши, неприступная красавица, знавшая до тех пор лишь любовь своего мужа-старика, с радостью отдалась чувственному греху.
Осознав, что физическая любовь – это не простое исполнение супружеского долга, а способ получения удовольствия, Диана словно прозрела. "Как много я потеряла в жизни", – думала прекрасная грешница. А счастливый Генрих, сжимавший в крепких объятиях свою неприступную богиню, просто наслаждался чудеснейшими моментами жизни. Позже наследный принц описал свои чувства в стихах: он вспоминал о постоянном страхе быть отвергнутым прекрасной Дианой и сожалел о потерянных годах счастья с этой страстной богиней.
Влюбленный принц стал носить черный и белый цвета, которые преобладали в нарядах его дамы сердца, под этими цветами он дрался на турнирах, сражался на поле брани. Генрих сделал черно-белую гамму символом своей любви, отголоски которой также находили выражение в его сочинениях эпистолярного жанра. Буквой "H" с двумя примыкающими к ней полумесяцами (личной эмблемой Генриха), образующими два соединенных латинских "D", Генрих обычно заканчивал свои письма. Этот вензель с двумя навечно сплетенными буквами имен влюбленных присутствовал и на доспехах будущего короля, на его парадном облачении, а позже и в комнатах всех принадлежавших королевской фамилии замков. Можно увидеть его и в Фонтенбло, облик которого претерпел определенные изменения в связи с мифом о солнечном короле и его прекрасной возлюбленной, королеве-Луне, брате и сестре.
Фонтенбло. Фонтан Дианы
Настоящим чудом Фонтенбло стал, после галереи Близнецов, или галереи Франциска I, построенный по приказу Генриха II Бальный зал, или галерея Генриха II. Строительство его начал Лебретон, а завершил Филибер Делорм, уже построивший для прекрасной Дианы замок Анэ. В эту галерею поднимались по Королевской лестнице, минуя узкий коридор. Как и галерея Франциска I, Бальный зал кажется золотым от солнечного света, свободно проникающего в него из выходящих в сад глубоких окон, размещенных в нишах, гармонирующего с отделкой потолка, сделанного из полированного орехового дерева, с дубовой отделкой стен, на панелях которого многократно повторяются вензеля Генриха II и Дианы де Пуатье, а королевские лилии сплетаются с полумесяцами и стрелами – символами Дианы де Пуатье.
Здесь также много фресок, исполненных Никколо дель Аббате по эскизам Приматиччо. О творческой манере дель Аббате, одухотворенной и нежной, Вазари писал: "…из всех помощников Приматиччо никто не принес ему такой чести, как Никколо из Модены". Эти фресковые композиции основаны на античных мифологических сюжетах. На стене, обращенной в сад, можно видеть такие композиции, как "Церера и жнецы", "Вулкан, кующий по приказу Венеры стрелы любви", "Фаэтон, испрашивающий у Солнца позволения сопровождать его колесницу", "Филемон и Бавкида, награждаемые Зевсом за оказанное гостеприимство".
