Эксперт достал из портфеля лист белой бумаги, подошел к сидящей рядом с Мейсоном обвиняемой, прижал к ее рту бумажный лист, получил отпечаток губ и тут же принялся рассматривать его.
– Проведите сравнение и доложите суду ваши выводы, сказал ему Мейсон.
– Разумеется, я не располагаю сейчас техническими средствами для проведения микроскопического исследования, но даже на основании поверхностного сравнения линий можно сказать, что отпечаток на лбу покойного оставлен не губами обвиняемой,– сообщил Харлан.
– Благодарю вас, – сказал Мейсон. – У меня больше нет вопросов.
– Скажите, а эти линии появляются только в том случае, когда губы сжаты и как бы сложены для поцелуя? заинтересовался судья Джордан.
– Нет, ваша честь, они всю жизнь остаются на губах, но если губы сжаты, эти линии усиливаются.
– И что же, узор этих линий действительно индивидуален для каждого человека?
– Да, ваша честь.
– Итак, вы готовы определенно заявить суду, что, несмотря на наличие пальцевых следов обвиняемой не стакане и других предметах, это не ее губы оставила отпечаток на лбу покойного?
– Да, ваша честь.
– Разумеется, – счел нужным прокомментировать показание эксперта Линн, – тот факт, что отпечаток поцелуя на лбу оставила не обвиняемая, вряд ли что-либо меняет, ваша честь. Ведь покойный мог поплатиться своей жизнью как раз за то, что обвиняемая увидела губную помаду на его лбу. Отпечатки пальцев неоспоримо свидетельствуют о том, что она присутствовала в квартире 702.
– Суд понимает значение этого показания. Продолжайте излагать доводы обвинения, – сказал судья Джордан.
– Теперь, – Линн не скрывал своей досады,– я докажу суду возможность того, что упоминавшийся отпечаток губ мог быть намеренно оставлен адвокатом обвиняемой или его очаровательной и чрезвычайно исполнительной секретаршей. Я начну свое доказательство, вызвав в качестве свидетеля Дона Б. Рэлстона.
Когда Рэлстон выступил вперед, стало ясно, что ему очень хотелось бы сейчас находиться за много миль от данного места.
– Ваше имя Дон Б. Рэлстон и вы проживаете в нашем городе в доме 2935 по Крилмор– авеню?
– Да, сэр.
– Вы знали Карвера Л. Клементса при его жизни?
– Да, знал.
– Вы довольно тесно были с ним связаны?
– Да, сэр.
– Скажите, ночью или, точнее, ранним утром десятого числа сего месяца вам случилось направляться в квартиру 702, снимаемую Карвером Л. Клементсом в доме "Мандрагора"?
– Да, сэр.
– В котором часу это было?
– Приблизительно между часом и двумя часами утра...
– Вы были один?
– Нет, сэр.
– Кто находился с вами?
– Ричард П. Нолин, являвшийся деловым партнером мистера Клементса; Мэнли Л. Огден, оказывавший мистеру Клементсу кое-какую помощь по части подоходного налога, и мисс Вера Пейсон, приятельница... Э-э-э, ну, скажем, наша общая приятельница.
– Что произошло, когда вы подошли к упомянутой квартире? Вы вошли в нее?
– Нет, сэр. Мы вышли из лифта на седьмом этаже; проходя по коридору, я заметил двух людей, идущих нам навстречу.
– Говоря "навстречу", вы имеете в виду, что они направлялись от квартиры 702 к лифту?
– Совершенно верно, сэр.
– И кто же были эти двое?
– Мистер Перри Мейсон и его секретарша мисс Стрит.
– В конце концов вы вошли в квартиру Карвера Клементса?
– Нет, сэр, мы не входили.
– Почему?
– Подойдя к двери этой квартиры, я нажал кнопку звонка и услышал за дверью звук зуммера. Почти одновременно открылась дверь квартиры на противоположной стороне холла, и несколько раздраженная, на наш взгляд, женщина пожаловалась, что не может заснуть из-за постоянных звонков в семьсот вторую квартиру; помимо всего прочего, она сообщила, что у мистера Клементса находились гости, поэтому мы тотчас удалились.
– Теперь ваша честь, – заявил Линн, – я намереваюсь доказать, что теми двумя людьми, которые были упомянуты лицом, проживающим в квартире на противоположной стороне холла, являются мистер Мейсон и мисс Стрит; они действительно входили в квартиру и находились там за закрытой дверью вместе с покойником и вещественными доказательствами в течение неопределенного времени.
– Доказывайте, – сказал судья Джордан.
– Погодите, – вмешался Мейсон. – Я тоже хочу опросить этого свидетеля.
– Что же, опрашивайте.
– Когда вы подошли к "Мандрагоре", уличная дверь была закрыта на замок, не так ли?
– Точно так, сэр.
– Каковы были ваши дальнейшие действия?
– Мы поднялись на седьмой этаж и...
– Я понимаю, но как вы вошли? Как вы попали в дом через входную дверь? У вас был ключ, не правда ли?
– Нет, сэр.
– Тогда каким образом вы попали в дом?
– Вы нас впустили.
– Я впустил?
– Да, вы.
– Поймите, – принялся объяснять Мейсон, – я сейчас не о том случае говорю, когда вы пришли с улицы под конвоем полиции. Я хочу знать, как вы вошли в дом в первый раз, утром десятого числа.
– Разумеется, я понимаю, сэр Вы нас впустили.
– Что дает вам основание так говорить?
– Ну как же, раз вы со своей секретаршей находились в квартире Карвера Клементса...
– Но вы-то сами даже не знаете, что мы находились там, не так ли?
– Я это предполагаю: ведь мы повстречали вас после того, как вы покинули эту квартиру и спешили по коридору в сторону лифта.
– Мне ваши предположения не нужны. Ведь вы даже не знаете, был я в той квартире или не был. Расскажите суду о том, каким образом с улицы вы прошли через запертую на замок дверь. Без всяких предположений. Как вы попали в дом? Что конкретно вы для этого сделали?
– Мы нажали на кнопку рядом с номером квартиры Клементса, и кто-то в этой квартире – может быть, и вы – в ответ нажал кнопку электромагнитного привода замка входной двери. Как только мы услыхали звук зуммера, свидетельствующий о том, что замок открыт, мы толкнули дверь и вошли в дом.
– Давайте уточним, чтобы не осталось неясности, – сказал Мейсон. – Кто именно нажимал кнопку рядом с номером квартиры Клементса?
– Я нажал.
– Учтите, имеется в виду кнопка перед входной дверью дома.
– Я понимаю, сэр.
– И вы, нажав кнопку, дожидались сигнала зуммера?
– Да, сэр.
– Как долго вы дожидались?
– Не более одной или двух секунд.
– Еще один вопрос, – сказал Мейсон свидетелю. – Войдя в дом, вы сразу же направились наверх?
– Мы... Нет, сэр, не сразу. Мы ненадолго остановились в вестибюле, чтобы договориться о правилах игры в покер.
– Как долго вы совещались?
– Пару минут, не больше.
– И вы условились, в какой покер будете играть?
– Да, сэр.
– После этого вы сразу же поднялись наверх?
– Да.
– Где находился лифт?
– Лифт находился... Погодите дайте подумать. Я не помню точно. Кажется на одном из верхних этажей. Помнится мы нажали кнопку и некоторое время ждали, пока он спустится к нам.
– У меня все, – сказал Мейсон.
Пальцы Деллы Стрит вцепились в рукав адвоката.
– Вы что, больше не собираетесь спрашивать у него о ключе? – шепотом спросила она.
– Пока нет. – Глаза Мейсона светились торжеством. Мне теперь ясно, что случилось, Делла. Если счастье нам не изменит, мы выиграем дело. А пока пусть они доказывают, что мы находились в этой квартире.
Представитель обвинения объявил.
– Теперь в качестве свидетеля вызывается мисс Шерли Тэннер;
Занявшая скамейку для свидетелей молодая женщина была очень не похожа на ту встрепанную, измученную бессонницей нервную особу, которая вылила свой гнев на Мейсона и Деллу Стрит возле квартиры 702.
– Ваше имя Шерли Тэннер и вы проживаете в нашем городе в номере 701 многоквартирного дома "Мандрагора"?
– Да, сэр.
– Вы давно проживаете по этому адресу?
Свидетельница улыбнулась и ответила.
– Не очень давно. После трехнедельных поисков мне повезло стать субарендатором квартиры 701, это произошло восьмого числа, а девятого я вселилась туда, чем и объясняется мое чуть ли не истерическое состояние.
– Вам не удавалось заснуть?
– Да.
– Вас беспокоили утром десятого числа какие-то люди, нажимавшие на звонок в соседнюю квартиру.
– Очень беспокоили, сэр.
– Расскажите подробно, как это происходило.
– Я иногда принимаю снотворное, однако в ту ночь лекарство не помогало мне – сказывалось возбуждение, связанное с переездом и устройством на новом месте. Я пыталась уснуть, но не могла. Вы, наверное и сами знаете, ваша честь, как это бывает. – Свидетельница повернулась к судье, удостоив его располагающей улыбкой.
Судья внимательно посмотрел на эту привлекательную молодую женщину, по-отечески милостиво улыбнулся и, кивнув головой, произнес:
– Всем нам случается переутомляться. Продолжайте ваши показания, мисс Тэннер.
– Едва я начала забываться сном, как вдруг из квартиры на противоположной стороне холла послышалось непрерывное жужжание зуммера. Этот низкий назойливый звук вызвал у меня какое-то особенное раздражение.
– Продолжайте, – попросил ее Линн. – В чем выразилась ваша раздраженность?