Хорьчиха Бетани позволила себе немного расслабиться. Время еще есть, даже с небольшим запасом. «Мы всех спасем. Мы успеем».
У каждого шторма — свое лицо, но капитан
Хорьку Харлею казалось, что все происходит очень медленно. Он смотрел, как Винсент движется по тросу, едва переставляя лапы, словно в вязком меду, — так иногда бывает в кошмарных снах. Медленно-медленно натянулся трос. Медленно-медленно от него оторвалось разноцветное пятно — яркий шарф, спасательный жилет, черный мех. Секунды растянулись в минуты.
Даймина тоже видела все это с мостика. Дрожа с головы до пят, она перевела взгляд на Харлея. Тот, забыв обо всем на свете и явно не задумываясь о том, как будет возвращаться, подбежал к борту и спрыгнул — туда, где вспыхивала в волнах едва различимая точка света.
Как раз в этот момент спасатели с «Крепкой лапы» отчалили от «Исследователя».
— «Решительный»? Мы закругляемся. Сыграли в «последнюю мышь». Вы забрали всех. Ну что, идем обратно?
Но Даймина ничего не слышала. Она нажала кнопку внутреннего переговорного устройства и, сама удивляясь тому, как хладнокровно звучит ее голос, скомандовала:
— Боа! Вперед на трети мощности — и поднимайся на палубу. Винсент за бортом, Харлей прыгнул за ним. Пожалуйста, поднимись на правую вышку и брось им канат.
Чтобы помочь Харлею, она собиралась подойти к «Исследователю» поближе, хотя и понимала, чем грозит «Решительному» соседство с гигантским тонущим судном. Она доверяла Боа — она знала, что, несмотря на ветер и волны, он бросит канат так же точно, как сделала бы это она сама. Но, если канат не коснется барахтающихся за бортом хорьков, они просто не поймут, что его бросили. И тогда они пропали.
Даймине оставалось только крепко держать руль. Больше она ничего не могла поделать.
От толчка двигателей крышка носового люка распахнулась с громким треском, и трюм стало заливать. Но Даймина оставалась на посту. Она еще надеялась спасти Харлея и Винсента, но она и представить боялась, что случилось с Хлоей и капитаном.
ГЛАВА 10
Хорьчиха Бетани распахнула дверь в компьютерный зал. Вода уже заливала верхнюю палубу; «Исследователя» неумолимо затягивало в пучину.
Хорьчиха Хлоя уже разыскала коробки с компакт-дисками и сейчас торопливо запихивала их в большую оранжевую сумку с белой надписью: «Международные морские перевозки».
— Бетани! Мышь мне сказала… Это важные открытия! Звери… океан… будущее… Они потратили столько лет! Они наконец нашли разгадку! Все это здесь! Нельзя, чтобы это утонуло вместе с кораблем!
На какую-то секунду Бетани охватило неуместное желание объяснить рок-звезде разницу между кораблем и судном. Но она быстро одумалась.
— Мы идем на дно, Кло! Мы тоже утонем, если не выберемся отсюда сейчас же!
Но Хлоя ничего не желала слышать.
— Тогда уходи. Я без дисков не пойду.
Бетани подбежала к сумке и тоже принялась набивать ее коробками. Синие пластмассовые коробки с ярлыками: «Истощение и восстановление озонового слоя», «Статистика роста коралловых рифов», «Данные по температуре океанов», «Кривые корреляции данных»…
— Вот увидишь, Хлоя, я запру тебя в трюме! Я посажу тебя на хоречий корм и воду! Я подвешу твою шляпу так высоко, что ты…
ГЛАВА 11
Оказавшись в воде, Харлей обнаружил, что различить фонарь Винсента не просто трудно, а вообще невозможно. То и дело ему чудились слабые вспышки — и он устремлялся туда, но там никого не оказывалось. Он сознавал, что его собственная жизнь и жизнь младшего офицера теперь в лапках Даймины. И почему-то он был убежден, что юная хорьчиха справится. Она обязательно разыщет их и поднимет на борт прежде, чем исполинское человеческое судно уйдет под воду и затащит их за собой.
Сквозь рев ветра и волн до него донесся слабый крик Винсента:
— ХАРЛЕЙ! НЕ-ЕТ! ЗАЧЕМ?.. ВОЗВРАЩАЙСЯ НА БОРТ!
И тут всего в пяти лапах мелькнула вспышка, высветившая на мгновение лимонно-вишневый шарф энсина.
— ЕСТЬ, СЭР! — крикнул в ответ Харлей. — ВОЗВРАЩАЕМСЯ НА БОРТ, СЭР… ВМЕСТЕ С ВАМИ!
«Решительный» на малой скорости приближался к корме тонущего судна; удары волн по-прежнему сотрясали хоречий катерок. Боа по команде Даймины поднялся из машинного отделения и взобрался на вышку. Но в полосе бурлящей воды между «Решительным» и «Исследователем» не было видно ровным счетом ничего. Ничего, кроме волн, рвущихся в клочья под порывами ветра.
Главный механик поднес к глазам бинокль, но тут осветительная ракета рассыпалась искрами и погасла. Только два прожекторных луча по-прежнему рассекали тьму. Но внезапно, в стороне от лучей, в кромешной черноте воды сверкнул огонек. И еще один — совсем рядом с первым. Двух хорьков сносило в сторону от катера.