Всего за 399 руб. Купить полную версию
— Камикадза — девчонка неплохая, — возразил приятелю Иккинг.
— Гм-м, может, и неплохая, — протянул Рыбьеног без особой убежденности в голосе. — Только слишком уж самодовольная и ни на минуту не перестает болтать. Я буду рад провести хоть одну ночь в тишине.
15. НАШЕСТВИЕ АКУЛОГАДОВ
Сатурнова Суббота неуклонно приближалась, и в морях вокрут Форта Жестокуса начало твориться нечто странное и пугающее.
Дождь лил не переставая, и вот уже несколько дней подогретые ванны Толстого Консула переливались через край. Горячая вода потоками струилась со склонов горы и вливалась в океан. А теплое течение привлекло нежданных гостей — АКУЛОГАДОВ.
Акулогады стекались к острову со всех концов великого океана. Ужасные чудовища, словно восставшие из кошмарных снов, но, к сожалению, совершенно реальные, они передвигались с быстротой молнии. В этом им помогали не только мощные акульи хвосты, но и толстые, как у аллигаторов, мускулистые лапы, которыми они с невероятной скоростью молотили по воде.
И все они плыли к Римской крепости, причем плыли не по одному и не по двое, а десятками и сотнями тысяч, и солнце, вставшее накануне Сатурновой Субботы, озарило своими лучами густую шевелящуюся массу черных плавников с зазубренными краями. Чудовища, точно грифы, кружили вокруг Форта Жестокуса.
Они как будто чего-то выжидали. Акулогады — существа древние, мозги у них сформировались неведомо в каком темном и страшном горниле. Они и сами не знали, чего ждут, просто ощущали запах теплой воды и чувствовали в ней привкус крови, готовой пролиться, беды, которая вот-вот обрушится, знали, что скоро их ждет сытный обед из чужих потрохов.
И они ждали, ждали терпеливо, с трудом сдерживая алчность, ждали и ждали, нутром чуя, что вскорости некие ужасные события обеспечат им роскошный пир.
16. ДЬЯВОЛЬСКИ ХИТРОУМНЫЙ, НО РИСКОВАННЫЙ ПЛАН
Накануне Сатурновой Субботы вернулась Камикадза.
Она была не так бодра, как обычно: бродила по камере, повесив нос, и вздыхала. Даже Рыбьеног забеспокоился. Потом Камикадза подошла и села рядом с Иккингом у зарешеченного окошка.
— Мне кажется, — сказала она, — на свете
—
К несчастью, Иккинг промахнулся, и метла угодила в Камикадзу и Рыбьенога. Падая, они сшибли стул, на котором стоял Иккинг, и вся троица грудой повалилась на пол.
Беззубик, сам не свой от восторга, кувыркался под исполком и так хохотал, что едва не выронил Зигзаггерастика. Давненько он так не веселился.
— Ладно же, — сказал Иккинг вполголоса. — Попробуем другую тактику…
— Хватит терять время на ерунду, — громко заявил он. — Не обращайте внимания на Беззубика, идите сюда. Я расскажу вам свой план…
— Ага, понял, — хмыкнул Рыбьеног. Рыбьеног и Камикадза сгрудились вокруг Иккинга.
Беззубик болтался под потолком и возмущенно фыркал.
Никто не обращал на него внимания.
Наконец любопытство пересилило: Беззубик спустился послушать, о чём идет речь. Тут-то его и схватила Камикадза.
—
—
Если, бы я не был у тебя в долгу, о Мальчишка-с-Ногами-как-у-Цапли, от этого дракона давно остались бы рожки да ножки…
Беззубик презрительно расхохотался;
— И что бы ты с-с-сделал, ка-ка-качок? 3-з-защекотал бы Б-б-беззубикa д-д-дo смерти?